на территории чужого государства. Конечно, всех политических тонкостей Эриды я не знала, но что-то подсказывало мне, что не прогулка по лабиринту стала причиной визита Ронтагура. И встреча наша тоже не была случайной.
— Я Амели Роуз с Земли, но, уверена, что ты уже и так это знаешь. — Я вытянула вперёд ладонь для рукопожатия. — Так чем же я могу тебе помочь, господин правитель государства, название которого я уже забыла?
— Нет, нет, Амели, это я хочу помочь тебе. — Пожал он мою руку в ответ и воровато заозирался по сторонам. — Мы слишком много времени потратили на знакомство, но послушай, что я хочу тебе сказать: ты в большой беде!
— Да, ты открыл мне глаза на происходящее! Спасибо!
— Моё государство и люди, живущие в нём, по собственному желанию отказались от использования магии. Всё, что у меня есть сейчас — это магические артефакты, заряженные на один раз. — Быстро заговорил Ронтагур, поглядывая мне за спину. — Тебе грозит серьезная опасность. И, к сожалению, я не смогу помочь тебе выбраться отсюда, пока твои магические способности почти на нуле. Тебе нужно как можно скорее усилить свой Градите и пройти инициацию. Тогда я помогу тебе бежать.
— Ну, и зачем тебе это нужно? Какая в этом польза лично для тебя? — Воинственно сложила я руки на груди.
— О, насколько же слаба твоя вера в людей! Но ты права. Я делаю это не ради тебя. Я делаю это ради мира на Эриде. — Мягко улыбнулся Ронтагур. — Если Энидарк исполнит пророчество, все пять государств моего мира окажутся под угрозой. И я всеми силами хочу это предотвратить. Но я хочу помочь не только себе, нам, но и тебе.
— Как же!
Я недоверчиво фыркнула. Слишком складно пел этот молодой кареглазый король. Но, как ни крути, сейчас я была не в том положении, чтобы раскидываться союзниками. И если этот человек мог помочь мне вернуться в мой мир, то стоило выслушать его предложение.
— Я хочу чтобы ты знала, что не должна доверять никому. Не верь ни Майриону, ни Дарку, ни тем более правителям остальных трёх государств.
— Конечно. Но тебе я должна поверить на слово, так?
— Послушай, Амели Роуз с Земли, я знаю, что ничем не заслужил твоего доверия, и, к сожалению, кроме слова правителя Минкоса я ничего не могу дать тебе сейчас. Но против тебя готовится серьезный заговор, а Энидарк и вовсе не из огромной любви хочет взять тебя в жены. — Он подошёл ближе и, взяв меня за плечи, серьезным прямым взглядом посмотрел в глаза. — Я вернусь сюда через две недели. Встретимся в это же время в этом же месте. И, прошу, не проболтайся никому о том, что мы с тобой разговаривали. Иначе весь мой план пойдёт насмарку. Надеюсь, что ты воспримешь всерьёз всё то, что я только что тебе сказал. А теперь мне нужно бежать. Время вышло.
Едва я успела открыть рот, как в воздухе появилась маленькая точка, которая быстро разрасталась в диаметре, светилась цветными искрами, затягивая внутрь себя опавшие листья и мелкие камешки. Ронтагур смело ступил в портал, ещё раз бросил на меня быстрый, обеспокоенный взгляд и исчез, словно его и не было.
Желание гулять по лабиринту напрочь отпало. Зато я страстно возжелала скорейшего возвращения Майка. Не из-за личной симпатии, конечно, а потому, что тогда мы наконец сможем приступить к моему обучению. Если король Минкоса и правда хочет мне помочь, то нужно как можно скорее наполнить свой Градите магией. Конечно на то, чтобы создавать для самой себя туфли от Джимми Чу из воздуха я и мечтать не могла, но всё же надеялась, что за две недели каким-то элементарным и примитивным фокусам научиться получится.
С лицом, будто только что навернула килограмм лимонов, я вышла из лабиринта через тот же вход, через который и заходила. Мириада покорно ждала меня на кованой лавочке, и буквально просияла, когда я, бесшумно приближаясь, окликнула её по имени.
— Слава Светлой Богине, вы живы! — Воскликнула та, будто и правда уже мысленно похоронила меня в стенах зелёного лабиринта.
— Конечно, жива. Что со мной могло случиться? — Ответила слегка дрожащим голосом от внезапно накатившего волнения.
Мириада ни за что не должна узнать, что я разговаривала с Ронтагуром! Нет, я не думала, что Мира может всё рассказать Майриону. За те дни, что девушка провела рядом со мной, я успела понять, что она до неприличия предана ему. Побаивается его, безгранично уважает, а потому мой секрет восприняла бы как прямую угрозу для благополучия своего господина. Однако она невероятно ответственно и серьезно относилась к своей работе, и если бы я попросила, а я бы попросила, то она бы ни слова не проронила о моей встрече с правителем Минкоса. Поэтому я не хотела делать Мириаду своей соучастницей — она бы наверняка сошла с ума от мыслей, что как бы она не поступила, одному из нас — мне или Майриону — она сделает плохо. Для её же благополучия я решила сохранить разговор в лабиринте в секрете. По крайней мере, пока.
— Лабиринт очень большой. В нём легко можно потеряться. Служанки часто плутают там и долго не возвращаются. — Выдала Мира тоном учительницы.
— И что же? Остаются там на веки вечные?
— Нет, что вы! Господин Майрион очень добр, и всегда помогает девушкам найти дорогу обратно.
Я закатила глаза и покачала головой, представляя, как Майк в сверкающих доспехах, с шашкой наголо мчится в лабиринт, чтобы спасти очередную смазливую красавицу. Зная его манеру общаться с женщинами несложно понять, почему нерадивые служанки так часто плутают в лабиринте. В конце концов, каждая из нас хоть раз мечтала о том, чтобы доблестный принц пришёл и спас нас из большой беды. Только вот конкретно этот доблестный принц меня в такую беду затащил собственноручно. И выкручиваться мне, по большей части, придётся самой.
Под непрекращающиеся наставления Мириады мы дошли до входной арочной двери особняка. За тот час, что мы отсутствовали, здесь что-то произошло — я поняла это, как только шагнула внутрь и едва не напоролась на летящего с огромной напольной вазой слугу. Чудом сохранив баланс и не распластавшись на полу вместе со своей тяжелой ношей мужчина вежливо поклонился мне и унёсся дальше по коридору. Снующие туда-сюда девушки в ослепительно белых передниках носили в руках пышные охапки благоухающих цветов. Служанки, вооружившись тряпками, полировали поручни центральной лестницы. Две тучные женщины несли большой чан, похожий больше на ведьмин котёл, куда-то
