Читаем без скачивания Чужая жена - Кэтрин Скоулс

Не успела Мара открыть рот, как в буквальном смысле под рукой оказался Томба. Он выступил вперед, оглядел Леонарда, затем перевел взгляд на Джеми и обратно.

— Я знаю такого «кого-то», — во всеуслышание уверенно заявил он. — Нужный вам «кто-то» — это я. Ваш «бум» я возьму на себя.

Мара сжала губы, чтобы не рассмеяться. Вряд ли Томба вообще знал, что такое операторский кран. Она и сама имела об этом весьма смутное представление.

Но Леонарда подобные мысли не смущали. Он сделал шаг навстречу Томбе и похлопал его по плечу:

— Договорились. Должность твоя.

Джеми с сомнением покосился на наряд новоиспеченного ассистента: рубаху с короткими рукавами, из-под которой выглядывала набедренная повязка, и ветхие теннисные кроссовки на босу ногу. Затем, как показалось Маре, он обратил внимание на хорошо обозначенные бицепсы и трицепсы Томбы и пожал плечами:

— Думаю, ты подойдешь. Как тебя зовут?

Томба широко улыбнулся, выставляя напоказ два ряда крепких белых зубов:

— Зовите меня просто — бвана Бум.

Леонард возглавил процессию, следующую по тропинке в направлении главного входа. Мара ускорила шаг, чтобы не отстать от него, а Кефа срезал путь через лужайку, чтобы поприветствовать гостей на входе.

Леонард искоса взглянул на Мару.

— Теперь я понимаю, что имел в виду Карлтон, — сказал он. — Будь ваши волосы немного темнее, вы бы выглядели точь-в-точь, как она.

Мара вежливо кивнула, пытаясь постичь смысл сказанного. Немного погодя она сдалась и поинтересовалась:

— Как кто?

— Лилиан Лэйн, — последовал ответ.

Мара непонимающе посмотрела на него:

— Что вы имеете в виду?

Леонард остановился и обернулся к Маре. На его лице промелькнула тень недовольства:

— Я был уверен, что с вами это обсуждали. Я полагал, что Карлтон все уладил.

— Уладил что? — осторожно поинтересовалась Мара, чувствуя, что ее охватывает волнение.

— Ничего такого, — заверил ее Леонард. Он вновь зашагал по тропе. — Нам нужно, чтобы в некоторых сценах вы поработали дублером. Вы высокая, одного роста с Лилиан. У вас длинные волосы и такое же телосложение. Мы можем снять, как вы лазите по скалам или, скажем, пробираетесь сквозь буши. Мы можем снимать вас со спины или общим планом, так что будет видна лишь женская фигурка в отдалении. Никому вовек не догадаться, что это не она.

— Зачем вам это понадобилось? — поинтересовалась Мара.

— Лилиан устала, вот и все, — будничным тоном объяснил Карлтон. — Мы подходим к концу долгих съемок. Нужно поберечь ее для более важных сцен. — Он снова бросил на Мару беглый взгляд. — К тому же, как бы это сказать, вы органично вписываетесь в окружающий пейзаж. Это ваш дом. Знаете, всегда можно отличить подлинник от копии. Актеры могут играть — в этом их искусство. Но вы… вы настоящая. — Он восхищенно улыбнулся. — Естественно, вы получите гонорар. Сумму Карлтон обсудит позже.

Он опустил глаза:

— Покажите мне ваши руки… он сказал, что у вас идеальные руки.

Мара вытянула руки перед собой. У нее было такое чувство, будто она маленькая девочка, показывающая маме, чистые ли у нее ногти, перед тем как сесть за обеденный стол. Конечно, если не принимать во внимание то, что сейчас кожа рук огрубела, а ногти поломались во время работы в огородике.

Леонард одобрительно кивнул, и Мара тут же отдернула руки. В конце концов, она уже не маленькая девочка. Она вовсе не обязана делать все, что велят. Она отвернулась от Леонарда, освобождаясь от напора его кипучей энергии.

И тут же встретилась глазами с Доди. Ему не нужно было ничего говорить, чтобы напомнить ей то, что он сказал во время своего прошлого визита.

Президент будет доволен, когда фильм выйдет на экран.

Чего бы это ни стоило, она не хотела ставить под угрозу будущее Джона. Не могла она и упустить шанс получить дополнительный доход. Медленно вдохнув, Мара снова повернулась к Леонарду:

— Я буду рада оказать любую посильную помощь.

— Вы умеете обращаться с ружьем?

— Конечно, — ответила Мара. — А также с винтовкой двадцать второго калибра. И дробовиком.

— Отлично, отлично. Нам нужно будет отснять несколько панорамных сцен на тему «Мы и впрямь в Африке».

Они уже дошли до главного здания, но, казалось, Леонард даже не заметил Кефу, который стоял на пороге, собираясь проводить его внутрь.

— Вы видели фильм Дэвида Лина «Лоуренс Аравийский»? — поинтересовался он у Мары.

— Да, — отозвалась она. — Как раз перед тем, как уехала из Австралии. Потрясающий фильм.

Когда киносеанс закончился, она вышла на улицу под холодный моросящий дождь мельбурнской зимы и была удивлена, увидев вокруг кинотеатра серые здания. Жара и пыль пустыни, загадочные арабские наездники, ужасы и разрушения войны… да и сам сэр Лоуренс, что там ни говори, казались ей такими настоящими, что она утратила чувство реальности.

— Тогда вы должны помнить, как он представил пустыню, — сказал Леонард. — Он вывел ее одним из центральных персонажей фильма, не менее важным, чем сам Лоуренс. То же собираюсь сделать и я. Я хочу, чтобы саванна ощущалась в каждом отснятом здесь кадре. И не только потому, что мы находимся в сердце Африки. — В подтверждение своих слов он махнул рукой в сторону горизонта. — В здешних равнинах, как в зеркале, должна отразиться идея нашего киноромана. Здешняя природа располагает героев к открытости, в отличие от замкнутого, скрытного Занзибара с его узкими улочками и окнами, вечно закрытыми ставнями. Вы понимаете, что я имею в виду?

Леонард говорил торопливо, словно для него было очень важно, чтобы Мара его поняла. Ей польстила подобная манера обращения. Она уже не удивлялась тому, что и актеры, и съемочная команда, и сам Карлтон делали все, чтобы помочь этому человеку воплотить свое видение в жизнь.

Мара вспомнила его вопрос по поводу ружья.

— Для защиты от крупных животных я вам буду не нужна, — заверила она Леонарда. — В департаменте охотхозяйства пообещали прислать нам рейнджера из Аруши.

— Да, но нам еще нужно будет сделать несколько кадров с вами на фоне всякого дикого зверья — вы будете вместо Лилиан. — Он рассмеялся. — Мы, конечно же, не сможем рискнуть и выпустить ее к слонам и львам. Но с вами проблем не будет. В любом случае у Мегги, главной героини, будет ружье.

Легкая улыбка тронула его губы — ему явно нравился этот план.

— Конечно, — тут же добавил режиссер, — это всего лишь дополнительные меры предосторожности. Ваш муж тоже может находиться поблизости… в кадре его не будет видно, но он может стоять наготове, чтобы вмешаться в любой момент.

Мара нахмурилась.

— Боюсь, это невозможно, — сказала она. — Я не могу с ним связаться. Но, как я уже говорила, департамент охотхозяйства пришлет нам рейнджера.

Она нарочно говорила быстро, чтобы Леонард ее все-таки выслушал.

— Они подберут кого-нибудь, кто родился в этой местности и хорошо ее знает. Так что волноваться незачем, — закончила она.

Затем ей пришла в голову еще одна мысль.

— Если… если, конечно, вы не хотите, чтобы и Джон поработал дублером.

— В этом нет необходимости, — отозвался Карлтон. — Питер Хит предпочитает все делать сам, включая каскадерские трюки. Кроме того, ему нравится бывать на свежем воздухе. Мне кажется, он словно возвращается в детство. По его речи никогда не скажешь, но, кстати, он австралиец, — Леонард слегка улыбнулся Маре, — так же, как и вы.

Широко расставив ноги, Менелик стоял на кухне возле разделочного стола, готовый к работе. Перед ним лежал его бесценный нож, лезвие которого было выковано из булатной стали. Мара как-то случайно подслушала, как он объяснял поваренку, что во время закалки металл сгибали более тысячи раз. От такой обработки лезвие приобретало почти невероятную способность к самозатачиванию, будто было живым. Повар купил его у торгаша-араба, когда был еще молод. Нож, лежащий на выскобленном дереве, казался очень острым и опасным.

— На первое я приготовлю суп из авокадо, — сказал Менелик, — по личному рецепту баронессы. Его подают холодным. На второе я подам тушеное мясо.

Мара встревоженно кивнула. Она пришла к Менелику не за тем, чтобы обсуждать меню, — в этом вопросе она безоговорочно ему доверяла. Ее больше волновало то, как им удастся убедиться, что никто не напьется сырой воды и не заболеет. Хоть она и прочитала персоналу лекцию о том, какие хрупкие создания эти европейцы, права на ошибку у них не было. Карлтон ясно дал понять, что съемочная группа должна уложиться в очень сжатые сроки. Беспокоил Мару и Леонард — она заставила его пообещать, что он не будет выходить за границы приюта до тех пор, пока не приедет рейнджер, но совсем не была уверена в том, что он сдержит слово.

— Я знаю, о чем вы думаете, — заговорил Менелик. — Вам интересно, какое мясо я приготовлю?