— Вот так, — бормотал он, все ускоряя и ускоряя движения пальцев. — Давай. Почувствуй это, Джулианна. Просто почувствуй это.
Закрыв рукой лицо, она повиновалась, полностью отдавшись наслаждению.
И, милосердные небеса, какое это было наслаждение!
Внезапно внутри стало разрастаться неясное давление. Джулианна закусила губу, пытаясь удержать стон, но Рейф не позволил ей этого. Он словно побуждал ее закричать вслух, так громко, как ей этого хотелось.
Она решила, что не выдержит больше ни секунды, все ее тело будто охватило огнем и невыносимым желанием, и Джулианна погрузилась в море неизведанного доселе наслаждения.
Спина ее изогнулась. Слепящий восторг сжал Джулианну в своих тисках и безжалостно заставил биться в конвульсиях, оставив ее ослабевшей и всхлипывающей.
Прошло много времени, пока она снова смогла соображать, дышать и говорить.
— О Боже милостивый!
Рейф засмеялся и посмотрел на нее пылающим взглядом.
И прежде чем Джулианна успела согласиться или отказаться, его пальцы снова задвигались у нее внутри — заставляя жаждать и томиться так, что она оказалась беспомощной в своих попытках сопротивляться, Рейф полностью поработил ее, сделал зависимой от его прикосновений, заставил хотеть его так, как она никогда ничего в своей жизни не хотела. Джулианна не думала, что такое возможно, однако он за несколько секунд вновь разбудил ее желание, и все ее чувства поглотило страстное вожделение, которым она уже не могла управлять.
Не замедляя ритма, он просунул руку ей под спину, посадил Джулианну и снова занялся ее грудями, посасывая их так жадно, словно это был деликатес и он никак не мог насытиться его восхитительным вкусом.
Содрогаясь, она полностью отдалась в его власть, сосредоточившись только на Рейфе.
На его руках.
На его губах.
Он прижал ее к своему телу, подводя к наслаждению, такому сильному, что Джулианна сомневалась, сможет ли его выдержать. И вдруг, как и в первый раз, он отпустил ее парить в вышине, и пока она извивалась в его объятиях, крики наслаждения срывались с ее губ.
Подняв голову, Рейф завладел ее губами, на этот раз требовательно и настойчиво. Больше ничего не боясь, она отвечала ему поцелуем на поцелуй, прикосновением на прикосновение, упивалась его приоткрытыми губами с той же страстью, что и он. Рейф целовал ее, словно призывал к полному подчинению, и она соглашалась.
Когда он оторвался от нее, тяжелое дыхание срывалось с его губ, а глаза пылко сверкали страстью.
— Давай избавим тебя от этих прелестных вещиц, пока я просто не сорвал их с твоего тела.
Услышав это вопиющее предложение, Джулианна ахнула, но не сделала ничего, чтобы помешать ему. Рейф развязал тесемки на ее нижней юбке и стянул юбку и тонкую шелковую сорочку через голову.
Он окинул взглядом ее обнаженное тело — на Джулианне остались только чулки и украшенные лентами подвязки, и взгляд его сделался еще напряженнее. Она вспыхнула, снова резко ощутила свою уязвимость и стыдливо скрестила руки на груди, но Рейф ей не позволил. Наклонившись, он мягко развел ее руки и опустил их вниз.
— Не прячься, — побранил он Джулианну решительно, но нежно. — Тебе совершенно нечего скрывать, моя дорогая.
Она сглотнула, и смело посмотрела ему в яркие зеленые глаза, прочла в них искреннее восхищение и неприкрытую страсть и почувствовала, что беспокойство медленно исчезает.
Может быть, ему и вправду нравится то, что он видит, подумала Джулианна, и на ее губах заиграла легкая улыбка.
Рейф улыбнулся в ответ, и на его щеках появились глубокие ямочки, при виде которых пальцы на ногах Джулианны в буквальном смысле слова подогнулись, а внутри возникло странное ощущение, как будто она летела вниз с горки.
Соски напряглись.
Рейф игриво поймал один, наклонился и медленно поцеловал. Джулианна вздохнула и приникла к нему. Через несколько долгих мгновений он запустил пальцы в ее волосы, и оттуда во все стороны полетели маленькие серебряные шпильки.
— Ой! — воскликнула Джулианна, когда длинные локоны упали ей на плечи игривым водопадом. Рейф накрутил ее волосы себе на запястье, зарылся в них лицом и глубоко вдохнул, закрыв от удовольствия глаза.
Потом поднял голову и сказал низким шепотом:
— Помоги мне снять одежду.
У Джулианны перехватило дыхание.
Неужели он хочет этого?
Судя по его напряженному лицу, так оно и было. Сердце замерло в груди, возбуждение сменилось тревогой. Джулианна задрожала, остро осознав, что он предлагает ей сделать то, чего она никогда ни для одного мужчины не делала.
«Осмелюсь ли я?»
Рейф заставил себя расслабиться и спокойно ждал, выполнит ли она его просьбу. За прошедший час она прошла огромный путь. Он бросил вызов ее предубеждениям и чувствительности — и ее способности испытывать страсть.
Муж ее был, по всей видимости, надменным и самовлюбленным ослом, не думавшим ни о ком, кроме себя самого. Ясно, что он обращался с Джулианной с бессердечным равнодушием, нисколько не заботясь о ее чувствах и потребностях. Наверняка он собирался использовать ее только как самку, а все остальное его не заботило. Какое он, должно быть, испытал разочарование, когда она не сумела зачать! Ну, теперь все это в прошлом, а уж Рейф к ней станет относиться иначе.
Она лежала перед ним нагая, чистые блестящие волосы, как темная вуаль, рассыпались по ее плечам, ниспадая почти до талии. Рейф внимательно рассматривал Джулианну. Из-под локонов виднелась ее роскошная грудь, пышная и дразнящая. Она так удобно ложилась ему в ладонь! Талия у нее была тонкая, как у песочных часов, зато бедра — женственные и полные, ноги длинные, нежные и гладкие.
Джулианна все еще не шевелилась, и Рейф решил, что потребовал от нее слишком многого. Учитывая ее застенчивость, ничего удивительного тут нет, покорно подумал он. Ничего, впереди еще много недель, хватит времени, чтобы ее уговорить.
Но прежде чем он успел что-то сделать, Джулианна протянула изящную руку и положила ладонь ему на рукав. Его естество так подскочило, будто она положила руку именно туда. Джулианна медленно начала расстегивать пуговицы у него на манжетах, одну за другой. Справившись с ними, она потянулась вверх, чтобы расстегнуть три пуговки на воротничке.
Его желание просто разбушевалось. Когда ее прохладные пальцы задели разгоряченную кожу на горле, Рейф с трудом сглотнул.
Одна. Две. Три.
Казалось, прошла целая вечность, пока она расстегнула воротничок и отогнула его.
Сделав это, Джулианна опустила взгляд, и между ее прелестными бровями появилась тоненькая морщинка.
