Крим снова предложил фирме свою кандидатуру на роль лондонского агента, но Харви отказался, заявив, что сосредоточен на североамериканском рынке. Однако Криму предоставлялась скидка на любые лекарства, которые он заказывал, если он хотел их перепродать.
Крим взял кожаный футляр и образцы лекарств, которые заказал, заплатил компании Харви 20 долларов и сел на поезд до Нью-Йорка. Затем он занял одну из 220 кают первого класса на судне «Британник», которое отчалило на следующий день в половине второго и вскоре растворилось в завесе дождя и тумана. Лайнер «Уайт Стар» – один из самых быстроходных в то время – мог перевезти до 1200 пассажиров из Нью-Йорка в Ливерпуль менее чем за восемь дней. Шестью месяцами ранее Крим отправился в Англию на тихоходном парусном судне, однако на этот раз он торопился. У него был свежий запас яда и незаконченное дело в Ламбете.
Глава 9. Элис Марш и Эмма Шривелл
Лондон, апрель 1892 года
В 1:45 ночи констебль полиции Джордж Комли, патрулировавший выделенный ему участок, услышал, как со скрипом открылась дверь дома 118 по Стэмфорд-стрит. Женщина провожала уходящего мужчину. Не было ничего примечательного в том, что человек покидает дом в такой поздний час, по крайней мере в этой части Ламбета. Стэмфорд-стрит, как пожаловался один из местных священнослужителей, «кишела борделями».
Констебль сделал несколько мысленных заметок об увиденном им человеке. Возможно, потому, что тот был слишком хорошо одет – в цилиндре и черном пальто. По оценке Комли, мужчина был ростом 175–177 сантиметров, а возраст его едва перешагнул за 40. На небе светила полная луна, и констебль находился всего в дюжине метров от незнакомца, но разглядеть лицо мужчины не сумел – выйдя, тот сразу же отвернулся. У мужчины были усы, и в свете уличного фонаря Комли заметил блеск очков в золотой оправе. Казалось, он очень торопился. «Он ушел довольно быстро, – вспоминал офицер, хотя в этом тоже не было ничего подозрительного. – Стояло холодное утро».
Комли вновь оказался перед домом 118 примерно в 2:30 – как раз в момент, когда около него остановился кэб. Приблизившись, он столкнулся с другим констеблем отдела L – Уильямом Эверсфилдом, – несущим на руках молодую женщину. Вскоре он узнал, что ее звали Эмма Шривелл. «Внутри еще одна», – крикнул Эверсфилд, вызванный после того, как женщин нашли кричащими от боли в своих комнатах.
Комли нырнул внутрь и обнаружил в коридоре Элис Марш, одетую лишь в ночную рубашку и лежащую лицом вниз. Он отнес ее в кэб, и они помчались в больницу Святого Томаса, располагавшуюся всего в нескольких минутах езды. Марш умерла, не добравшись до больницы, но доктор Катберт Вайман успел промыть желудок Шривелл. Обе женщины, должно быть, проглотили «какой-то сильный яд» – так он сказал Эверсфилду.
Шривелл отвезли в палату. Набравшись сил для разговора, она рассказала полицейским, что они с Марш провели вечер с мужчиной[12], который дал каждой из них по три длинные тонкие таблетки – она даже подняла большой и указательный пальцы, чтобы показать их размер. Перед сном девушки приняли их и съели консервированного лосося, но затем им стало так плохо, что они не могли ни сидеть, ни стоять. К сожалению, Шривелл не знала полного имени этого человека.
– Мы зовем его Фред.
– Это был тот джентльмен, который выходил от вас без четверти два, – спросил Комли, – в очках?
– Да, – подтвердила она. Ее описание Фреда – цилиндр, черное пальто, плотное телосложение, усы, очки – все соответствовало мужчине, которого видел Комли. Однако Шривелл добавила одну деталь: макушка его головы была лысой.
Через три часа Шривелл тоже скончалась. Позже в тот же день, 12 апреля 1892 года, инспектор Джордж Лоу из отдела L составил первичный отчет о том, что казалось элементарным делом. «Случайное отравление, – гласил заголовок файла № 77682, – предположительно в результате употребления консервированного лосося». Лоу кратко изложил показания полицейских и других свидетелей и отметил, что полиция забрала для анализа открытую банку лосося, которую нашли в комнате одной из женщин. Комментарий Шривелл о приеме таблеток, которые дал им мужчина, был упомянут, но лишь вскользь. Командир дивизии, суперинтендант Джеймс Брэннан, ознакомился с отчетом и одобрил оценку Лоу: «По всей вероятности, – добавил он в качестве послесловия, – это – лишь еще один случай отравления консервированным лососем». Офицеры знали, что отравление птомаином[13] из-за неправильно законсервированной или не съеденной сразу после вскрытия пищи было обычным явлением. Незадолго до смерти Марш и Шривелл Британское Адмиралтейство прекратило поставки консервированной сельди на свои корабли из-за отравления четырех моряков. Сообщения в лондонских газетах, появившиеся на следующий день, также приписывали смерть девушек из Ламбета испорченному лососю.
Доктор Вайман, однако, не был так уж в этом уверен. За несколько часов до смерти Шривелл пережила череду мучительных припадков – красноречивое свидетельство того, что причиной страданий был специфический смертельный яд – стрихнин. Когда началось расследование, врач поделился своими подозрениями с Джорджем Персивалем Уайаттом – коронером, который расследовал смерть Эллен Донворт шестью месяцами ранее. Шарлотта Фогт, домовладелица женщин, дала показания и добавила важную деталь, способную указать на личность Фреда. Шривелл рассказала ей о посетителе и таблетках еще до того, как прибыли констебли.
– Думаешь, мы отравлены? – спросила Шривелл.
«Только дуры, – сказала им Фогт, – возьмут у незнакомца таблетки».
– Он не незнакомец, – запротестовала одна из женщин. – Он врач.
Доктор Вайман провел вскрытие и сохранил образцы, взятые из желудков, печени и почек женщин, в стеклянных банках, каждую из которых запечатал красным воском. Расследование приостановили до получения результатов лабораторных анализов.
Тем временем подразделение L, расположенное примерно в километре к югу от вокзала Ватерлоо на Кеннингтон-лейн, преследовало две цели. Одной из них был лосось марки Acme Flag, консервированный в Калифорнии. Хотя то, что женщины отравились именно им, и казалось маловероятным, это могло привести полицию к убийце. Проверки у владельцев магазинов и оптовиков подтвердили, что лосось этой марки не продается в Лондоне. «Это указывает на вероятность того, – отметили следователи в одном отчете, – что мужчина принес его с собой». Другая зацепка казалась более многообещающей. Перед смертью Шривелл сказала, что Фред прислал ей письмо. Полицейские нашли его в комнате девушки – отправителем значился некий Джордж Клифтон, который назначал девушкам встречу за день до их смерти. Полиция пришла к выводу, что это, должно быть, настоящее имя таинственного Фреда. «Мы приложим все усилия, чтобы выследить Клифтона», – поклялся суперинтендант
Элис
