на минутку, если не возражаете.
- Конечно, ваше величество, - пробормотал Грей-Харбор, и стулья отодвинулись от стола, когда остальные поняли намек и встали.
* * *
Дверь зала совета закрылась за остальными, и Кэйлеб посмотрел на Мерлина.
- Почему бы теперь тебе не подойти и не присоединиться к нам, когда это безопасно? - спросил он с улыбкой, и Грей-Харбор усмехнулся.
- Как прикажете, ваше величество, - мягко ответил Мерлин и пересек комнату, чтобы сесть в кресло, которое несколько минут назад занимал Хаусмин.
Если бы присутствовал кто-то другой, этот гипотетический другой наблюдатель, вероятно, был бы более чем немного удивлен, увидев телохранителя короля Кэйлеба, сидящего за столом совета вместе с двумя самыми доверенными официальными советниками короля, как будто он был им равен в глазах короля. В конце концов, очевидно, что капитан Этроуз отвечал за то, чтобы сохранить Кэйлебу жизнь, а не - несмотря на его недавнее повышение, в соответствии с его должностью личного оруженосца короля - консультировать его по высоким государственным вопросам.
Конечно, тот же самый гипотетический другой наблюдатель действовал бы, исходя из ошибочного предположения, что капитан Мерлин Этроуз из королевской чарисийской стражи был живым. Что ж, по крайней мере, он был человеком. В конце концов, он мог быть на самом деле жив; внутреннее жюри Мерлина все еще не решило этот конкретный вопрос.
Даже Грей-Харбор и Стейнейр не знали всей правды о нем. Если уж на то пошло, сам Кэйлеб не знал всей правды. Король знал, что Мерлин был значительно больше, чем человеком, но не знал, что на самом деле он был ПИКА - персональным интегрированным кибернетическим аватаром, - чье искусственное тело было домом для электронной записи личности, воспоминаний, эмоций, надежд и страхов молодой женщины по имени Нимуэ Элбан, которая была мертва последние восемь или девять столетий.
Но что знали Грей-Харбор и Стейнейр, и что они, вместе с Кэйлебом и горсткой других, разделявших те же знания, приложили все усилия, чтобы никто другой не узнал, так это то, насколько важную роль "видения" капитана Этроуза и обрывки эзотерических знаний сыграли в способности Чариса пережить массированный натиск храмовой четверки. Конечно, все в королевстве знали, что Мерлин был сейджином - одним из смертоносных воинов-монахов, мастеров боевых искусств, а иногда и духовных провидцев, которые приходили и уходили (обычно апокрифически) по страницам истории Сэйфхолда. Мерлин тщательно выбрал это конкретное прикрытие еще до того, как прибыл в Чарис, и его репутация одного из самых смертоносных воинов в мире (хотя, если быть строго точным, он не был просто одним из самых смертоносных воинов в мире, учитывая его... способности) сделала его идеальным выбором для личного оруженосца Кэйлеба. Что просто случайно поместило его постоянно под рукой у короля, глубоко в центре всех советов и планов Кэйлеба, и в то же время сделало его почти частью обстановки. Постоянно доступный для совета или консультации, но настолько невидимый для посторонних глаз, что никто никогда не задавался вопросом, что он там делает.
Теперь Кэйлеб посмотрел на него и выгнул бровь. - Что ты думаешь об анализе Эдуирда? - спросил он.
- Думаю, что не готов спорить с ним в этой конкретной области знаний, - ответил Мерлин. - Сомневаюсь, что сможет кто-либо во всем королевстве, по крайней мере, до тех пор, пока страсть Маклина к записи чисел не даст нам базу объективной статистики. Должен согласиться с ним в том, что храмовой четверке было бы чрезвычайно трудно эффективно закрыть Ховард и Хэйвен для наших торговцев. Однако я не готов сказать, насколько успешными в конце концов были бы их усилия, если они все равно решили бы попробовать, и реалистичны ли опасения барона Уэйв-Тандера по поводу субсидий Ранилду.
Наполеон попробовал это против Англии со своей "континентальной блокадой", - размышлял Мерлин. - У него это получилось не очень хорошо, что, вероятно, является хорошим знаком для теорий Хаусмина. С другой стороны, в тот момент на Земле было гораздо больше стран, чем одна Европа. В случае Сэйфхолда это было бы так, как если бы Наполеон контролировал все основные порты Северной Америки, Южной Америки и Азии, включая Россию, Китай и Османскую империю. И, если уж на то пошло, контроль Церкви гораздо глубже, чем у Наполеона. Что будет только усугубляться по мере того, как для всех участников все яснее и яснее становится религиозный аспект этого противостояния.
- Склонен согласиться с Эдуирдом, - предположил Грей-Харбор. Кэйлеб и Стейнейр одновременно посмотрели на него, и первый советник пожал плечами. - Не сомневаюсь, что если бы храмовая четверка смогла осуществить это, последствия здесь, в Чарисе, были бы... серьезными. На самом деле, они вполне могли бы оказаться катастрофическими. Но я склонен думать, что аргументы Эдуирда о доступности и стоимости наших товаров сделают ситуацию почти такой же плохой и для материковых королевств. На самом деле, почти наверняка достаточно плохой, чтобы привести к серьезному скрытому сопротивлению любому такому указу. Если уж на то пошло, во многих случаях это вполне может привести к открытому сопротивлению. Если, конечно, Церковь не пойдет дальше и не объявит священную войну. При таких обстоятельствах все могло бы стать намного сложнее.
- Мейкел? - Кэйлеб повернулся к своему архиепископу, и в карих глазах короля было гораздо больше беспокойства, чем он позволил бы увидеть большинству людей.
- Мое мнение не изменилось, Кэйлеб, - сказал Стейнейр с безмятежностью, которой позавидовал Мерлин, хотя и задался вопросом, насколько это оправдано. - Учитывая то, как "храмовая четверка" подошла ко всему этому запутанному делу, они будут испытывать большое внутреннее давление. Помните, у них всегда были свои враги в совете викариев. Во всяком случае, они этого не забыли, и у некоторых из этих врагов есть собственные значительные базы власти. Наша маленькая записка великому викарию ослабит четверку и придаст смелости их врагам. На этом фоне им придется действовать, по крайней мере, немного осторожно, если только они не решат рискнуть всем ради какого-нибудь драматического жеста неповиновения. Они никогда не делали этого в прошлом. Действительно, если бы они имели хоть малейшее представление о том, что их нападение на королевство может обернуться катастрофой, они бы никогда не предприняли его. Или, по крайней мере, никогда так бесцеремонно и небрежно. Поскольку они уже скормили одну руку ящеру-резаку, полагаю, что они вряд ли захотят поднять ставки выше, чем это абсолютно необходимо, по крайней мере, на какое-то время.
- Надеюсь, что ты
