прав насчет этого, - сказал король. - Я действительно надеюсь, что ты прав насчет этого.
Я тоже, - сухо подумал Мерлин. - Вот почему я надеюсь, что вы с Мейкелом оба были правы, изложив свою позицию по отношению к Церкви так... прямолинейно.
- Я надеюсь на то же, что и вы, ваше величество, - слегка улыбнулся архиепископ. - Время, конечно, покажет. И, - его улыбка стала шире, а глаза заблестели, - я очень хорошо осознаю, что природа моих собственных проблем гораздо лучше подходит для того, чтобы действовать на основе веры, чем ваша.
- У меня сложилось впечатление, что его высокопреосвященство, вероятно, прав насчет нежелания храмовой четверки ввязываться в какую-то раскаленную религиозную конфронтацию, по крайней мере, в краткосрочной перспективе, - сказал Мерлин и увидел почти подсознательную гримасу Кэйлеба. Мерлин на самом деле не выступал против письма Стейнейра великому викарию, но и не был одним из его самых сильных сторонников.
- Думаю, что, к сожалению, неизбежно то, к чему мы движемся, - продолжил он сейчас. - Даже если полностью отвлечься от нашей собственной переписки с ними, сам факт того, что мы больше не подчиняемся их приказам, подтолкнул бы их к этому, и когда это произойдет, все станет чрезвычайно некрасиво. На данный момент, однако, привычка, если не что иное, заставит их пытаться "разыгрывать ситуацию" так, как они всегда делали это в прошлом. Конечно, именно так они попали в эту переделку, но думаю, что потребуется по крайней мере еще несколько месяцев, чтобы они поняли, насколько полностью изменились правила, а это значит, что у нас должно быть хотя бы немного времени, чтобы подготовиться.
- Что подводит меня к настоящей причине, по которой я попросил тебя и Рейджиса остаться, Мейкел, - сказал Кэйлеб.
Он откинулся на спинку стула и провел пальцами левой руки по цепи с изумрудами, которую так недавно унаследовал от отца. Он часто так делал, как будто цепь была своего рода талисманом, утешительной связью между ним и его отцом. Мерлин был уверен, что это была бессознательная манера с его стороны, но сейджин почувствовал знакомый укол личного горя, когда это напомнило ему о смерти старого короля.
- Брайан прав насчет необходимости иметь дело с Нарманом и Гектором, - продолжил новый король. - Всегда есть еще и Горджа, но Таро может подождать. Однако, по крайней мере, мы знаем, где находимся с Нарманом и Гектором. Можно сказать, что наши варианты там обладают достоинством прямолинейности. Но есть еще Чисхолм. Вы двое подумали над моим предложением?
- Как правило, ваше величество, - сухо сказал Грей-Харбор, - когда король "просит", чтобы его первый советник и его архиепископ "немного подумали" над одним из его предложений, они это делают.
- Хорошо. - Кэйлеб сверкнул улыбкой, хотя Мерлин хорошо знал, что во многих королевствах Сэйфхолда такая степень легкомыслия и неформальности со стороны первого советника вполне могла привести к быстрой замене упомянутого первого советника. - Поскольку я король, и поскольку вы думали об этом, как послушные слуги, к каким выводам вы пришли?
- Честно? - Веселье Грей-Харбора превратилось в трезвость, и он поднял одну руку и помахал ею взад-вперед в жесте нехарактерной неуверенности. - Я не знаю, Кэйлеб. Во многих отношениях это было бы идеальным решением, по крайней мере, одной из основных наших проблем. Во всяком случае, это, вероятно, успокоило бы нескольких людей, которые в настоящее время обеспокоены преемственностью, и Бинжэймин прав в том, насколько пугающим сейчас является весь этот вопрос. Но это также привело бы к некоторым значительным потрясениям, и всегда остается вопрос о том, будет ли Шарлиэн вообще рассматривать это. У нее будет достаточно проблем с храмовой четверкой, когда они узнают о действиях ее флота против нас. И, конечно же, - он показал зубы в тонкой одобрительной улыбке, - ваше решение вернуть ей сданные суда без каких-либо условий только усилит подозрения таких людей, как Клинтан и Тринейр.
- Тринейр, по крайней мере, скорее всего, точно поймет, почему вы это сделали, - вставил Стейнейр. - С другой стороны, Клинтан более проблематичен. У него более чем достаточно ума, чтобы понять. Вопрос в том, позволят ли ему понять его фанатизм и предрассудки или нет.
Стейнейр, безусловно, прав в этом, - подумал Мерлин. - Было бы намного проще, если бы мы знали, какой Клинтан проявится в любой данный момент. Вероятно ли, что это будет потакающий своим желаниям обжора? Или бесспорно блестящий мыслитель? Или религиозный фанатик-изувер, великий инквизитор? Или циничный интриган из "храмовой четверки"?
- И Шарлиэн, и Грин-Маунтин точно знают то же самое, - отметил Грей-Харбор. - Это будет фактором в том, как они могут отреагировать на ваше... скромное предложение. Усиление давления на них, возможно, не сделает их более восприимчивыми.
- Из того, что я видел о королеве Шарлиэн и бароне Грин-Маунтин, я бы не подумал, что это будет слишком большой проблемой, - сказал Мерлин. - Они оба понимают, с какими трудностями сталкиваемся мы. Не скажу, что они, вероятно, будут в восторге от любых попыток с нашей стороны манипулировать ими, но они, безусловно, поймут, что в этом не было ничего личного.
И Грей-Харбор, и Стейнейр кивнули, соглашаясь с его замечанием. Они хорошо знали, что "видения" Мерлина позволяли ему следить за внутренней работой и частными беседами королевы Шарлиэн Чисхолмской и ее самых доверенных советников так, как не мог никто другой.
- Сказав это, - продолжил Мерлин, - я не имею ни малейшего представления, как она отреагирует на то, что вы имеете в виду. Не думаю, что такая возможность даже приходила ей в голову. С какой стати?
- Это, безусловно, разумный вопрос, - криво усмехнулся Грей-Харбор. - С другой стороны, было то, как она отреагировала на предложение твоего отца о более формальном союзе, Кэйлеб.
- С тех пор ситуация немного изменилась, - ответил Кэйлеб. - И давайте не будем забывать, кого отец выбрал своим послом.
Челюсть юного монарха сжалась от мимолетно вспомнившейся боли. Калвин Армак, герцог Тириэн и его собственный двоюродный брат, представлял интересы короля Хааралда в его попытке заключить оборонительный союз против Корисанды с королевством Чисхолм. Конечно, когда Хааралд выбрал Тириэна, он не понимал, что двоюродный брат, которого он любил как родного брата, уже строил против него заговор в сотрудничестве с князем Нарманом Эмерэлдским. Хааралд даже не подозревал, что Калвин намеревался убить и его, и
