Которую, кажется, можно было потрогать руками.
И в которую Джа любил смотреть.
В нее или сквозь нее.
Он просыпался, лежа на спине, или, проснувшись, переворачивался на спину, раскрывал глаза и ничего не видел. Но продолжал смотреть, чувствуя себя частью ночи, странным сгустком тьмы, зачем-то ощутившим себя живым и обладающим волей. Смотрел во тьму и представлял, что она и есть мир.
Тихий, спокойный, абсолютно черный мир.
Джа нечасто мог поваляться в постели, но когда мог – наслаждался мгновением, баловал себя, зная, что многие последующие ночи ему придется спать одетым, просыпаться мгновенно и хорошо, если по будильнику, а не от подозрительного шороха или автоматной очереди…
Винчи любил эти мгновения безделья, но не затягивал пребывание в кровати, и странный сгусток тьмы вскоре поднялся, потянулся, разминая мышцы, надел легкие шаровары и вышел в гостиную. Сразу же услышал стоны справа, но не обратил на них внимания, вытащил из мини-бара бутылочку с водой, открыл, жадно выпил, бросил бутылку на пол, взял вторую, сделал пару шагов, уперся рукой в толстое стекло панорамного окна и принялся разглядывать лежащий под ногами Центральный парк. «Bolivar Enterprise» занимал шесть верхних этажей башни, первый – технический, затем три основных, а два самых верхних представляли собой апартаменты, которые можно было снять и на час, и на год. Стоила услуга недешево, но Джа мог рассчитывать на скидки.
И теперь любовался видом, доступным исключительно миллионерам. Разглядывал едва различимых с высоты людей, резвящихся над водой пингер-дронов, дома напротив, машины на улицах… наслаждаясь простой и очень приятной картинкой обычного утра.
Закончив пялиться на город и допив воду, Джа повернулся и наконец обратил внимание на источник тягучих стонов, которым являлась короткостриженая девушка лет двадцати, худенькая и гибкая. Полностью обнаженная, она извивалась на кожаном диване, лаская свои бедра и маленькую грудь, а от ее maNika тянулся кабель к «генератору оргазмов», запрещенному в большинстве штатов устройству, посылающему в нейрочипы импульсы эйфории. Привыкание «генератор» вызывал быстро, соскочить с него получалось не у всех, и не было ничего удивительного в том, что девушка подключилась к устройству, едва его увидев.
Удивление вызывал тот факт, что Кот оставил эту дрянь в апартаментах.
Джа проверил частоту оргазмов, убедился, что девушка не забыла выставить таймер, то есть не затрахается до смерти, и отправился открывать дверь.
– Решил, что тебе не повредит завтрак, – усмехнулся Кот. Вошедшие за ним официанты споро накрыли столик у панорамного окна и удалились, оставив друзей одних. – Все, как ты любишь: тосты, омлет, бекон, сосиски, круассаны.
– А если бы я еще спал? – хмыкнул Джа, выпив бокал апельсинового сока двумя жадными глотками.
– Я знаю, во сколько ты просыпаешься.
– Еще пара таких признаний – и я на тебе женюсь.
– Для этого тебе придется сделать серьезную операцию.
– Об этом я не подумал.
Мужчины рассмеялись.
Кот выглядел мощнее Винчи, был выше на полголовы, шире в плечах, плотнее и внешне напоминал его старшего брата: круглое лицо, русые волосы, густая борода до груди. В действительности они не были родственниками, но знали друг друга так давно, что могли считаться братьями.
– Как провел ночь?
– Неплохо, – Джа положил в тарелку омлет с беконом и взял в левую руку тост. – Девушка проявила себя энергичной выдумщицей и казалась нормальной.
– Сара конкретно подсела на генератор и готова подключаться к нему каждую свободную минуту, – только сейчас Кот бросил быстрый взгляд на стонущую девушку. – Вчера вы так быстро ушли, что я не успел тебя предупредить.
– Ерунда, – махнул рукой Винчи. – Ночь в любом случае прошла великолепно, а дальше… вряд ли я с ней еще когда-нибудь увижусь.
– Ну и правильно.
Некоторое время они ели молча, однако чувствовалось, что Кота подмывает развить тему: он то и дело бросал на Сару взгляды, разумеется не плотоядные, морщился, как человек, который не знает, с чего начать разговор, и когда Джа закончил с круассанами и от завтрака остался только кофе, решился на вопрос:
– Ты пробовал? – Кот не был пингером и понятия не имел, что переживает подключившийся к генератору человек. Но ему было интересно.
– Пробовал, – кивнул Винчи, отставляя чашку и начиная сворачивать самокрутку.
Даже сейчас, будучи голым по пояс, он не казался пингером, но только благодаря мастерству хирургов и великолепной, самой дорогой в мире псевдокоже, которая идеально скрывала шрамы: обе руки Джа были полостью искусственными, а значит, усилен, а то и вовсе заменен позвоночник. Винчи не стеснялся того, что пингер, но не выставлял это напоказ.
– Зачем ты подключался к генератору?
– Я и героин пробовал.
– Просто чтобы попробовать?
– Молодой был, глупый, – Джа раскурил самокрутку и запил первую затяжку горячим кофе.
– И как?
– Приход получился слабым, с женщиной интереснее.
– Я про генератор.
– Я тоже.
Кот усмехнулся и продолжил:
– Говорят, цепляет очень сильно.
– Во-первых, мужиков генератор цепляет слабее, во-вторых, это всего лишь симуляция. Нет массы сопутствующих ощущений, очень важных для полного погружения в секс.
– И ты все это понимал? – недоверчиво прищурился Кот. Он не курил, поэтому чуть отодвинулся, чтобы оказаться подальше от дыма.
– Понимал, но не в момент оргазма, – не стал скрывать Винчи. – А когда очнулся, решил, что генератор не для меня.
– И что?
– И ничего, – Джа помолчал. – Гомосексуалистам генератор очень нравится.
– Понятно.
– Ага.
Сара взвыла и скатилась с дивана. Стукнулась головой о пол, изогнулась, замерла, напряженная настолько, что вот-вот порвется, вновь взвыла и забилась в судорогах.
– Она выставила таймер?
– Ага, – безразлично повторил Джа, стряхивая пепел в пустую тарелку: курить в апартаментах строго запрещалось, и пепельница на столе отсутствовала.
– Тогда все в порядке, – Кот помолчал. – Тебя это не смущает?
– Пусть орет.
– Я имел в виду другое: ты трахал Сару всю ночь, а она, едва проснувшись, побежала к генератору.
– Может, ей стало скучно, – предположил Винчи, прищуриваясь на башни с другой стороны Центрального парка.
– Не смущает?
Джа понял, что Кота происходящее отчего-то задело, вздохнул и посмотрел другу в глаза:
– Брат, я не знаю, как тебе ответить, но я точно знаю, что никогда не стану соревноваться с машиной. Ночью я получил от Сары все, что хотел, а как она проводит свободное время, меня не касается.
– Но… – Кот хотел перебить Винчи, однако тот не позволил:
– Мир стал другим, брат, многие перестали понимать, люди они или уже нет, а ты спрашиваешь, ревную ли я к металлическому ящику, посылающему в maNika обдолбанной девки сигналы бурного оргазма. Как мне ответить?
– Ты не считаешь себя человеком? – изумился Кот, среагировав на не самую важную фразу друга.
– Считаю, – твердо ответил Джа. – Поэтому не собираюсь ревновать к машине.
– Люди ревнуют к чему угодно.
– Она мне никто.
– Поэтому я говорил не о ревности, а…
– Я помню, о чем ты говорил, – Винчи выдержал короткую паузу. – И на тот вопрос ответ будет таким же: нет. Я знаю девчонок, которые специально вживляли maNika, чтобы попробовать генератор, а попробовав, навсегда слетали с катушек.
– Таких уйма, – подтвердил Кот.
– Они – обычные наркоманы, генератор для них – тот же шприц, и если бы Сара закинулась после ночи со мной, тебе и в голову не пришло заводить об этом разговор.
– Пожалуй, ты прав, – признал Кот.
– К сожалению, – Джа затянулся последний раз и бросил окурок в недопитую чашку кофе. Показывая, что тема его больше не интересует.
Мужчины помолчали, любуясь прекрасным видом, а затем Кот негромко сказал:
– Женщина, о которой ты спрашивал, будет сегодня в клубе.
