И знаменитый тренер Крикунов, и близкие спортсмена, и его друзья детства в один голос признаются, что с самого первого дня и в жизни, и в спорте он хотел быть первым: наказать ли хулиганов, обидевших девочку из соседнего двора, выиграть ли турнир на первенство области. «Фирменное мальцевское кредо – всегда быть первым, – признается товарищ Мальцева по «Динамо» вратарь Владимир Полупанов. – Я не видел другого такого хоккеиста, который бы так по-хорошему высоко задавал подобную планку и требовал этого, на правах капитана, от своих партнеров по команде».
Евгений Душкин вспоминает о том, что Александр Мальцев был «говорлив на поле» и страшно не любил проигрывать. На правах капитана часто спорил с судьей, по его мнению, не замечавшим очевидную грубость против него и товарищей по команде. Часто получал за «поиск правды» на футбольном поле не только устные предупреждения от арбитров, но и желтые карточки. Иногда после матчей судьи признавались, что погорячились, просто боялись, что если не «осудят» искавшего правду капитана «Труда», то игра выйдет из-под их контроля. Так и быть бы Сашке Мальцеву, начинавшему в детстве футбольным вратарем, а потом, когда окреп, возмужал, подрос, – гонять полузащитником в местной команде, но переехал в 1958 году в Кирово-Чепецк один ленинградский хоккеист. Звали его Николай Иванович Поляков, хотя для всех местных жителей он вскоре стал просто Коля. Нескольких игр хватило заезжему хоккеисту, чтобы влюбить в себя кирово-чепецких болельщиков. Он показал на льду доселе незнакомые финты и броски, быстро став лучшим игроком местной хоккейной команды. Вскоре гость из Ленинграда, так и оставшийся жить в Кирово-Чепецке, стал совмещать игру в хоккей с тренировками школьников.
Детство Мальцева, как уже стало понятно из предыдущего рассказа, не было безоблачным и спокойным, как речная заводь. Он любил и пошалить, часто не мог и пяти минут усидеть на месте, рвался мигом что-нибудь изобрести, познать, да так, чтобы сразу и непременно. Но все баловство закончилось, когда с другими окрестными ребятами он пришел на ледовую площадку. Там Николай Поляков тренировался вместе с взрослыми хоккеистами из местного «Химика».
Ветераны «Олимпии» вспоминали, что в конце 1950-х годов часто видели у борта хоккейной площадки, за воротами, одинокого мальчугана. Он приходил во время тренировок взрослой команды, вставал за сеткой и мог неподвижно и тихо простоять час с лишним. Восьмилетний Саша Мальцев завороженно следил за происходящим на площадке, стоя как вкопанный у кромки льда. Такого нельзя было не заметить.
Николай Поляков, который согласился возглавить детскую хоккейную секцию в Кирово-Чепецке, несмотря на молодость, пережил многое. Его юношеские годы пришлись на блокаду, во время которой он, ленинградец, находился в родном городе. Чудом выжил, едва не умерев от голода. Он хотел, чтобы хоть на долю этих стремительно растущих пацанов из Кирово-Чепецка выпало счастливое детство.
Но и видевший многое Поляков однажды обомлел, когда записавшихся в заранее оговоренный день приема в секцию мальчишек набралось аж на целых восемь команд! Пришлось отсеивать тех, кто не прошел отбор. В их число, увы, попал и Саша Мальцев, «немного не вышедший росточком». Мальчуган стиснул зубы от обиды. В глазах стояла мольба – как же так, почему без меня, я же могу быть самым лучшим! Поляков уже засобирался домой, как вдруг увидел кучку пацанов возле стадиона, которые умоляли его пройти с ним «пять минут», чтобы своими глазами увидеть что-то необычное.
Ребята, буквально вися на рукаве у тренера, провели его через рощу от катка до дома Мальцевых на проспекте Мира. Затащили во двор. И там Поляков увидел поразившую его картину.
На балконе трехэтажного дома, с внешней стороны, сзади уцепившись руками за перила, на самом его краю стоял тот самый щуплый мальчуган, Сашка Мальцев, которого часом ранее не приняли в секцию. Весь бледный, он дрожал от холода и от страха. «Слезай! Давай обратно в квартиру!» – успел крикнуть ему Николай Поляков. Но было поздно. Зажмурив глаза, солдатиком, Саша прыгнул вниз. «Сиганул я с приличной высоты, метров так с семи, – улыбается, долго выдерживая паузу и явно растягивая удовольствие от этого воспоминания, Александр Николаевич. – Потолки тогда в домах были высокие, и трехэтажный дом размерами напоминал небольшую крепость. Спас меня сугроб, если бы не такой слой снега внизу, не знаю, что бы со мной тогда было. Ноги бы как минимум сломал».
К счастью, в зимнем Кирово-Чепецке, изрядно засыпанном снегом, на каждом углу высились приличные по высоте «холмы» сугробов. А во дворе дома Мальцевых и вовсе была настоящая снежная горка. Дело в том, что, очищая дорожку, которая вела к магазинному складу, для машин, чтобы грузчики могли разгрузить товар, дворник насыпал большой сугроб аккурат у третьего подъезда, где жили Мальцевы. «Сугроб тут был почти до уровня окон первого этажа. Позже повторил подвиг Саши и я», – улыбается брат бомбардира Сергей, устраивая для меня поход по «местам боевой славы» Александра Николаевича.
Вот в этот сугроб, причем буквально с головой, тогда и вошел отважный паренек. Поляков подбежал к сугробу, когда из него высунулась голова дрожащего мальчишки. Убедившись, что «герой» цел, тренер вызволил его за шиворот из снежного плена. Вот так Николай Поляков в прямом и переносном смысле откопал «бриллиант» для русского хоккея. Тренер пожурил второклассника: «Геройство – это конечно же хорошо. Мужчина должен быть отважным и смелым. Но он не должен заниматься разными глупостями. Доказывать, Саша, свою смелость нужно другими поступками». Поляков выдержал паузу и, улыбнувшись, сказал: «Ладно, жду тебя завтра в секции».
Безмерно счастливый Саша побежал к родителям, чтобы сообщить им радостную новость. А потом постучался к соседской девочке: «Надя, одолжи свои “снегурки”!» На следующий день Саша Мальцев стоял у ворот хоккейной коробки, бережно сжимая в руках девчоночьи коньки. На лед он выбежал первым, еще толком не умея стоять даже на «снегурках»…
«Николай Иванович Поляков проявил ко мне большую человеческую заботу. Он преподал мне основы хоккейного мастерства, заботился о нас, о мальчишках, посвящая нам все свое свободное время. Я с огромной благодарностью вспоминаю о нем до сих пор. Он – для меня пример тренера и человека», – признается Александр Мальцев.
Знакомясь с детскими годами Мальцева, тем фундаментом, что был заложен на пути к оглушительной славе, в который раз понимаешь, что великим спортсмена делают отнюдь не наследственные гены и правильное калорийное питание (конечно, без него никуда). Пример Александра Мальцева более чем ярко показывает, что основа всему – упорство, невероятное трудолюбие и умение уйти от всех соблазнов, которые поджидают тебя в беззаботные юношеские годы.
