Музыка смолкла. В наступившей тишине мы шли по проходу между придворными. Со всех сторон я видела веселые, насмешливые и любопытные лица, усыпанные серебряной пудрой и камнями. Никто не выглядел испуганным, скорее, от нас ждали нового развлечения. От богатых мужских и женских кафтанов, каскадов драгоценностей и мехов зарябило в глазах.
Похоже, здесь собрался весь высший свет Арвиндаля.
Посреди зала возвышалась ониксовая статуя единорога, стоящего на задних ногах. Красные глаза были выполнены из огромных рубинов. Черный рог угрожающе поблескивал. Ходили слухи, что в минуты гнева Правитель Димитрий подвешивает на этот рог провинившихся, окропляя преступной кровью черные бока божественного зверя.
Я подняла взгляд. К счастью, сегодня на роге никто не висел.
Зато у его подножья, у копыт зверя, творилось настоящее безумство! На широком постаменте извивалось множество почти обнаженных тел. Парни и девушки танцевали, целовались, откровенно ласкали друг друга и терлись об ониксовые бока единорога. Красивые извивающиеся тела прикрывали лишь сверкающие вуали или серебристая пудра.
Я отвернулась.
На хрустальных столах вдоль стен высились горы еды и винные фонтаны. Живот при виде угощения некстати заурчал, напоминая, что мой завтрак остался в далеком прошлом.
Глашатай за спиной ожил и звучно объявил:
– По приказу Великого Правителя Арвиндаля, принца звезд и теней, Повелителя северных льдов и полярного моря, Властителя Королевства Ночи и Грез, короля Димитрия… – Многозначительная пауза. – Арестованы и обезврежены преступники Королевства! Лидер Сопротивления и главарь Ворон, Коготь, и его подельница Эл Рид!
Сверкающая парчово-меховая толпа ахнула и отхлынула. И мы оказались перед возвышением. Страж ловко ударил меня по ногам, заставляя встать на колени.
Правитель восседал на высоченном хрустальном троне, укрытом белыми шкурами. Восседал с выражением невыносимой скуки на лице, держа в руке фужер с вином и закинув ноги на подлокотник. Прищурившись, я вскинула голову и посмотрела на хозяина Арвиндаля. В Пяти Королевствах запрещены изображения Великих Правителей. Но почему-то я всегда представляла Димитрия мужчиной лет пятидесяти, больше похожим на советника Фомальгаута.
А Димитрий оказался немногим старше меня. Возможно, ему еще не исполнилось и тридцати.
Откинув фужер, разлетевшийся на мраморе хрустальными брызгами, король Арвиндаля опустил ноги и направился к нам. Шел неторопливо, словно давая себя рассмотреть во всей красе. И надо признать, посмотреть было на что. Наряд Правителя состоял из белоснежных узких брюк, заправленных в высокие сапоги, сверху блестел роскошный темно-синий кафтан, богато украшенный черным мехом, серебряной вышивкой и широким поясом-кушаком, сплошь усыпанным драгоценными камнями. Наверное, стоимость одного лишь этого пояса была сравнима со стоимостью небольшой флотилии.
Но больше всего поражало не богатое одеяние.
Высокий лоб Димитрия охватывал алмазный венец, состоящий из острых неровных осколков. Сияние венца окутывало лицо Правителя и зажигало мерцанием его светло-голубые глаза. И лишь присмотревшись, я поняла, что венец – не искусственный. Что это часть Правителя. Что острые грани поднимаются прямо изо лба Димитрия. И вся его кожа, даже губы, усыпаны колючими хрустальными осколками. Они складывались в замысловатые узоры и стекали на шею, под мех воротника.
Короткие белые волосы короля были посыпаны серебристой пудрой. А когда он подошел совсем близко, и я заглянула в его глаза – вздрогнула. Его взгляд казался холодным, но на донышке плескалось что-то иное. Обжигающе злое.
– Неужели сам Коготь решил почтить нас своим присутствием? – скучающе произнес Димитрий. Небрежным жестом протянул руку в сторону, и расторопный слуга тут же вложил в нее новый фужер, наполненный ледяным вином. Димитрий сделал глоток, не спуская с нас взгляда. – Я изрядно развлекусь, обдумывая способ вашей казни. Возможно, вы умрете, истекая кровью на роге священного зверя. А может, сойдете с ума от пыток. Что бы мне выбрать?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Придворные одобрительно загудели, Димитрий улыбнулся.
– Коготь и его советница. Вы доставили неприятности моему городу и всем Пяти Королевствам. Не так много, как вам хотелось бы, конечно. Жалкие попытки Сопротивления свергнуть Великих Правителей ожидаемо потерпели крах. И посмотрите, кто стоял во главе презренных Ворон! Два оборванца!
Зал разразился насмешками. Я сжала кулаки. Димитрий взмахнул бокалом.
– Я рад, что именно мои силовики сумели устранить угрозу и обезглавить Сопротивление. И с радостью оповещу об этом Верховного Властителя. Лино будет доволен. Пожалуй, сегодня прекрасная ночь.
Грохнули аплодисменты, и со всех сторон понеслось: «Славься, Властитель Лино! Да здравствует Правитель Димитрий!»
Короткий жест – и крики оборвались.
Хозяин Арвиндаля слегка улыбнулся.
– Да, сегодняшняя ночь станет прекрасным развлечением. С чего же мне начать?
Льдистый взгляд остановился на мне.
– Я видел, как ты смотрела на подножие божественного зверя, Ворона. Тебе не понравилось представление? Или напротив… понравилось? Может, ты станешь одной из тех, кто развлекает моих гостей? Может, вы оба станете… Пожалуй, это будет забавно. Кстати, разве вы не знаете, что невежливо являться на праздник дурно одетыми? Ваши убогие тряпки оскорбляют мой утонченный вкус. И вкус моих гостей. Не так ли?
Придворные издали дружное: «Д-а-а». Димитрий выпил вино и швырнул фужер на пол. Острые осколки впились в ногу ближайшего придворного, но тот и глазом не моргнул. Лишь постарался незаметно скользнуть в сторону, все так же услужливо улыбаясь.
Интересно, сколько фужеров разбивает Правитель за один вечер? И почему меня так раздражает его бледная улыбка?
Димитрий удовлетворенно кивнул.
– Разденьте Ворон. И привяжите возле Единорога.
Что?
Я вцепилась в свой свитер, который уже тащили вверх руки стражников. Толпа захохотала. Несмотря на сопротивление, мою сумку сорвали с плеча. Изогнувшись, я вцепилась зубами в руку стража, тот взвыл. В отличие от меня, Фрейм не дергался, лишь поднял ладони, показывая, что разденется сам. Наши взгляды встретились. И Фрейм совершенно четко сказал губами: «Не сопротивляйся».
Ну уж нет! Я не позволю этим гадам себя раздеть! По крайней мере – без боя. Хотели зрелища? Получите! Я извивалась и шипела, кусалась и лягалась, сражаясь за каждый клочок своей одежды. В какой-то момент свитер на мне просто разрезали и остатки повисли на плечах лоскутами. А на меня накинулось сразу несколько стражей, пытаясь избавить от остальной одежды. Я отбивалась как могла. Ударила, укусила, лягнула! Рука наткнулась на острый осколок от фужера. И я тут же воткнула его в чью-то ладонь, пытающуюся стащить с меня штаны! Страж зарычал, кинулся снова, но… отлетел в сторону. Я села и потрясла головой. Мой свитер стал похож на дырявую тряпку, ботинки исчезли. Но штаны по-прежнему были на мне! Пучок волос развалился, и яркие пряди укрыли плечи и спину.
Стражи разошлись. Надо мной возвышался Димитрий. Бледные пальцы с длинными и острыми ногтями держали ножку очередного фужера.
– Интересно… – протянул он.
Я медленно поднялась, сжимая свое холодное оружие.
– Злая Ворона. Тебя стоило назвать дикой кошкой. – Правитель смотрел на меня в упор. И стоял слишком близко. Непохоже, чтобы осколок в моей руке его хоть сколько-нибудь напугал. – За что ты так яростно сражалась, отступница? За право остаться в своих грязных штанах?
Придворные дружно расхохотались.
– Или ты стыдишься своего обнаженного тела? Какая странная Ворона залетела в нашу клетку, не так ли?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И снова услужливый хохот. Я слегка повернула голову. Фрейм по-прежнему был в своей одежде – и в отличие от меня чертов Коготь выглядел целым и невредимым. Похоже, стражи сосредоточились именно на моем раздевании.
Нахмурившись, я снова повернула голову к Димитрию. Тот рассматривал меня, не моргая. Алмазные грани на его лице сверкали, не давая толком понять, что прячется в глазах Правителя.
