настолько, что начинало сводить судорогой. Было больно, но я терпела. К горлу подкатил кислый ком. Нет-нет. Только не сейчас. Нужно правильно дышать. Тогда все пройдет.
Сделала частые короткие вдохи-выдохи. Помогло. Но надолго ли? Не важно, главное оторваться. Найти место, где можно спрятаться. Переживала, что Станислав все же кинется в погоню. Не он сам, так темных сущностей пошлет. Даже просто для того, чтобы проследить и узнать, где я живу. В гневе колдуны способны на многое. Поэтому лучшая стратегия — это переждать бурю в безопасном и, главное, нейтральном месте.
Впереди увидела старое недостроенное трехэтажное здание. Его и выбрала для укрытия. Когда-то на этом месте хотели построить современный торговый центр, но не уложились в выделенный бюджет и стройку заморозили.
— ЗамОк, — произнесла я приказ открытия оного шепотом, подбегая к стеклянным обклеенным бумагой дверям. Схватилась за пластмассовую ручку, дернула и оказалась внутри.
Не раздумывая, бросилась к центральным ступенькам. Поднялась на второй этаж и остановилась. Громко дыша, начала оглядываться.
— Так, туда.
Увидела небольшую комнатенку, похожую на кладовую для уборщиц. Это было то, что нужно. Без окон и без дверей, правда, но для задуманного подойдет идеально. Забежала, обернулась. Достала из кармана темный мешочек с четверговой солью, которую всегда носила с собой, так на всякий случай. Опустилась на колени возле порога и принялась его засыпать белыми кристаллами, одновременно наговаривая:
— Соль-солюшка, не пускай ко мне горюшко. Спрячь от нечисти лютой, стань оберегом, защити и спаси. Соль-солюшка, не пускай ко мне горюшко. Спрячь от нечисти лютой, стань оберегом, защити и спаси. Соль-солюшка, не пускай ко мне горюшко. Спрячь от нечисти лютой, стань оберегом, защити и спаси.
Закончив с заговором, я выпрямилась и отошла на несколько шагов назад, пока не уперлась спиной о стену. Дыхание выровнялось, но меня все равно потряхивало. Не сводя глаз с темного прохода, всматриваясь в черную пустоту, я вжалась в угол.
Шли секунды, минуты. Ничего не происходило. Но выходить из укрытия не спешила. Потому решила подождать еще немного.
Не отрываясь от бетонной опоры, сползла вниз и присела на корточки. Прикоснулась к амулету на груди и глубоко вздохнула. Да уж. Ну и вечерок сегодня выдался. Столько впечатлений. Кстати, от переполнявших меня эмоций, чуть не забыла оставить Станиславу свой новый номер телефона. Этот сюрприз в виде конверта, на котором мы с Милой оставили множество отпечатков красных губ, я положила на багажник, когда обходила машину. И телефон, который мы недавно приобрели у одного скупщика, сейчас находился у Милы. Так что представляю, как он уже, наверное, в течение двадцати минут не прекращает назойливо пиликать, доводя подругу до психоза. Хотя она может просто отключить звук.
Неожиданно до меня донесся шорох. Я замерла, затаив дыхание. Шорох повторился, дальше фырк, следом рычание. Я напряглась, стараясь дышать, как можно тише и ровно. Рычание приближалось.
Не сводя глаз с темного проема, я одними губами снова начала произносить заклинание защиты. Повторяла и повторяла его. Даже тогда, когда появился силуэт чего-то огромного, мохнатого и страшного.
Существо стояло прямо напротив, буквально в двух метрах от меня, закрывая собой весь обзор. И я слышала, что позади него где-то неподалеку рыскает еще парочка таких же псов-поисковиков. Похоже, придется здесь просидеть до рассвета.
Ну что ж, благодаря наговоренной соли, чудище меня не только не увидело, но и не учуяло и не сможет переступить порог. Потому еще раз принюхавшись и убедившись, что тут чисто оно развернулось и, продолжая порыкивать, двинулось куда-то в сторону.
Медленно облегченно выдохнула. Пронесло.
ГЛАВА 9
Ведьма от боли — колючая, резкая,
Все для других, ничего для себя.
В юности девушка — легкая, дерзкая,
К зрелости — ядом разит, как змея. (Автор неизвестен)
Дззз…Дззз…Дззз…
— Сегодня мы будем готовить любовный напиток, — говорила Марьяна, открывая старую, переплетенную кожей книгу. — Одно из древнейших приворотных зелье.
Дззз…Дззз…Дззз…
— При правильном приготовлении это зелье может оказаться более действенным, чем устный заговор или использование куклы вольт. — С воодушевлением продолжала преподавательница, бережно, с хрустящим звуком, перелистывая желтые страницы. — Ведь любовный напиток проникает в самый желудок человека, соединяет духовное действие с физическим. Впрочем, для успеха лучше применить зелье в соединении с заклинанием, но сегодня остановимся пока на готовке.
Дззз…Дззз…Дззз…
— Вот неугомонный, — проворчала я тихо, еще раз сбросив поступивший на телефон вызов. Потом подняла голову, посмотрела на Марьяну. Та, ничего не заметила.
— Поклонник? — усмехнулась Ритка — черноволосая сокурсница. Она сидела рядом, косо поглядывая на мой телефон в руке.
— Дааа….тааам, — ответила я невнятно, не желая вдаваться в подробности, еще раз нажав на кнопку отбой.
— Настойчивый, — улыбнулась она, — может ответишь? Мешает, — намекнула Ритка.
— Извини, сейчас все отключу.
Дззз…
— Вот так тебе, — вырубила я все режимы и положила телефон на стол экраном вверх. Полностью отключать из-за стратегических соображений не собиралась, иначе это был бы полный отказ. А так и, да, и нет. Трубку не беру, но дарю шанс на оную возможность.
— Спасибо, — поблагодарила сокурсница и снова занялась подготовкой своего зелья.
— Старайтесь при этом думать о человеке, которого собираетесь приворожить, мысленно направляйте на него свое желание. В полнолуние сделайте отвар из полученного порошка и добавьте в питье вашему избраннику, — вдохновлено вещала преподавательница.
Я старалась успеть записать все, что говорила Марьяна и в тоже время другой рукой пыталась достать из сумки ступу, для приготовления своего любовного напитка. Но из-за «разбитого» состояния, так как нынешнюю ночь мне пришлось провести в заброшенном здании, руки практически не слушались. Все вываливалось, отчего мне пришлось несколько раз наклониться, поднять пакетики с порошками и складывать их обратно в сумку. Хорошо, что сидела на последней парте. Преподаватель меня практически не видел.
Вернувшись утром в общежитие, я резко кинула неприятный пакетик Миле на кровать.
— Где ты была? — воскликнула та взволновано, даже не глянув на мой выстраданный трофей.
Я скинула с себя грязную, пропитанную потом от величайшего, наверно, за всю мою жизнь марафона одежду на пол и, бросив на подругу сердитый взгляд, молча, пошла в душ. Дальше так же в полном игноре облачилась в чистую блузку, черные брюки, в второпях расчесала высушенные волосы, собрала в хвост и направилась к выходу. Резко посредине комнаты остановилась, развернулась, подошла к столу и взяла новый телефон.
— Так и будешь дуться? — насмешливо спросила Мила. — Ксюш?
Снова направилась к выходу. Наклонилась, чтобы взять один сапог, второй, натянула поочередно на ноги, застегнула замок.
— Ксюююшааа?
Надела куртку, накинула на голову капюшон, взяла сумку.
— Вечером расскажу. Сейчас я злая, боюсь
