Порой она задумывалась, а было ли оно – волшебство? Что, в сущности, такого волшебного произошло в ее жизни? Бизнес пошел в гору – эка невидаль, с каждым бывает. Похудела, похорошела – так врачи сразу списывали это на редкий, но вполне объяснимый эффект предменопаузы. Ну, а Вадим… Что ж, на то он и Вадим. Трахнул пару раз внезапно похорошевшую начальницу, а потом сделал ноги. От греха. Вполне в духе Дюнечки. А теперь все улеглось и вошло в привычную колею – серую и посредственную.
Вот только куда здесь пристроить сны?..
Каждую ночь ей снилось одно и то же. Солнечный, безветренный день на рисовом поле. Она лежит, любуясь облаками и клонящимися к лицу гроздьями, жадно и радостно прислушиваясь к тягучему напеву без слов, который раздается, кажется, с каждым разом все ближе. Затем муторное потное пробуждение в темной квартире. Те самые звуки, что только что во сне наполняли душу довольством и умиротворением, здесь будили лишь слезливый, удушающий ужас. А звуки с каждым днем становились все ближе и реальнее.
Не далее, как вчера, Алла была уверена, что странная фигура бродит по маминой спальне. Попытки убедить себя, что все ей только мерещится, были разрушены внезапным резким звуком разбитого стекла. Реальность происходящего подтверждал и внезапный перерыв в пении, сменившийся недовольным ворчанием. Скрип приоткрывшейся в прихожую двери заставил Аллу бесшумно накинуть на лицо душное, пуховое одеяло и притвориться мертвой.
Шорох волочащейся по полу тяжелой ткани сначала приблизился к двери в ее комнату, а потом, вопреки всем законам физики, вдруг начал отдаляться, словно «существо» вошло в невидимый тоннель и пошло прочь. Казалось, что только по счастливой случайности ночной гость ошибся дверью. Вместо двери в спальню Аллы шагнул рядом – в… ну, в какую-то другую.
Когда в окнах забрезжил рассвет, Алла набралась храбрости и сходила в мамину комнату. Чуть сдвинутый журнальный столик, осколки вазы на полу. Ночью явно кто-то шарашился по тесной комнатушке, ненароком цепляясь за всякое… В поисках ее, Аллы…
Чувство нависшей над ней неведомой угрозы все возрастало. Днем, она пряталась за повседневными делами. Занималась обустройством нового офиса, объезжала торговые точки, много времени проводила с юристом, вникая в предстоящую судебную тяжбу, а вечером цепенела в ожидании кошмаров.
Что-то не так было с куклой. Может быть, Дуся именно этого и остерегалась? Быть может, передача куклы из рук в руки как-то… изменила ее свойства и вызвала на ее, Аллины, поиски неведомое поющее чудовище?
Однажды Алла, готовясь к очередной жуткой ночи, надолго задержалась в кабинете. Смотрела фильмы, пила горячий чай с лимоном (от выпивки ее как бабка отшептала) и то и дело поглядывала на куклу, занявшую свое место на книжной полке. Повинуясь неясному импульсу, она сняла ее с полки и принялась внимательно рассматривать в поисках каких-либо изменений.
И тут же нашла - от куклы шел странный запах. Раньше от нее едва уловимо пахло сухостоем, давно выветрившейся смолой и пыльными тряпками, а теперь явственно ощущался какой-то сладковатый, гнилостный душок, словно от компостной кучи. Повертев ее в руках, она обнаружила, что платье куклы на спине не так давно распарывали, а потом аккуратно зашили обратно. Алла взяла маникюрные ножницы и распустила свежие нитки. Под ними оказался не менее свежий, но гораздо более уродливый шов на «теле», испачканный чем-то бурым.
- Да ну, брось…, - прошептала она, не веря своим глазам, - Это не может быть кровь!
Кривой рубец, кое-как выполненный черными нитками, расползался на глазах, являя взору пучки гнилой соломы, высыпающиеся неочищенные зерна риса, какие-то сухие сгустки и труху. Алла, превозмогая суеверную жуть и отвращение, сунула пальцы внутрь и извлекала из «раны» влажную, желтоватую бумажку с начертанными на ней непонятными символами.
- Суууукааа…, - прошептала она почти в религиозном экстазе, глядя на испачканный бурым оттиск по верхнему краю бумажки, который гласил: «Детское Счастье» с вами на всю жизнь!».
Не удовлетворившись Аллиными неудачами, Вагина решила навести на нее порчу! И не придумала ничего умнее, как запечатать зловещее послание темным силам на листке из некогда подаренного ей Аллой ежедневника!
…
Порыв вторично заявиться в гости к подруге у Аллы пропал еще до того, как успел толком оформиться. Снова оказаться за решеткой ей вовсе не хотелось, а она чувствовала, что если вновь окажется перед знакомой сызмальства серой железной дверью, то ее непременно хватит родимчик, и завяжется нешуточная потасовка.
Вместо этого она принялась методично штудировать интернет в поисках какого-нибудь завалящего Иркутского знатока китайской магии и просидела за этим занятием всю ночь. После полуночи она, цепенея и почти не дыша, вновь слышала посторонние звуки в квартире. Кто-то бродил по кухне, сшибая оставленную на столе посуду, не вписывался в повороты в прихожей, слепо тыкался в двери, шуршал по стенам, двигая картины и фотографии. Но к четырем утра оно, как всегда, убралось по неведомому коридору прочь. И к тому же времени у Аллы, наконец, появилась надежда.
На всех местных форумах, посвященных колдовству и всякой чертовщине, то и дело мелькало упоминание о некой Бабушке Лю, проживающей в китайском квартале. Домохозяйки прославляли Бабушку за чудодейственные настойки и примочки против ожирения, натоптышей и хламидиоза. Но, кроме того, многие, благодаря ей, избавились от неверности мужей, долгов и мнимых или реальных проклятий.
Алле было совершенно наплевать, мнимое на ней проклятие или реальное, но если кто-то в состоянии избавить ее от этих ночных «визитов», то она готова выложить все, что у нее есть, и еще добавить сверху.
Поэтому утром, едва рассвело, она отправилась в пренеприятное местечко, расположенное за Центральным рынком и в народе именуемое «Шанхайкой». Близость Нового Года сюда не проникала, ибо местное население ждало его не раньше февраля, и потому на фоне остального сверкающего и переливающегося огнями города, выглядело место еще гаже, чем обычно. Беспорядочная толпа дышащих на ладан деревянных «памятников архитектуры» перемежалась с вагончиками, контейнерами и приспособленными под проживание старыми торговыми киосками. Вонючий печной дым низко стлался под-над крышами, раздражая ноздри. Повсюду сновали китайцы с сумками и баулами - готовились к новому рабочему дню.
Домишко Бабушки Лю Алла нашла в самом сердце поселения, узнав его по виденной на форумах вывеске, которая извещала прохожих, что в наличии имеется «Чай из траво, покраска ног, лечение лосиным камнем, амулеты».
Не найдя таблички с расписанием работы, Алла решила не
