– Тебя не затруднит объяснить свое странное поведение? – Рафаэль зашагал рядом.
Она взглянула на него с заметным раздражением:
– Ты когда-нибудь снимаешь эти чертовы очки? Сегодня даже солнца нет!
Рафаэль спокойно снял очки и положил их в нагрудный карман.
– Так лучше?
– Гораздо, – солгала Бет, нервничая под внимательным взглядом его синих глаз. Как будто Рафаэль мог угадать, почему она украдкой рассматривает его огромные ботинки. Черт бы побрал девочек из офиса с их неприличными теориями!
– Ответишь на мой вопрос?
Бет глубоко вздохнула, отрывая взгляд от его ног.
– Коллеги в офисе думают, что ты пригласил меня на ланч.
Рафаэль удивленно поднял брови:
– А почему они так думают?
– Потому что я им так сказала.
– Зачем?
Вопрос, на который Бет не хотела бы отвечать. Отповедь, полученная от Рафаэля накануне вечером, отбила у нее желание оставаться с ним наедине – и тем более при каких-либо обстоятельствах трогать его руками.
– Послушай, Рафаэль, ты простоял несколько часов, не сходя с места. Тебе, наверное, не помешает зайти в туалет. – Бет постаралась скрыть смущение. – Если конечно, в спецназе не читают курс управления мочевым пузырем.
– Читают.
– Тем хуже для тебя. Мы идем на ланч вне зависимости от того, голоден ты или сыт, хочешь в туалет или нет.
– Потому что этого ожидают твои коллеги?
– Да.
– Кажется, я понял, – оживился Рафаэль. – Ты сказала, что у нас… отношения, чтобы объяснить мое присутствие?
– Какой ты умный. – Бет кисло посмотрела на него снизу вверх.
– Случайная догадка, – усмехнулся Рафаэль.
– Ты прав, – с растущим раздражением заявила Бет. – Учти, мне это совсем не нравится, поэтому убери эту дурацкую ухмылку со своего загадочно неотразимого лица.
Брови Рафаэля поднялись выше.
– Подозреваю, это не комплимент от тебя, а мнение одной из твоих коллег?
– Именно так, – подтвердила Бет.
Что она думала о Рафаэле, не касалось никого, кроме нее, и последним человеком, с которым она хотела бы им поделиться, был сам Рафаэль. Хватит того, что вчера она продемонстрировала ему, насколько он привлекает ее физически.
– Из-за твоей настырности я поставила себя в неловкое положение. Тебе не приходило в голову, что у меня может быть бойфренд, которому не понравится новость, что я завела себе еще одного?
– А он есть? – На загадочно-неотразимом лице не дрогнул ни один мускул, что окончательно взбесило Бет.
– Не твое собачье дело!
– Как раз мое, Бет. Меня касается все, что связано с тобой. Если в твоей жизни есть мужчина, он должен быть…
– Кастрирован?
– Проверен, – сухо поправил Рафаэль.
– Как ты намерен это сделать? – с вызовом спросила Бет. – Перетряхнешь его жизнь – семью, друзей, место работы, прежние связи – прежде чем решишь, прошел ли он твой персональный тест?
– Пока не знаю. Еще не сталкивался с такой задачей.
– Разве тебе не приходилось проверять женщин, с которыми встречался Цезарь?
– Я не собираюсь обсуждать личную жизнь Цезаря с тобой или с кем-нибудь еще.
Раздражение Бет улетучилось, уступив место обычному желанию вывести Рафаэля из себя.
– Боишься, я расскажу Грейс, каким плохим мальчиком был Цезарь до встречи с ней?
– Бет… – В голосе Рафаэля прозвучал упрек.
– Не волнуйся, я пошутила. Грейс так любит его, что смотрит только в будущее.
– И правильно делает, – твердо сказал Рафаэль и нетерпеливо добавил: – Мы идем в какое-то определенное место или будем бесцельно бродить еще час?
– Я заказала столик у Рональде. Выбрала итальянский ресторан, потому что не знаю ни одного аргентинского. Он очень хороший, редакторы часто встречаются там с авторами.
– Хотелось бы надеяться, ни один из этих редакторов не окажется твоим бойфрендом и не устроит сцену из-за того, что ты пришла со мной.
– Это было бы интересно! – засмеялась Бет.
– Скорее типично для тебя, чем интересно.
Она надула губы:
– Знаешь, замечания вроде этого могут ранить мои чувства.
– Сильно сомневаюсь.
– По-твоему, у меня нет тонких чувств?
– По-моему, ты будешь в восторге, если двое мужчин подерутся из-за тебя.
Бет задохнулась:
– Ты готов побить кого-то за меня?
– Только в том случае, если этот кто-то будет угрожать твоему здоровью.
– Ох.
– А чего ты ожидала? Я совершил ошибку, поцеловав тебя, но это не значит, что у меня появился к тебе личный интерес. – Его тон стал резким.
Бет почувствовала, как жар заливает щеки – от того, что Рафаэль напомнил о вчерашнем, да еще вслух признал это ошибкой.
– А вот теперь ты нарочно говоришь мне гадости.
– Мне кажется, ты хотела услышать что-то в этом роде.
Странно, но в его словах содержалась большая доля истины. Любая реакция со стороны Рафаэля была для Бет предпочтительнее утреннего ледяного молчания по дороге в Лондон. С другой стороны, она совсем не хотела, чтобы говорить ей неприятные вещи вошло у него в привычку, поэтому сменила тему:
– Надеюсь, ты любишь итальянскую кухню.
– Какая тебе разница!
– Рафаэль…
– Прошу прощения, этот было грубо, – пробормотал он. – Ничего не имею против.
– Надеюсь, мое общество не испортит тебе удовольствие.
Что мог сказать Рафаэль? Конечно, по правилам телохранителю не полагалось садиться в ресторане за стол клиента. Однако совместный ланч мог сгладить последствия вчерашнего ужина. Кстати…
– Управляющий обещал через пару дней найти временного повара в усадьбу. Если мы плотно поедим сейчас, вечером обойдемся легкой закуской.
– Ты очень практичен, – сухо заметила Бет.
– Судя по тону, ты считаешь это недостатком, – сказал Рафаэль, открывая перед ней дверь ресторана.
– Немного спонтанности тебе бы не помешало. – Бет назвала свое имя, и официант проводил их к столику у окна.
Рафаэль подумал, что именно его спонтанность привела к тому, что он перешел черту накануне вечером. Оплошность обошлась ему дорого: почти до рассвета он не мог заснуть, заново переживая ощущения, которые испытал с Бет, вспоминая нежность губ, мягкость груди в ладони, вкус упругого соска.
Святая Мадонна, одна только мысль об этом заставила его возбудиться!
– Рафаэль?
Он постарался взять себя в руки и сел за столик напротив Бет, прикрыв клетчатой скатертью красноречивую выпуклость под брючным ремнем.
Когда несколько минут назад Бет, выйдя из издательства, поцеловала его, Рафаэль был совершенно сбит с толку. Хорошо еще, что не успел ответить на поцелуй – хватило выдержки дождаться объяснений. Зато он остро ощущал тепло ее руки на своем локте, когда они шли к ресторану. Кроме того, фраза Бет о якобы имеющемся у нее в Англии бойфренде все еще оставалась неразъясненной, и это вызывало у Рафаэля необъяснимое раздражение.
