Когда несколько минут назад Бет, выйдя из издательства, поцеловала его, Рафаэль был совершенно сбит с толку. Хорошо еще, что не успел ответить на поцелуй – хватило выдержки дождаться объяснений. Зато он остро ощущал тепло ее руки на своем локте, когда они шли к ресторану. Кроме того, фраза Бет о якобы имеющемся у нее в Англии бойфренде все еще оставалась неразъясненной, и это вызывало у Рафаэля необъяснимое раздражение.
Впрочем, был у Бет бойфренд или нет, спонтанная эрекция от одного только воспоминания об эротической прелюдии с ней наводила на мысль, что – с практической точки зрения – он больше не может отвечать за ее безопасность, поскольку не способен контролировать себя в ее присутствии. Возник вопрос, как объяснить это Цезарю, не посвящая его в подробности вчерашнего происшествия.
– Ты разговаривал сегодня с Цезарем?
Рафаэль на миг испугался, что Бет читает его мысли, но, судя по ее рассеянному виду, она просто старалась поддерживать вежливую застольную беседу.
– Вчера поздно ночью.
– И что? – Она взяла хлебную палочку из высокого стакана в центре стола.
– Он передавал тебе привет и поцелуй от Грейс, – сообщил Рафаэль прикипевший взглядом к ее губкам, деликатно смыкающимся на хрустящей корочке. Ему было слишком легко представить на месте этой хлебной палочки свой…
– Которые ты забыл донести до меня утром.
Рафаэль откинулся на спинку стула, пытаясь расслабиться. Нелегкая задача, потому что Бет продолжала лениво посасывать эту чертову палочку прямо у него перед носом. Он даже заподозрил сознательную провокацию, но потом решил, что она даже не задумывается, насколько сексуально это выглядит.
– Ты не была расположена к беседе утром в машине, – немного охрипшим голосом напомнил он. – А последние несколько минут мы говорили о других вещах.
– Ты и сам был не особенно разговорчив. К тому же по утрам от меня вообще мало толка.
– Постараюсь запомнить.
Бет могла представить себе только одну ситуацию, в которой это знание могло бы ему пригодиться. С учетом того, что он признал ошибкой даже поцелуи, совместное пробуждение казалось ей чрезвычайно маловероятным.
– Мы с Грейс в свое время заключили договор. Она не разговаривает со мной по утрам, а за это я не рычу на нее.
Несколько секунд Рафаэль смотрел на нее, словно собрался что-то сказать, но передумал. Вместо этого перевел взгляд на меню:
– Что посоветуешь?
– Все вкусно, – сказала Бет, со вздохом облегчения углубившись в изучение ассортимента. Это было гораздо продуктивнее, чем таращиться через стол на загадочно-неотразимое лицо мужчины, который даже не скрывал, что она раздражает его.
Рафаэль не помнил, чтобы когда-нибудь раньше обедал наедине с женщиной. Его опыт в области совместных выходов в свет ограничивался ужинами с потенциальными любовницами. Ему всегда казалось, что днем разговоры за столом ведут пары, которых связывают более серьезные отношения, чем короткая постельная интрижка.
Сегодняшний опыт был для него новым, и, как он скоро понял, увлекательным. Бет не закрывала рта, высказывая довольно категоричные суждения на разные темы, включавшие мировую политику, моду, наводнившие рынок электронные книги, путешествия, новые фильмы. Как ни странно, Рафаэль скоро поймал себя на том, что охотно делится с ней своими взглядами на все вышеперечисленное.
Еда, как обещала Бет, было отменной, хотя оба предпочли запивать ее минеральной водой, а не вином.
– Я заплачу, – заявила Бет, когда официант принес счет.
– Обычно платит мужчина, – нахмурился Рафаэль.
– Деньгами или чувствами? – поддразнила Бет, положив купюры на стол.
– И так, и эдак, по-моему.
Она снисходительно засмеялась:
– Тебе, наверное, забыли сказать, что на дворе двадцать первый век. Женщине позволительно пригласить мужчину на ланч и оплатить счет, если она хочет.
– Многие мужчины чувствуют себя не очень комфортно, сталкиваясь с подобными… обычаями двадцать первого века.
Услышав типичное для Рафаэля замечание, Бет фыркнула:
– Я не буду возражать, если в следующий раз ты пригласишь меня.
– Следующий раз? – Неужели она планирует сделать такие обеды правилом, а не исключением? И ему придется каждый день сражаться с эрекциями вроде той, что продолжает мучить его сегодня? – Думаю, у твоего бойфренда появится реальный повод для недовольства, если мы снова пойдем куда-то вместе.
– У меня нет бойфренда, Рафаэль, – призналась Бет, когда они вышли на улицу.
– Ты придумала это, чтобы меня позлить.
– Почему я должна была предположить, что это имеет для тебя какое-то значение?
Рафаэль задумался о том, почему неопределенность в вопросе личной жизни Бет не давала ему покоя, и его раздражение усилилось.
– Необходимость наводить об этом человеке справки доставила бы мне много лишних хлопот.
– Ты не ответил на мой вопрос, Рафаэль.
У него не было ответа. Во всяком случае, такого, который он мог бы счесть приемлемым для Бет и для себя самого. Его физическая реакция на Бет вчера – и сегодня при воспоминании о вчерашних событиях – доказывала, как сильно он желал эту женщину. Но теперь к вожделению добавились человеческая симпатия и уважение к ее интеллекту – слишком много эмоций там, где не должно быть вообще никаких, кроме чувства долга и ответственности.
– Не вижу необходимости так подробно обсуждать твоего бойфренда, раз его не существует.
– Мне было бы любопытно послушать, – разочарованно пробормотала Бет, перекинула ремешок сумки через плечо и зашагала рядом. У Рафаэля вдруг перехватило дыхание от ее близости, запаха легких цветочных духов на коже, к которой ему так хотелось прикоснуться.
– Надо торопиться. – Он постарался, чтобы голос звучал небрежно. – Твой обеденный перерыв почти закончен.
Бет удивилась, насколько незаметно пролетел час в компании умного и красивого мужчины – наверное, потому, что ее сердце начинало биться быстрее, стоило ей посмотреть на него. За этот час она узнала о Рафаэле много нового: его пристрастия, мнения, оценки событий в мире. Теперь она знала, что он читает, какие предпочитает фильмы и театральные постановки, каких актеров любит. Однако он упорно отказывался касаться семейных тем, неважно, о какой семье шла речь – Наварро или его собственной.
Кроме того, за этот час Бет перехватила множество восхищенных женских взглядов, направленных на ее спутника. И это ей совсем не понравилось – даже с учетом того, что Рафаэль, казалось, не замечал, сколько благосклонного внимания привлекает. Он был полностью сосредоточен на Бет и их беседе.
