— Знаешь, иметь винный завод довольно интересно.
Джек обернулся:
— Боже мой, и ты туда же? Это похоже на эпидемию. В последнее время, похоже, все хотят иметь винный завод.
Роджер улыбнулся:
— Кроме тебя, по какой-то непонятной причине.
— Потому что я не вижу в виноделии ничего романтического. Работы много, а толку чуть.
— Да разве это сложно? Выжимать сок из винограда, продавать его туристам, когда он забродит. По-моему, это не самая сложная работа.
Джек посмотрел на Роджера, чтобы убедиться, что тот шутит. К его большому удивлению, его друг сказал это всерьез.
— Когда ты в последний раз был на винном заводе?
— Пару лет назад ездил на экскурсию вместе с третьей женой и ее родственниками.
Возможно, Брен права, не позволяя ему продать его долю кому попало.
— И это, конечно, делает тебя экспертом. Поверь мне, Бренна вырвала бы тебе ноги, если бы ты близко подошел к ее драгоценным виноградникам.
Они вошли в раздевалку, и Роджер набрал код на своем шкафчике.
— Меня удивляет твое великодушие. Должно быть, Бренна Уолш тебя действительно любит.
Джек замер на месте:
— Что?
Похоже, его тон напугал Роджера.
— Я… э-э… имею в виду, что ты лучший бывший муж, которого только может пожелать женщина, — пробормотал он. — Бренна вряд ли часто тебя проклинает.
В этом он сомневается. Возможно, Бренна сейчас сжигает его чучело.
— Ты подаешь плохой пример всем бывшим мужьям, — продолжил Роджер.
Достав свои вещи, Джек громко хлопнул дверцей шкафчика:
— Знаешь что? Разбирайся со своими бывшими женами. Со своей я как-нибудь сам разберусь.
Роджер поднял вверх руки:
— Прекрасно. Документы будут лежать у тебя на столе сегодня днем.
Отлично. Сегодня вечером он возьмет их с собой в «Аманте Верано». В выходные он разберет вещи Макса и посвятит Бренну в свой новый план. К понедельнику проблема будет решена, и он сможет вернуться к нормальной жизни.
Стоя под душем, Джек понял, что у него может возникнуть одна проблема. Он не знает, успокоилась ли Бренна после их вчерашней стычки или, затаив гнев, готовится к второму раунду. В его душе остался неприятный осадок, но это никак не повлияло на огонь в его крови. При воспоминании о том, как тело Бренны реагировало на его близость, он разгорался еще жарче. Он вспомнил аромат ее волос, гладкость и мягкость ее кожи. Если бы он только держал рот на замке…
Поморщившись, он включил холодную воду, но ледяные струи не смогли прогнать из памяти образ Бренны в бикини.
К счастью, работа над новым проектом в Сакраменто помогла ему в этом. Хотя во время бесконечных встреч он был немного рассеян, ему удалось добиться нужных результатов.
Как и обещал Роджер, его курьер доставил Джеку документы ближе к концу рабочего дня, и Бренна снова завладела его мыслями. Только на этот раз он видел ее печальную, с блестящими от слез глазами.
Бренна сказала, что не будет из-за него плакать. Сказала так искренне, что он ей поверил. Неужели в конце их брака она плакала, когда оставалась одна?
Если так, значит, он последний мерзавец, который заслужил, чтобы она от него ушла.
Это еще одна причина, по которой ему следовало бы отправить к Бренне вместо себя Роджера. Так было бы проще для него и для Бренны.
Тогда какого черта он сейчас едет в Сонома?
«Потому что я ее хочу».
Если Бренна не держит на него зла после вчерашнего, он непременно продолжит начатое.
Когда Джек вошел в дом, до него донесся тихий звук работающего телевизора. Бренна лежала на диване и читала журнал. Она поигрывала прядью волос, выбившейся из узла на затылке, и выглядела более расслабленной, чем в предыдущие два дня. Но ему недолго пришлось любоваться этим образом. Услышав звук его шагов, Бренна резко повернулась. Журнал соскользнул с ее коленей и упал на пол.
— Джек! Я… я не знала, что ты сегодня вернешься. — Она нажала кнопку на пульте дистанционного управления, и телевизор выключился.
— Тебя это не устраивает?
— Вовсе нет. Я уже говорила, что в этом доме тебе всегда рады.
Голос Бренны прозвучал приветливо, на губах играла легкая улыбка. Джек поднял журнал и протянул ей. Он оказался о виноделии, что его нисколько не удивило.
— Интересный журнал?
— Очень. — Она улыбнулась ему, и его сердце на мгновение замерло. — Если хочешь, могу дать почитать.
Похоже, Бренна не собирается с ним препираться. Она тоже хочет мира? Это упростило бы их дальнейшие переговоры.
— Спасибо, не надо. — Поставив свой портфель на кресло напротив дивана, Джек заметил на журнальном столике между ними стакан с янтарной жидкостью с тонким слоем белой пены на поверхности. — Это пиво? — удивился он.
Бренна рассмеялась:
— Да, пиво. Днем мы с Дайаной ездили в город, и я пополнила запасы. Угощайся. Если ты голоден, в холодильнике полно еды, — добавила она, когда он пошел на кухню.
Как она сегодня дружелюбна. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Пиво — именно то, что мне сейчас нужно. У меня был трудный день, — сказал он, открывая бутылку.
— Мне жаль это слышать. Какие-то проблемы в офисе?
Ее вежливость вызвала у него улыбку, и ему вдруг захотелось составить Бренне компанию, поболтать с ней о том о сем, расслабиться после напряженного рабочего дня. Но это означало бы тратить время впустую, а у него каждая минута на счету.
Когда он вернулся в гостиную, Бренна насторожилась, увидев, как он достает из своего портфеля новый договор. Ее глаза сузились.
— Я это не подпишу.
— Тебе следует прочитать документ, прежде чем принимать решение.
Протянув ей договор, Джек сел в Кресло. Пока она листала страницы, он, вытянув перед собой ноги, потягивал пиво.
— Мне еще долго придется это читать. Может, лучше расскажешь мне вкратце, о чем здесь идет речь? — Положив договор на столик, она взяла свой стакан с пивом и выжидающе посмотрела на Джека.
— Хорошо. Итак, если ты подпишешь этот документ, то получишь половину моей доли.
Ее брови взметнулись, и он заверил ее:
— Безвозмездно. Что бы ни случилось, право решающего голоса будет у тебя. Со своей стороны ты дашь согласие на то, чтобы мои оставшиеся двадцать пять процентов перешли в собственность «Гарретт пропертиз». Компания будет поддерживать тебя как пассивный партнер в течение года, по окончании которого ты позволишь ей продать эти двадцать пять процентов любому потенциальному покупателю, если не сможешь сама их выкупить.
— Ты отдаешь мне еще двадцать пять процентов? — произнесла Бренна таким тоном, словно ожидала какого-то подвоха. — Почему ты это делаешь? — Поставив стакан, она взяла бумаги и принялась снова их просматривать.
