— Джек, я… Мы не должны. Не можем. — Она не знала, что пытается сказать, но лучше слабый протест, чем никакого.
— Мы можем, — пророкотал Джек. — И я знаю, что ты хочешь.
Его пальцы переместились на ее ягодицы.
«Будь сильной». Бренна глубоко вдохнула, и ее ноздри уловили соблазнительный запах его кожи. «Отойди немедленно». Сигнал от мозга не дошел до ее ног, так как в этот момент рука Джека начала обхватывать ее за талию.
Бренна колебалась и ненавидела себя за это. «Какой может быть от этого вред?» — спрашивало ее тело.
«Большой», — ответил ему разум.
В ее голове пронеслись сотни аргументов против, но это не помешало ей приблизиться к нему на шаг. Джек притянул ее себе, и она почувствовала, как волоски на его груди щекочут ей кожу.
Разум затуманился, и она прижала ладонь к груди Джека, чтобы создать барьер. Он резко вдохнул, и мышцы под ее ладонью напряглись.
«Всего один раз».
Джек положил руку ей на подбородок и повернул ее голову под нужным для поцелуя углом. В этот момент реальность вмешалась в последний раз. Состоится этот поцелуй или нет, она будет жалеть в любом случае.
Его губы почти уже коснулись ее губ, когда она схватила его за запястье. Бренна чувствовала, как под ее пальцами бьется его пульс с той же бешеной частотой, что и ее сердце. Она отвернулась и задела щекой щеку Джека.
— Ты хочешь меня, Брен, — прошептал он. — Я это чувствую.
Насчет этого он абсолютно прав. И она тоже чувствует, как сильно он ее хочет. Все, что ей нужно сделать, это сказать «да».
— Я готов пойти на уступки. — Джек поцеловал ее в висок, затем в мочку уха, отчего по ее спине побежали мурашки. — Подари мне сегодняшнюю ночь, и ты станешь единственной владелицей «Аманте Верано».
Джек услышал, как Бренна резко вдохнула, прежде чем изо всех сил толкнуть его в грудь. Ее глаза неистово засверкали, руки сжались в кулаки.
— Ты шутишь, черт побери?
Должно быть, причиной этого предложения послужил туман в голове, вызванный волнующей близостью Бренны. Мысль о том, чтобы отдать ей свою половину винного завода приходила ему в голову и раньше. Это был бы самый быстрый и легкий выход из положения, но Джек не относился к нему всерьез. В конце концов, как заметила Бренна, он бизнесмен до мозга костей. Добровольный отказ от прибыли не является распространенной практикой в мире бизнеса.
Но, как бы там ни было, предложение уже сделано.
— Я не шучу, Бренна.
Встретившись с ней взглядом, он стал наблюдать, как возмущение, недоверие и ярость сменяют друг друга в ее глазах. От гнева ее щеки покраснели, но он не собирался идти на попятную. Ему по-прежнему хотелось к ней прикоснуться, почувствовать, как ее гладкая кожа горит от желания. Ощутить на своих губах ее вкус, который он не забыл, несмотря на все эти годы.
Его предложение дает ей отличный предлог, чтобы удовлетворить желание, которое он у нее вызывает. Он избавился бы от ненужного партнерства, получив приятную компенсацию. Они оба остались бы в выигрыше.
— О боже. — Сделав еще шаг назад, Бренна недоверчиво покачала головой. Ее плечи были напряжены, и Джек мысленно подготовился к эмоциональному взрыву.
Но его не последовало. Пламя гнева так же быстро погасло, как и вспыхнуло. Подойдя к столику, она присела на его край и пробормотала:
— Я думала, мы с тобой уже обсудили все возможные варианты, но это что-то новенькое. — Ее плечи опустились, и, когда остатки гнева улетучились, она глухо рассмеялась. — Отдаться тебе в обмен на твою половину «Аманте Верано»? Это возмутительное предложение, Джек, но вполне приемлемое. Какое бы решение я ни приняла, я в любом случае окажусь в невыгодном положении.
— Ну если ты предпочитаешь смотреть на ситуацию с этой стороны…
— А разве есть другая сторона? — перебила его Бренна. — Если я соглашусь на продажу твоей половины, я навсегда отделаюсь от тебя, зато получу бог знает кого в качестве нового партнера, и мне страшно даже себе представить, что будет с моим бизнесом. Если я не соглашусь, ты превратишь мою жизнь в ад. — Бренна принялась расхаживать туда-сюда, энергично жестикулируя. — Таким образом, отбросив остатки самоуважения и переспав с тобой, я спасу свой бизнес. Теоретически это звучит заманчиво, но я уже говорила тебе, что мне какое-то время будет нужна твоя поддержка.
В конце концов она, упершись руками в бока, посмотрела на него. Ее грудь, прикрытая крошечным бюстгальтером, вздымалась и опускалась. Гнев вернулся.
— Скажи мне, с какой еще стороны можно на это смотреть. Так, чтобы не пострадала ни моя гордость, ни мой бизнес?
Она уставилась на него широко распахнутыми глазами в ожидании ответа. Он загнал ее в угол, не оставив ей ни единой лазейки для бегства. Преподаватели университета Сан-Франциско, который он окончил со степенью магистра экономики управления, гордились бы тем, как он мастерски применил проверенную временем деловую стратегию, поставив своего противника в невыгодное положение и обеспечив себе преимущество.
Вот только почему-то он совсем не испытывал удовольствия. В гнетущей тишине Бренна прерывисто дышала, уголки ее глаз блестели от слез. Затем она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, словно пытаясь взять себя в руки.
У Джека сдавило грудь. Он никогда раньше не видел слез Бренны. Она дулась, кричала, хлопала дверьми, но никогда не плакала.
Она не проронила ни слезинки, когда развалился их брак, стойко держалась на похоронах своей матери, но сейчас, когда она рискует потерять половину своих чертовых виноградников, у нее глаза на мокром месте. Это возмутительно, но он все равно чувствует себя мерзавцем.
Его тело было по-прежнему напряжено, но ему удалось произнести ровным тоном:
— Забудь об этом, Брен. Считай это предложение проявлением моего временного помешательства.
Глаза Бренны распахнулись, лицо вытянулось от изумления. Она посмотрела на Джека так, словно он только что ее ударил:
— Что?
— Я сказал забудь.
— Не думаю, что это возможно. — От гнева ее слезы вмиг высохли. — Ты не можешь поиграть со мной и уйти. Все изменилось, Джек. Я больше не позволю тебе причинить мне боль.
— Я причинил тебе боль? — удивился он.
— Да, ты разбил мне сердце, Джек, но я уже перестала плакать.
Он разбил ей сердце? Она из-за него плакала? Да она хладнокровно порвала с ним и ушла, ни разу не оглянувшись.
— Ты сама ушла от меня, Брен. Не забывай об этом.
Ее губы дернулись.
— Да. А ты был так любезен, что предложил отвезти меня домой, пока я собирала вещи.
— А что еще мне было делать? Ты сказала, что тебе со мной плохо и ты хочешь домой. Я не мог заставить тебя остаться.
