— Тем не менее это все усложняет.
Утром за завтраком Бренна просмотрела бумаги, оставленные Джеком. Продать половину виноградников постороннему человеку? Ей очень хотелось порвать документы на мелкие клочки и рассыпать перед его дверью.
В тысячный раз она пожалела о том, что у нее нет денег, чтобы выкупить его долю. Пока Джек ее партнер, банки с радостью пойдут ей навстречу, но ни один не даст ей заем, чтобы она смогла откупиться от Гарретта. В любом случае это не идеальное решение. Оно повлекло бы за собой череду новых проблем.
На рассвете она осознала, что большая часть их сегодняшней проблемы уходит корнями в прошлое. Ей нужно придумать, как заставить их обоих забыть былые обиды и двигаться дальше.
— Я все прекрасно понимаю, но ситуация от этого проще не становится.
И ей самой от этого понимания не легче. Ее сейчас переполняет гнев, разочарование, чувство вины, тревога и множество других эмоций, которые она не может определить.
Дайана сочувственно кивнула, затем посмотрела на часы:
— Мне пора. Скоро нужно открывать магазин, а я бы еще хотела принять душ. К тому же Хло, кажется, просыпается. — Глядя с нежностью на малышку, Дайана сняла перчатки.
— Я очень тебе признательна за помощь. И за компанию, разумеется. Вставать на рассвете не входит в твои обязанности.
— Знаешь, мне нравится работать утром. По крайней мере, первые пару часов, — добавила она, когда Бренна посмотрела на нее с недоверием. — Думаешь, вы сегодня закончите?
— Марко привез много людей. Если не сегодня, то завтра точно.
— Хорошо. Увидимся за ланчем. Ты не против, если я приготовлю салат из тунца?
— Было бы здорово. Ты лучше всех, Ди.
— Я знаю, — уходя, бросила Дайана через плечо.
Ее общество доставило Бренне удовольствие. Разговор с Ди отвлек ее от мыслей, которые теперь, когда она осталась одна, завладели ею с новой силой.
Определенно должен быть какой-то выход. Ей просто нужно его найти. Если бы она только знала, что Джек затаит на нее такую обиду…
«Не я одна во всем виновата», — подумала она, высыпая ягоды из своего ведра в большую корзину, стоящую в конце ряда.
Джек не меньше ее виноват в том, что их брак развалился. Поначалу их отношения были так прекрасны, что могли бы лечь в основу сюжета сентиментального романа. Красивый сын босса приехал из большого города и вскружил голову дочери винодела. Они украдкой целовались за бочками мерло, устраивали пикники на плантации, занимались любовью под кустами каберне, после чего кормили друг друга спелыми ягодами.
Это было все, о чем Бренна в свои юные годы только мечтала. Джек делал все, чтобы она ощущала себя центром его вселенной. С ним она чувствовала себя красивой, сексуальной и интересной. В него было трудно не влюбиться.
Но противоположности притягиваются только в кино. В реальности они не могут ужиться под одной крышей.
У нее сохранилось множество воспоминаний о том времени, когда она была юной, влюбленной и беспечной. Джек тогда тоже был другим. Дерзким, веселым и беззаботным, с очаровательной улыбкой, от которой у нее дрожали колени.
С прежним Джеком ей было бы проще иметь дело. Прежний Джек не стал бы из-за старых обид разрушать то, над чем она столько времени трудилась. Он очень изменился за прошедшие десять лет. Стал более сдержанным, суровым и холодным. Иногда ей даже казалось, будто его подменили.
Ей не хватает прежнего Джека. Того, которого она когда-то полюбила. Того, который не испытывал к ней ненависти.
Бренна заставила себя прогнать воспоминания и сосредоточиться на настоящем. Ей придется иметь дело с этим Джеком. Ради «Аманте Верано» и собственного душевного здоровья она должна найти рычаг воздействия на него.
— Грезишь наяву, босс? — улыбнулся ей Тед, вываливая виноград из своего ведра в корзину. — Ты как будто находишься далеко отсюда.
— Поверь мне, я здесь. Просто помолилась о том, чтобы насос опять не сломался.
— После всех тех проклятий, которыми ты осыпала его вчера, он не посмеет.
Бренна рассмеялась:
— Эта старая развалина их заслужила. — Так же, как один человек. Она сняла перчатки. — Если я больше тебе здесь не нужна, я пошла на завод. Нужно обработать большое количество винограда и…
— И показать старой железяке, кто здесь хозяин, — закончил за нее Тед.
— Точно.
Насос больше не барахлил, и у нее появилось время заняться другими вопросами. Но к сожалению, за эти шесть часов она не придумала, как решить свою главную проблему.
Проверив в последний раз насос, она отправилась в лабораторию, хотя у нее не было там никаких дел. Она могла бы пойти домой, но ей не хотелось лишний раз сталкиваться с Джеком. Дом большой, но в присутствии Джека он словно уменьшается в размерах, поскольку рядом с ним она с трудом контролирует свои гормоны. Кроме того, он ждет от нее решения относительно будущего винного завода. Без новых идей ей лучше не попадаться ему на глаза.
Но она не может вечно прятаться в лаборатории. К тому времени, когда зашло солнце, ее негодование достигло предела. Она злилась не только на Джека, но и на саму себя. Какого черта она от него прячется, будто в чем-то перед ним провинилась?
Гнев придал ей уверенности, и она, покинув завод, быстро зашагала вверх по склону. Снимая грязные ботинки в прихожей, она чувствовала себя готовой к конфронтации и надеялась, что Джек где-то рядом.
Но его нигде не было. Кухня была пуста. Бумаги по-прежнему лежали на стойке. Гостиная тоже была пуста. Из кабинета не доносилось никаких звуков.
Его машина стояла на подъездной аллее, значит, он не уехал. Его комната и спортзал находятся в дальней части дома, но у нее нет предлога туда пойти. Кроме того, ей совсем не хочется снова его увидеть в мокрой от пота майке и коротких шортах.
Впервые с тех пор, как погиб Макс, Бренна не имела ничего против одиночества и тишины. Бокал хорошего вина поможет ей снять напряжение. Взяв бутылку прошлогоднего шардоне, она отправилась к себе в спальню.
Солнце уже опустилось за холмы, а Бренна все не возвращалась. Должно быть, она встала на рассвете, потому что оставшийся кофе, который Джек попробовал, зайдя утром на кухню, был уже холодным и неприятным на вкус.
Он помнил, как в это время года все шли на плантации рано утром и собирали виноград до наступления жары, которая плохо действовала на ягоды. Но он не помнил, чтобы здесь работали от рассвета до заката. Очевидно, с насосом опять что-то не так, и Бренна вернется домой в плохом настроении.
Ее настроение волнует его лишь потому, что ему опять не удастся с ней договориться. Бумаги по-прежнему лежат неподписанные на кухне, но не в том месте, где он вчера их оставил. Это означает, что она, по крайней мере, их просмотрела.
