Целитель сочувственно посмотрел на девушку.
- И ещё… Боюсь, теперь регенерация вашего организма будет отличаться.
- Что вы имеете в виду?
- Она уже не поможет вам так, как раньше. Раны, конечно, заживут, но не сразу. Понадобится несколько дней… или недель, в зависимости от травмы.
Сидни недоверчиво посмотрела на мага, не представляя, о чём он говорит. Обычный порез у оборотней заживал за несколько минут. А тут недели!.. Но сейчас сову больше интересовало не время, а сам факт исцеления. Не передать словами, как ей хотелось пробежаться на своих ногах, сесть или лечь без помощи постороннего человека! Поэтому она не очень внимательно отнеслась к предупреждению.
В начале густаря девушку, наконец, навестили близкие. Им уже сообщили, что Сидни ранена и находится в лазарете. По официальной версии тэни Грант во время патрулирования заметила нарушителей, которые при задержании оказали сопротивление. И теперь родители стояли в палате, пришибленные видом искалеченной дочери. Мама сгорбилась на табурете рядом с кроватью. Отец отвернулся к окну, чтобы не видеть неподвижную оборотницу, и старался не думать о предупреждении лекарей, что двигательные функции могут не восстановиться полностью. Как же так?! Из сильных гамм в омеги?! Что тогда им делать?! … Даже младший брат Сидни – любимчик семьи – сидел притихший, изредка отвлекаясь на гилайон, чтобы прочитать сообщения друзей и знакомых.
Девушка занервничала. Она не хотела никого волновать и доставлять беспокойство. Поэтому легонько сжала мамину руку.
- Не волнуйся за меня. Я поправлюсь.
Чуть погодя родители вышли в коридор, чтобы поговорить с лекарем, и Сидни подозвала брата, расспрашивая его о летних каникулах. Но совёнку кто-то позвонил, и он отвлёкся на разговор, а девушка прислушалась к голосам в коридоре.
- Ваши опасения беспочвенные, - увещевал маг. – Выздоровление, хоть и медленно, но идёт. Сидни уже разговаривает, сама садится.
- Что же это за заклинание такое?
- Проклятие.
Мама ахнула. И лекарь поспешил успокоить её.
- У нас работают одни из лучших проклятийников в Балхибо-са. Они делают всё возможное, – он помолчал немного, а потом тихо сказал: – У вампиров есть одно зелье. Именно для таких случаев, когда надо убрать последствия проклятий. Но его придётся покупать самим.
- Почему? – не поняла мама.
- Лечение вашей дочери оплачивает Министерство обороны. К сожалению, у нас нет договора с Сумеречными территориями. Но если вы согласитесь, у меня есть знакомые, которые помогут достать это зелье, - предложил лекарь.
- Конечно! – воскликнула женщина. – Звоните им!
Мужчина, судя по тишине, набирал номер. Сидни тоже притихла, жадно прислушиваясь к разговору. После стандартных приветствий маг спросил о зелье.
- Да… Да, я помню... Предоплата обязательна?.. Угу, конечно... Я скажу им.
- Сколько? – не выдержал отец.
- Тысяча.
- Что?! Так много?! – громко взвизгнула мать.
Совёнок оторвался от своего гилайона и непонимающе уставился на сестру. Та жестом велела молчать.
- Прошу прощения, фири Грант! – маг откашлялся. – Мы с вами говорим о зелье, созданном вампирами.
- Но у нас нет таких денег! – всхлипнула старая сова.
В коридоре повисла долгая пауза. Через несколько минут лекарь всё-таки не выдержал:
- А как же компенсация?.. Вы ведь получили компенсацию за ранение дочери!
Снова пауза. И тихий, виноватый голос матери.
- Мы выплатили кредит в банке за ремонт кровли.
Тогда маг спросил прямо:
- Так что, вы отказываетесь?
- Да. Пусть дочка лечится здесь, как положено.
В этот момент у Сидни оборвалось сердце. Она почувствовала себя одинокой и ненужной. Когда родители вернулись, девушка закрыла глаза, и поставила ментальный щит, чтобы скрыть свои эмоции. Жаль, отвернуться не получилось. Настроение в палате стало не просто грустным, а прогорклым. Разговор совершенно не клеился. Мусолить по десятому разу фразу «ты поправишься» надоело всем, и семья вскоре ушла. А оборотница лежала, смотрела в потолок, не в силах сдержать обидных слёз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Не плачь, деточка… А лучше поспи! – приговаривала сердобольная сиделка. – Авось наш магистр придумает что!
И Сидни провалилась в сон, замученная процедурами и переживаниями.
.
Она смирилась с обстоятельствами, однако через неделю нужное зелье появилось в лазарете. Сидни вопросительно глянула на лекаря.
- Откуда?
Тот улыбнулся уголком губ:
- Твои друзья помогли. Я набрался смелости или, скорее, наглости и позвонил им.
И она снова плакала, на этот раз от облегчения и тоски по своей маленькой боевой стае.
С той страшной ночи Сидни не виделась ни с кем из ребят. В первое время, когда она лежала в коме, это было бессмысленно. Потом не звонила, потому что не могла говорить. Даже набрать эсэмэску едва сгибающимися пальцами было проблематично. Но самое главное не это. Сидни готова была мучиться весь день, чтобы напечатать простенькое сообщение ребятам в часть, да только гилайона не было! Когда оборотница спросила об этом, лекарь покачал головой:
- Сидни, скорее всего, его забрали… Было внутреннее… закрытое расследование…
Она насторожилась.
- Кого-то наказали?
- Наказали, конечно. Кене Барлоу и наказал, - фыркнул мужчина и добавил: - Но лично я считаю, что вы легко отделались. За убийство трёх магов потерять звания – это сущая мелочь!.. – он взмахнул рукой. - Звание можно заслужить вновь, а вот выйти из тюрьмы здоровым человеком – вряд ли.
Сидни поникла, догадываясь, кто именно потерял звание. Наверное, Стивен обиделся на неё. Он же карьерист, в хорошем смысле этого слова. А она, получается, дважды подставила своего командира: сначала ничего не сказала о планируемой вылазке в Линахенг, а потом попала под проклятие. Теперь стало понятно и молчание ребят. Скорее всего, их просто не выпускали из части.
Старый лекарь прекрасно понял состояние девушки и протянул свой гилайон.
- Позвоните им!
Сидни дрожащими руками набрала номер Эгертона.
Авилаки как раз были на плацу. Они обрадовались звонку не меньше, чем сова. Наперебой кричали в трубку, пока Стивен не отогнал их.
- Мы соскучились! – до последнего не сдавалась Белль.
Оборотница не сдержала улыбку, слушая, как Эгертон ворчит на орлицу.
- Иногда мне кажется, что ей не пятьдесят, а пять, - пожаловался он. – Как ребёнок!.. Хотя тут много таких…
Девушка восприняла последнюю фразу на свой счёт.
- Прости меня! – шепнула она.
- Не будем об этом! – перебил Эгертон.
Но оборотница уже сама сообразила, что гилайон может прослушиваться. Стивен вздохнул.
- Поправляйся, Сид! Мы тебя ждём!
Лекарь потом ещё не раз предлагал свою помощь. Так девушка узнала, что Мэтт не продлил контракт и вернулся домой. Теперь Энджи Крофтон стала полноправным членом их гнезда. А у магов произошли большие кадровые перестановки, сове только оставалось догадываться, какие именно и что произошло с Дерком и его товарищами. Случившееся на Литу стало уроком всем.
.
Весь густарь Сидни, по сути, заново училась разговаривать, ходить и летать. До этого сиделка регулярно разрабатывала мышцы, чтобы они не атрофировались. Но всё равно, когда девушка впервые сама согнула колени и попыталась сесть, боль была непереносимая. Заныло всё: и мышцы, и кости, и суставы. Как при первом обороте!
А чуть позже произошёл и сам оборот в сову. Сидни перекинулась в палате, опасаясь непредвиденных реакций после проклятия. Но всё обошлось. Только в первое время не покидало ощущение, что она управляет чужим телом. Оборотница спотыкалась, неуклюже шлёпалась на стул или кровать, не рассчитав, куда садиться... А первый полёт после ранения! Сидни не забудет его никогда! Она сделала два кривых взмаха и грузно рухнула на траву. Лежала и мелко дрожала. Подоспевшая сиделка утешала, подбадривала соплеменницу. Снова и снова подбрасывала птицу в воздух, чтобы та поймала крыльями ветер. До крови закусывала губы, когда сова падала на землю.
