Я начала собирать сумку и упорядочивать сделанные за сегодня заметки, когда краем уха услышала, как Стасик юлит и умоляет Летку, чтобы она одолжила ему до завтрашнего утра пять сотен. То ли кошелек дома оставил, то ли еще какая беда с ним приключилась — не знаю. Может, решил таким оригинальным образом к Летке подкатиться, это ж в его духе. Летка снисходительно выслушала все его мольбы и важно ответствовала:
— Несмотря на то, что твоя кредитоспособность в моих глазах резко упала, я тебе все равно даю. Исключительно из-за моего хорошего к тебе расположения.
Услышав такую тираду, я сдержаться не могла и заржала так, что мне бы позавидовала любая кобылица. Извините, я конечно, понимаю, что мозги у меня от природы в пошлую сторону развернуты, но ничего с собой поделать не могу. Виолетта гневно сверкнула в мою сторону глазами, но тут раздались еще чьи-то рыдания. Это был Анджей. Смеяться он уже не мог, только всхлипывал. Хм, выходит, он все же не окончательно потерянный для общества кадр. Отрадно.
— Это не смешно! — заявила Летка, чем спровоцировала у нас с Анджеем очередной приступ хохота. Тогда в гневе на нашу бессердечность она выскочила из кабинета, лишь каблучки дробно застучали в направлении лифта. Стасик скорчил в нашу сторону непереводимую гримасу и кинулся ей вслед. Значит, дело действительно не в деньгах, поскольку занять в принципе он мог и у нас. Что ж, почему бы и нет? Из этих двух получится прикольная пара. Если не подерутся на почве профессиональных разногласий, конечно.
— Обидели мышку, описали норку, — бросил Анджей, глядя им вслед.
— Думаю, зря мы так. Придется завтра извиниться. Нам еще работать и работать вместе. Стасику это по барабану, я думаю, а Летка у нас натура чувствительная.
— Ну да, худой мир лучше доброй ссоры, далее по тексту.
— Сам догадался, или подсказал кто?
— Слушай, а с чего ты на меня взъелась? Я имею в виду не сейчас, а с самого начала, когда мы только начали работать над этим мылом? Я тебе где-то дорогу перешел? Если так, то извини, пожалуйста. Просто интересно: чем я тебе не угодил?
Я с ужасом поняла, что мои щеки и уши пылают, как пионерский костер. Вот тебе и Женька! Я его за недоразвитого павиана держала, а он, оказывается, все видел. И как теперь объясняться? Рассказать про личную теорию общения с Самоуверенными Самовлюбленными Самцами? Нет уж, увольте.
— Ладно, не хочешь — не говори, — великодушно позволил Анджей, видя мои мучения. — Кстати, какие у тебя планы на вечер?
— А какие есть предложения? — поинтересовалась я, окончательно сбитая с толку.
— Да никаких особенных. Пошляться по Москве, пока стоит нормальная погода. А то зарядят дожди, а там уже и снега ждать недолго. А я человек теплый, от снега не фанатею.
— Я, честно говоря, тоже. Разве что когда на лыжах катаюсь.
— И часто это у тебя случается?
— Ну, последний раз лет пять назад. Или шесть.
— Я все понял. Ты — заядлая спортсменка. Ну что, идем?
И мы пошли. Время от времени я царапала себя ногтями и чуть-чуть прикусывала язык, чтобы ощутить, что это происходит на самом деле. Боже мой, я и Анджей вместе! Гуляем по Москве и — молчим! Что-то невероятное. И самое интересное, что говорить о чем-либо действительно не хочется. Полная самодостаточность и наслаждение от осеннего города — вот и все наши чувства. Ей Богу, так бы бродила и бродила…
Счастье мое закончилось внезапно, когда ни с того ни с сего полил мерзкий и холодный дождь. Зонтов у нас с Анджеем не оказалось, поэтому пришлось нестись сломя голову к ближайшей станции метро. В вестибюле мы помахали друг другу на прощанье и впрыгнули в разные поезда. Финита ля романтика. Черт побери, не могли что ли в небесной канцелярии хоть пару часов подождать с этим ливнем! Всю малину загубили. А у меня уже такие планы на продолжение вечера нарисовались… Маленькое кафе и чашечка горького кофе с шариком сливочного мороженого, букетик бессмертников, купленный с рук у старушки за смешные деньги, нежное признание (разумеется, Женькино), что он вот уже полгода, как страстно и безответно в меня влюблен. Все пропало, все пропало!
Чувствуя в себе нерастраченный запас злобы, я решила, что грех не воспользоваться моментом и не выставить под горячую руку Толю-оккупанта. Или сейчас — или никогда! И я отправилась домой, напевая под нос что-то воинственное, чтобы не остудить случаем свой правильный порыв.
* * *
Толя, похоже, слегка удивился, узрев меня на пороге, но, впрочем, могу и ошибаться. Не дожидаясь, пока он, как в прошлый раз собьет меня с панталыку, я начала:
— За эти дни я много думала о нас и пришла к выводу, что нам нужно расстаться…
Вот так. Решительно и с плеча. Назад хода нет. Только вперед. Я злая и я сильная. Один вечер мучений и Толиных обид, зато потом я свободна, как ветер. Все это и так слишком затянулось. Хорош над собой издеваться.
— Ты — хороший парень, но я не люблю тебя. И ты об этом знаешь. Так зачем продолжать эту агонию? Мы только тратим друг на друга драгоценное время вместо того, чтобы найти более подходящих нам людей. Это звучит банально, но давай расстанемся друзьями. Извини, но я, правда, не могу ничего с собой поделать. Ты мне нравишься, как приятель, но…
Скосив глаза на Толю, я увидела, как он участливо и даже с пониманием смотрит на меня. Воодушевленная тем, что скорее всего, никаких проблем с расставанием не предвидится, я набрала воздуху в легкие, чтобы продолжить тираду. И не успела.
— Лиза, выходи за меня замуж. Обещаю: ты не пожалеешь. Я буду тебе самым хорошим мужем, самым лучшим. Не думай, я ни в коей мере не покушаюсь на твою свободу. Но со мной ты будешь жить, как за каменной стеной. Ты — самая прекрасная девушка из всех тех, кого я знал. Из нас выйдет великолепная пара. Представляешь: ты в свадебном платье, фате. Обещаю, сделаем все по высшему разряду. Закажем самый длинный лимузин. Пригласим всех твоих друзей, снимем на всю ночь ресторан. Только подумай, как будут рады этому твои родители.
Толя продолжал говорить, а я хлопала ртом, как рыба на мелководье. Самолет летит, колеса стерлися — а вы не ждали нас, а мы приперлися! Я его из дома вышибаю, а он меня в ЗАГС тянет. Может, я что-то не так объяснила? И при чем здесь мои родители, кстати?
— Толя, что там насчет родителей? С чего ты взял, что они горят желанием выдать меня замуж?
— Я… я разговаривал с ними по телефону. Позавчера. Они были бы рады видеть меня своим зятем. И они очень надеются, что в ближайшее время увидят своих внуков. Они так тоскуют по ним…
От этой новости я в бешенство не пришла. Я просто озверела:
— Какие моб вашу ять внуки! Хотят маленького — пусть сами рожают, молодые еще! И с какой это стати ты ведешь переговоры с моими родителями за моей спиной, да еще не ставишь меня в известность о том, что они мне звонили?! Или ты забыл номер моего мобильного? И как ты осмелился заявить о себе в качестве их зятя? Я что, давала тебе повод так думать? По-моему нет. Хватит с меня! Это перешло все нормы приличия. Все, собирай свои манатки и вали отсюда!
