Матотаупа умел читать картинное письмо, он, видимо, придавал большое значение рисункам мальчика и тщательно рассматривал их. В палатку вошел Хавандшита. Он тоже принялся разглядывать рисунки, потом молча возвратил их вождю. Тот также молча передал их Солнечному Дождю, который долго читал это особенное письмо, написанное мальчиком.
— Пусть Матотаупа говорит первым, — сказал жрец.
— Хау, — ответил вождь. — Говорящая кожа дает нам много известий. Отец мальчика, которого мой сын Харка — Твердый как камень взял в плен, насильно привезен из далекой страны, лежащей по другую сторону Большой Воды. Отец мальчика должен был работать на белых. Они часто били его. Это так?
Хавандшита и Солнечный Дождь кивнули в знак согласия. А Харка даже прикусил губу: ему было непонятно, как это человек может бить человека. Матотаупа продолжал:
— Белые люди на нашей земле разделились на два племени: одно — северное, другое — южное. Оба племени подняли томагавк войны и уже много солнц воюют друг с другом. Южное племя плетьми заставляет черных людей, черных мужчин, женщин и детей, привезенных из-за Большой Воды, работать на них. Северное племя борется против этого насилия.
— Значит, воины северного племени белых — справедливые воины? — спросил Солнечный Дождь.
Матотаупа покачал головой.
— Я не могу на это ответить. Северное племя выдумало какое-то колдовство. Они решили проложить тропу через всю прерию. Тропа должна пройти южнее Хорс Крик, как раз там, где мы собирались разбить наши палатки. По этой тропе они хотят пустить бегать какое-то необыкновенное чудовище.
— Это я тоже прочитал, — сказал Хавандшита. — Возможно, чудовище уже пришло и поело наших бизонов?
Матотаупа продолжал рассматривать рисунки.
— Чудовище не поело бизонов, оно их убило. Мясо бизонов, убитых чудовищем, подобрали пауни.
Матотаупа закончил чтение говорящей кожи. Все молчали. То, что северное племя белых послало чудовище, убивающее бизонов, было самым страшным известием. Такое чудовище — несчастье для жителей прерий.
Матотаупа прервал раздумье мужчин и женщин.
— Мы должны отнять у пауни мясо! Мы натянем наши луки, и наши стрелы убьют чудовище! Я сказал, хау!
Ужас охватил всех, кто услышал эти слова. После удачной охоты, после богатых солнцем осенних дней, когда воины полны сил, предстоящая встреча с врагом не внушала бы ни страха, ни сомнений. Но когда люди в тяжелом пути ослабли от голода и лишений, а враги в три раза превосходят числом, исход схватки вызывал опасения. Страшное чудовище северного племени убивает бизонов, но неизвестно, могут ли его поразить стрелы?..
Солнечный Дождь и Хавандшита предложили собрать на следующий день Большой Совет.
— Завтра мы раскурим трубку Большого Совета, — сказал Матотаупа. — А теперь, когда вы знаете главное, я передам вам, что еще рассказала говорящая кожа. Отец этого мальчика работал у белых южного племени. Он убежал от них вместе с сыном. Он не смог сразу попасть к северному племени и скитался в прериях. Но там его снова захватили в плен белые, те, что строят тропу для чудовища. Они, может быть, и принадлежат к северному племени белых, но далеко в прерии делают что хотят. Они заставили отца этого мальчика быть их слугой. Тогда он убежал от них, но белые погнались за ним и стреляли в него из мацавакена.
Харка насторожился. Мацавакен! Опять мацавакен!
— Белые люди ранили отца мальчика, но он все-таки сумел убежать, — продолжал Матотаупа. — Он решил искать защиты у краснокожих воинов и попал к пауни. Пауни — братья белых, тех, что строят дорогу для чудовища, и поэтому пауни опять, в третий раз, взяли его в плен. Они связали ему руки и хотят обменять у белых на мясо бизонов. Отец велел сыну бежать к нам и обо всем рассказать. И мальчик убежал.
— Это так, — сказал Хавандшита.
— Это так, — подтвердил Солнечный Дождь.
— Надо освободить отца мальчика, — сказал Матотаупа. — Завтра над этим подумает Большой Совет.
Хавандшита и Солнечный Дождь ушли.
Матотаупа поручил курчавого мальчика женщинам. Унчида и Шешока покормили его из последних скудных запасов. Потом Харка повел его к постели, чтобы укутать своим одеялом и согреть своим телом. Он уже решил, что обучит мальчика языку дакотов и примет в число Молодых Собак. Засыпая, Харка подумал: «У белых северного племени, у тех, что строят дорогу для чудовища, есть мацавакен!..»
Харка заснул, обнявшись со своим пленником. Он видел во сне ужасное чудовище, воинов с мацавакенами, которые строили дорогу через прерии. Дорога была в его воображении похожа на обычную бизонью тропу, утрамбованную тысячами копыт. Других дорог Харка не знал. Во сне его мучил вопрос: для чего этому чудовищу нужна какая-то особенная дорога, ведь и бизоны и лошади могут носиться по прерии без всяких дорог? Мальчику снилось, что огромный суровый жрец тоже спрашивает его об этом и говорит: «Ты умрешь, если не ответишь на этот вопрос!»
Харка проснулся весь в холодном поту. Он почувствовал, что его пленник тоже пошевелился. Но мальчики не могли поделиться друг с другом своими переживаниями. Они снова покрепче обнялись и заснули.
С первыми проблесками утра мальчики поднялись и побежали к реке. Там собрались уже все Молодые Собаки — тридцать один мальчик от девяти до двенадцати лет. И хотя они очень исхудали, но не потеряли своей подвижности и ловкости. Харка представил всем своего нового товарища:
— Его зовут Черная Кожа, Курчавые Волосы. Он мой брат и живет в моей палатке. Поля охоты его племени очень далеко, по другую сторону Большой Воды. Белые Разбойники и Длинные Ножи захватили в плен его отца и увезли с родины. А сейчас он в плену у пауни.
Молодые Собаки дружно возмутились, что пауни вступили в союз с белыми разбойниками.
— Но Черная Кожа — смелый, — продолжал Харка. — Он прибежал к нам и рассказал о своем отце. Воины рода Медведицы освободят его.
— Хау! Хау! Хау! — закричали мальчики.
А один из них спросил:
— Умеет Курчавый плавать?
— Конечно, — ответил Харка и сам вдруг засомневался в этом.
Впрочем, он не мог себе представить, чтобы кто-нибудь из его сверстников не умел плавать. Он кивнул Курчавому, чтобы тот шел за ним, и прыгнул в воду. Курчавый тоже бросился в реку и поплыл, да так, что вызвал удивление всех мальчишек.
— Смотрите, смотрите, он плывет как лягушка! — закричали они.
— Ой, он плывет быстрее, чем Харка.
— Давайте и мы попробуем так!
Когда мальчишкам стало холодно, они вылезли из воды. Харка повел Курчавого с собой. Мальчик понял, что он понравился Харке и его друзьям, и он в первый раз рассмеялся. Что это был за смех! Ослепительно засверкали его белые зубы, заблестели черные глаза. А глаза у него были большие, круглые.
