До конца войны Б. И. Ковзан совершил 359 боевых вылетов, лично сбил 20 фашистских самолетов, 4 из них таранил, 12 бомбардировщиков уничтожил вместе с товарищами в групповых боях.
Четыре воздушных тарана на счету у одного летчика... Такого не знала и не знает до сих пор история авиации.
Отважные и смелые летчики служили в 402-м и 744-м истребительных авиаполках. Они надежно прикрывали штурмовиков на маршруте и над целью. Не давали их в обиду. Вот и на этот раз, когда "илы" отбомбились по аэродрому, майор Дельнов приказал своим ведомым не ввязываться с истребителями противника в бой. Их прикрывали "миги".
- Вас поняли! - ответили ведомые командиру полка.
Штурмовики змейкой уходили на восток. Подгонял их попутный ветер. Они быстро удалялись от разгромленного вражеского аэродрома. Горизонт все светлел и светлел. Разгорался ведренный день. Казалось, что все шло нормально. И все же Носова не покидало какое-то смутное беспокойство. Он словно чего-то ждал. И вдруг ему почудилось: за ближайшим облаком мелькнула какая-то черная точка. "Показалось", - решил он и в ту же секунду понял: "Фашистский истребитель!"
- Командир, - передал он по радио майору Дельнову, - справа по курсу "кресты".
- Вижу, - спокойно ответил командир полка.
Заметили гитлеровцев и наши "миги". Из-за облаков на "илы" нацелились для атаки шесть "хейнкелей". Четверых из них связала боем группа Груздева, а двум "хейнкелям" все же удалось оторваться от "мигов" и ринуться к штурмовикам.
Майор Дельнов стал резко забирать влево. Ведомые последовали его примеру. Образовали круг - испытанный тактический прием. Но в кругу не оказывалось то Никитина, то Фролова. Неладное что-то приключилось у них с самолетами. Иначе бы опытные бойцы не "вываливались" из круга. Разрыв между самолетами то увеличивался, то уменьшался. Бреши в обороне штурмовиков становились все заметнее.
"Хейнкели" обратили на это внимание. Не спешили атаковать. Выжидали. И когда Никитин в очередной раз "вывалился" из круга, набросились на него. Майор Дельнов был начеку. Он передал Носову:
- Бей по правому! Левого беру на себя!
Развернув штурмовик, Носов устремился к "хейнкелю". Пошел, как говорится, ва-банк. Гитлеровец попался, видимо, не из робких. Носов не сворачивал в сторону, и фашист нацелился штурмовику прямо в лоб. Носов знал силу своих пушек и пулеметов. Верил в крепость бронированной машины. Нажал на гашетку. "Хейнкель" ошалело метнулся в сторону.
- Молодец, Саша! - открытым текстом выпалил майор Дельнов.
Все было бы хорошо, если бы Носов вдруг не почувствовал, что самолет как-то неестественно затрясло. Чертыхнулся в сердцах. Не было печали, так черти накачали! Должно быть, гитлеровцу удалось все же зацепить очередью его машину. Такая дикая тряска могла привести штурмовик в плачевное состояние. Разрушить центроплан. Погнуть коленчатый вал мотора. Заклинить рули поворота и глубины...
Носов стиснул зубы. Ждал и не ошибся. Тряска самолета прекратилась. Но было ясно, что его Ил-2 серьезно поврежден. Решил держаться до конца. Не показывать врагу своей раны. Не терять присутствия духа. Вести штурмовик на аэродром. Носов очень надеялся на помощь своих боевых товарищей.
Майор Дельнов сразу же заметил: с машиной Носова что-то случилось. Она заметно начала отставать от общего строя. Не маневрировала на высоте. Стала представлять для "хейнкелей" живую двигающуюся мишень. Понятно, что фашисты подбитый штурмовик постараются прикончить. Будут выжидать удобного момента и атаковать наверняка.
К Носову подтянулись Никитин и Фролов. Подбитые сами, они находились все же в лучшем положении, чем Носов. Майор Дельнов занимал свободную позицию. Прикрывал Носова сверху. Это его приободрило. Раз товарищи рядом, не все еще потеряно. Да и штурмовик, к радости Носова, не сдавался. Медленно, метр за метром летел вперед.
Штурмовиков крепко выручали "миги". Они не давали "хейнкелям" свободы маневра. Держали их под прицелом. И все же то один, то другой фашист отрывался от "мигов" и норовил спикировать на самолет Носова. Видимо, "хейнкелям" очень хотелось сбить штурмовик над оккупированной территорией. И каждый раз от смертельных вражеских атак Носова заслонял своим самолетом майор Дельнов. В меру возможностей на своих израненных машинах командиру полка помогали Фролов и Никитин.
Товарищи, прикрывавшие Александра Носова, знали его как блестящего пилота, восхищались его безграничной отвагой, поразительной меткостью стрельбы и бомбометания.
При первом же знакомстве Носов мог показаться несколько наивным в житейских делах, балагуром и весельчаком, которому поручать серьезное дело рискованно. Но именно этот летчик храбро и мастерски сражался с врагом. Проявлял в каждом боевом вылете такое завидное хладнокровие, волю и находчивость, что становилось ясным: добродушное легкомыслие на стоянке самолета происходило от избытка молодости и энергии и было своеобразным следствием его чрезвычайной сосредоточенности в боевых полетах...
Наконец-то пересекли линию фронта. Носов, облегченно вздохнув, подумал: "Хоть по уши плыть, да дома быть". Но и здесь фашисты еще раз сделали попытку сбить его. Один из "хейнкелей" яростно атаковал сзади, слева. На какое-то мгновение увлекся. Этого для Дельнова оказалось достаточным. Он всадил в гитлеровца длинную пулеметно-пушёчную очередь... "Хейнкель" сначала задымил, потом стал снижаться. Долго цеплялся за верхушки деревьев, а потом упал в болото где-то в районе севернее станции Любница.
Командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин объявил майору И. В. Дельнову, старшему лейтенанту А. П. Никитину, старшему лейтенанту Г. Г. Фролову и младшему лейтенанту А. А. Носову благодарность в приказе. Генерал отмечал, что 288-й штурмовой авиационный полк наносил мощные удары по аэродромам противника, не позволял ему перебрасывать резервы из-под Демянска и Старой Руссы к Москве и Ленинграду.
Борьба с немецко-фашистскими захватчиками носила ожесточенный характер как на земле, так и в воздухе. Несмотря на превосходство вражеской авиации (она имела 600, а ВВС Северо-Западного фронта - 174самолета), советские летчики отважно защищали от врага родное небо, беспощадно уничтожали танки, огневые средства и живую силу противника. Они помогали стрелковым частям и подразделениям в контратаках на поле боя, в наступательных и оборонительных сражениях. Особая роль здесь принадлежала 288-му авиаполку майора И. В. Дельнова. В боях у города Сольцы штурмовики наголову разгромили 8-ю танковую дивизию фашистов. И в этих боях снова отличился младший лейтенант Носов.
Накал борьбы на фронте с каждым днем усиливался. Летчики 288-го штурмового авиаполка делали по нескольку вылетов в день. Маршрут у них был один - Сольцы. Они истребляли там вражеские танки шаровыми бомбами КС. Латунные шары заполнялись керосиновой смесью. Укладывались по 30 штук в кассеты. Загружались в бомболюки. Начиненные такими кассетами Ил-2 взлетали с аэродрома и устремлялись на врага. Каждый штурмовик поднимал и сбрасывал на фашистов по 120 шаров. Танки, облитые керосиновой смесью, горели, как факелы. И никакие ухищрения не спасали гитлеровцев от гибели. Они тонули в море огня и черного дыма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
