Света фыркнула.
— Ты сама-то в это веришь?
— Во что?
— Что мы с тобой деревенские девушки?
— Между прочим, страна всегда прирастала провинцией, надеюсь, не забыла классиков. И потом — папа у тебя был кто? Вот именно. Директор крупного завода с прямым подчинением Москве. Дальше не надо ничего объяснять. Остается «экспедишн».
Света вздохнула и нажала на брелок. Сигнализация рявкнула.
— Отлично, сама музыкальное оформление выбирала?
— А то нет, что ли. — Света открыла дверцу и уселась в водительское кресло.
— Голос вполне подходит этому грузовику.
— Нравится?
— Ты мне в нем нравишься, куколка. Я за тебя спокойна. Безопасная вещь.
— В смысле?
— В прямом. Ни один гаишник не прицепится. Едет подруга бандита, посторонись, служивый! Кстати, когда паркуешься возле дома в Москве, мальчишки не спрашивают: «Тетенька, вы сами бандитка или у вас муж бандит?»
Света засмеялась.
— Боятся, иначе бы спросили. А вот насчет гаишника ты, наверное, права. Я вчера под кирпич въехала, а там конная милиция прогуливается.
— Ты что же, в парке Сокольники решила проветриться?
— Ну да...
— И что?
— Они меня не заметили.
— Ну еще бы, тот самый случай со слоном.
— Знаешь, а давай проверим, как отнесутся здешние охранники. Вот скажи мне, с какой стати я должна платить за парковку? Я поставила машину на платную стоянку только потому, что нет бесплатной. Стало быть, они оставляют меня без права выбора. Так почему мне не оставить их без денег?
— Они, считается, охраняют твое имущество.
— А я их просила?
— Так что ты собираешься делать?
— Уехать и не платить.
Вика забралась в машину, и кожаное кресло беззвучно приняло ее вес. Приборная панель с дисплеями, клавишами могла заморочить голову кому угодно — скажи, что это самолет, и несведущий человек даже не удивится.
— И ты все это освоила? — Вика повернулась к подруге, которая всегда была откровенна с ней.
— А зачем? — Она ослепительно улыбнулась. — Газ, тормоз, клаксон и свет. Да, и музыка, конечно. Надави вот туда. — Она махнула рукой, снимая ее с руля.
Вика включила музыку и не пожалела — чистый звук компакт-диска точно передавал все оттенки серебристого голоса флейты.
«Что ж, прекрасно, Света, — молча похвалила ее Вика. Но не забыла и о себе — да, в успехе подруги есть и толика ее собственного».
Света ловко вырулила со своего места, и Вика поразилась ее мастерству. Да, ничего не скажешь, приятно сидеть высоко — вся дорога перед тобой, машины-легковушки где-то внизу, простор, ты король дороги. Отсюда видны и парни-охранники, дюжие молодцы, хорошо откормленные своим промыслом, бортничеством, как называла их занятие Вика. А как иначе назвать? В старинные времена бортники собирали мед диких пчел, нимало не заботясь о том, каким трудом он достается пчелам.
Света подъехала к шлагбауму и выглянула в окно.
— Эта дубина мне мешает, — процедила она сквозь зубы.
— Мадам? — Охранник подошел ближе. — Не понял?
— Не понял? Моя машина под ней не пройдет. Теперь понял? Поднимай.
Охранник с минуту смотрел на Свету, потом на машину — номера произвели впечатление: от «пятерок» рябило в глазах. Он махнул рукой, и шлагбаум поехал вверх.
— Буду рад новой встрече, — почти с нежностью сказал он.
— Каков эффект? — ухмыльнулась Света.
— А если он...
— Пускай попробует догонит, — фыркнула она. — Мало не покажется. Ну скажи, с какой стати я буду платить? Может, мне тоже перекрыть Минское шоссе перед поворотом к дому? И стричь купоны? У нас пока нет собственности на землю, я знаю точно.
— А когда будет, купишь кусок шоссе?
— Я подумаю. Тут одними сосисками не обойтись. Да, кстати, Павлик велел отвезти тебя сразу к нему в офис. Эти сосисочники из Германии наконец прилетели.
— Значит, жучкин животик в порядке?
— Надеюсь, — улыбнулась Света. — Но сосисок в подарок посылать не буду. Жирноваты. А тебе, дорогая подруга, придется поработать с хозяином. Не забудь справиться о драгоценнейшем здоровье любимицы. Процент — как договорились.
Вика кивнула.
— А переодеться?
— Заедем ко мне.
У Светы Вика приняла душ, переоделась в костюм, который вынула из дорожной сумки. Долетела она прекрасно, самолет британской авиакомпании, класс первый, и не чувствовала никакой усталости.
— Ну и как там было? — спросила Света, собираясь приготовить кофе и бутерброды. — Тебе с молоком?
— Да, конечно. А было там хорошо. Я выступила с краткой речью. — Она хмыкнула. — Один чех подошел ко мне после выступления и пригласил в Прагу, у него аналогичная фирма, но они продвинулись дальше. Гораздо дальше, чем мы.
— И почему же?
— Страна меньше и культура выше. Ты почитай объявления у нас на столбах. Сколько в Москве психологов? А специализация? Все про все знают. У них уже не так, хотя поначалу была похожая всеядность. Сексуальные отношения, проблема наркомании подростков, служебные отношения и психосоматика. А значит, все это заведомо непрофессионально.
— А твой чех на чем специализируется?
— На семье и сексе.
— Поезжай, дорогая. Очень важная проблема, должна тебе сказать.
— Неужели для тебя?
— И для меня. — В голосе подруги Вика уловила... печаль? Да нет, скорее тревогу.
— Что случилось?
— Да кое-что случилось. — Света вздохнула. Светлые волосы, завитые мелкими кудряшками, поникли, словно веточки плакучей березы с мелкими листиками. — Павлик совсем ничего не хочет.
— Не может быть.
— Ну не считать же нормальным занятие сексом раз в три недели?
— Вот так, да? Маловато. Но по тебе не скажешь. — Света вскинула голову. — Ты не производишь впечатления голодной женщины.
— А какой я была бы, если бы оголодала? — Света сощурилась и выжидательно смотрела на подругу.
— Ну вот, ты и сама призналась. Оговорка, дорогая моя, и очень симптоматичная. И давно завела роман?
Света вздохнула.
— Ну, в общем-то... Достаточно... недавно.
Вика расхохоталась.
— Что ж, сексологи не видят ничего противоестественного в том, чтобы добирать секс на стороне в твоем случае. Ну и как? Все хорошо?
— Отлично. Но...
— А скажи-ка мне, дорогая подруга, ты в постели с ним не представляешь Павлика вместо него?
— Представляю, — вздохнула Света. — Именно его и больше никого. Но как сделать, чтобы он хотел меня? — Она пожала плечами. — Видишь, новая машина — это ведь его извинения... Я все понимаю.
— Понимать-то ты понимаешь, да не все. Если хочешь Павлика, сама должна им заняться. Сама. Поняла? Кстати, этот чех на конференции привел результаты одного занятного опроса — они изучали склонность к измене среди мужчин и среди женщин.
