Читаем без скачивания Человек из морга - Геннадий Прашкевич

– Да хотя бы потому, что сижу с тобой за одним столиком, – раздраженно отрезал Берримен. – Делай свое дело. Оставь все эти сомнения для телефонных бесед. Хватит тебе воздуха, чтобы пересечь пролив?

– Сомневаюсь.

– И все же?

– Это замечательная конструкция, я ее оценил, но и она не идеальна. Аквалангом пользовался твой напарник, аквалангом пользовался я. В баллонах воздуху на час, ну, в лучшем случае на час с минутами.

– За это время можно добраться до середины пролива.

– А дальше? Всплывать и проситься в патрульный катер?

– Нет, – сухо сказал Джек. – Утопить акваланг и добираться до берега вплавь.

– Риск слишком велик. Даже ночью. Джек улыбнулся:

– Мы говорим пока что о вероятности, Эл. Я верю в здравомыслие Мелани и надеюсь, дело не дойдет до крайностей. Я лишь проигрываю возможные варианты.

– Хорошо, Джек. И все же представим худшее. Я с пленкой ухожу на материк. Где гарантия того, что я не усну? Я ведь могу упасть прямо на берегу. Я могу уснуть на воде или в машине, которую мне придется угонять. Меня найдут. Труп доставят в морг. Это означает, кто-то будет ко мне прикасаться. Не боишься, что все это закончится миллионами трупов, уже не тысячами?

– Не боюсь, – сухо ответил Джек. – Первый же человек, который наткнется на твое тело, позвонит не куда-нибудь, а в санитарную инспекцию. И к тебе никто не будет прикасаться, твое тело не отправят в морг. Тебя просто сожгут. Огнеметами. Там же, где найдут. Эл Хуттон превратится в горстку безобидного пепла.

– Как они догадаются?

– Это не составит труда. На тебе будет майка. А на майке крупные буквы. «Внимание, опасность! Я сбежал с острова Лэн!»

– Ты это сейчас придумал?

– Нет. Раньше гораздо.

– На твоем напарнике, пересекшем пролив, была такая майка?

– Конечно.

Я промолчал.

– Ну? – спросил Джек. – Есть еще вопросы?

Я опять промолчал.

Был у меня еще один вопрос, но я не стал его задавать. Что Отис! Я и в своей-то судьбе не был уверен.

Глава восьмая

Я устроился удобно – в полутора метрах от зеркала, позволяющего видеть сквозь него все, что делается в комнате Джека. Входную дверь я наделено запер, телефон отключил – ни Эбби, ни старина Билл, ни кто другой не могли оторвать меня от наблюдений.

Говоря о Мелани Кертрайт, Отис всегда чуть не шипел от ненависти. Конечно, стерва и шлюха, готовая стащить с твоего стола последний кусок хлеба, только отвернись! – но в комнату Джека вошла женщина, ничем не подтверждающая такую репутацию.

Лет пятьдесят на вид, но об этом как-то забывалось. Длинноногая, тонкая, с замечательно загорелой кожей, вполне позволяющей носить короткую юбку и достаточно открытую блузку, – так и должна была выглядеть спасительница острова Лэн. Лоб высокий и чистый, узкие скулы, быстрый и внимательный взгляд; Кирка Отиса, устроившегося в кресле, в непосредственной близости к столику с напитками, Мелани Кертрайт попросту не заметила. Не знаю, кем она его считала. Вероятно, рядовым посетителем бара «Цо-цо», рядовым потребителем дерьмового порто. Зато Джек вызвал у Мелани неподдельный интерес:

– Редкий случай обсудить проблему глоубстера с привлекательным человеком.

Прозвучало очень по-женски, но Отис нахмурился. Наверное, Джек здорово накрутил ему хвост – Отис до сих пор не коснулся стоящего перед ним стакана.

Берримен указал Мелани на свободное кресло.

– Не будем о погоде, – сказал он, улыбнувшись. – Вы правильно определили тему. Вам будет интересно.

– Верю.

Мелани смотрела на Джека с искренним интересом. Как, скажем, на мышь, случайно появившуюся у нее под ногами. В душе она явно посмеивалась над ситуацией, ведь в любой момент она могла ее изменить.

– Было время, вы не верили в существование глоубстера, – Джек тоже понял состояние Мелани. – Надеюсь, с тех пор многое изменилось?

– Что вы имеете в виду?

– Скажем, людей, торчавших у меня под окнами. Очень любопытных людей. Их, наверное, тоже интересовал глоубстер?

– Ах, это, – протянула Мелани чуть ли не с разочарованием. – Вы должны понимать, настроение горожан должно контролироваться.

– Таким способом?

– Чем он плох?

– Действительно, – Джек улыбнулся.

Они явно понимали друг друга, но Отис чего-то не понимал. Он злобно ощерился. Ему явно хотелось выпить, но он держался. Я хорошо видел все, что происходило в комнате. Беседа, разумеется, записывалась, но я старался не упустить ни жеста, ни слова.

Начал Джек.

Он напомнил о шторме двухмесячной давности. Он напомнил о выброшенном на берег глоубстере – загадочной твари, оказавшейся роковой для многих тысяч ничего не ведавших о беде жителей и гостей острова Лэн. Он напомнил о панике, овладевшей людьми, когда адентит начал свое угрюмое шествие.

– Не употребляйте неточных терминов, – улыбнулась Мелани.

– Что вы имеете в виду?

– Это название – адентит. Видно, что вы не очень хорошо знакомы с медициной. Одним из признаков болезни действительно является жар, но это не определяющий признак. Человек пылает, человек впадает в болтливость и эйфорию, но это не главное. Главное – сон. Скорее уж «сонная болезнь», чем «пылкая», как следует из придуманного кем-то названия. Мы не приняли название адентит, оно не является официальным.

– Наша беседа тоже не является официальной, – напомнил Джек.

Мелани улыбнулась, зато Отис вдруг поднял свою круглую, похожую на кокосовый орех голову. Он хотел знать подробности о находке. По-прежнему не обращая на него внимания, Мелани ответила. Обращалась она к Джеку.

Первыми возле выброшенной на берег твари оказались два молодых бизнесмена, отдыхавших в отеле «Клариди». Они гуляли по пляжу, загаженному штормом. Пролив еще бурлил, волны, шипя, катали по песку стеклянные поплавки, бутылки, мотки влажных водорослей. Зловоние от глоубстера слышалось за полмили. Она, Мелани, не утверждает, что бизнесменов привлекло именно зловоние, но этот тип людей… В общем, люди совсем не думают о том, что подарки моря могут оказаться опасными. Ну, конечно, многие читали или слышали о минах, иногда выбрасываемых на берег. Глоубстер ничем не напоминал мину, но был, несомненно, опаснее. Гораздо опаснее, что, к сожалению, скоро и подтвердилось. Правда, никто ни о чем таком тогда и не думал, глоубстер скорее привлекал, чем отпугивал. Это, конечно, сослужило для островитян плохую службу.

Я видел сквозь зеркало бледное лицо Отиса. Он страдал.

Собственно, говоря о мине, мы недалеко уходим от истины, улыбнулась Мелани. На глоубстера вполне могли смотреть как на естественную биологическую мину, подброшенную нам самой природой. Это удача, что у зловонных останков вскоре появились ее сотрудники – доктор Онер, а с ним доктора Острич и Хара. Она, Мелани, с одинаковым уважением относится ко всем троим, но должна заметить, доктор Онер повел себя наиболее профессионально – он сразу же сообщил о находке в санитарную инспекцию города и позвонил ей, Мелани. Доктор Онер вообще сыграл в произошедшем весьма видную роль. Он ни на секунду не задержался на пляже, он тут же отправился в лабораторию и потребовал от Мелани уничтожения останков глоубстера. Она поддержала требование доктора Онера. Быстрые действия, кстати, спасли доктору Онеру жизнь. Доктор Острич и доктор Хара, как вы знаете, задержались на берегу, они набросились на находку, как на именинный пирог. На следующий день оба они погибли.

– Вы всегда так внимательно следите за состоянием ваших пляжей? – спросил Джек.

– Речь идет о случайной находке, – уклончиво ответила Мелани.

Джек, улыбаясь, не спускал с не глаз:

– Доктор Онер развил такую бурную деятельность… Он ведь один из самых ближайших ваших помощников?.. Он что, знал о некоей опасности? Почему его так насторожили останки глоубстера? Мало ли что выбрасывает море на берег, совсем необязательно звонить сразу в санитарную инспекцию и ставить в известность вас.

– Доктора Онера насторожил вид находки.

– А Острич и Хара? Когда доктор Онер присоединился к ним, они уже копались палками в останках глоубстера?

– К сожалению.

– Почему же доктор Онер, не предупредив их ни о чем, даже не поделившись своими сомнениями, сразу бросился к телефону?

Мелани улыбнулась:

– Люди непохожи друг на друга. Да, доктор Онер мог поделиться возникшими у него сомнениями, но боюсь, они просто осмеяли бы его. Они всегда отличались обостренным скептицизмом. Не хочу никого упрекать, тем более, что задним умом мы всегда крепки, но я считаю, что доктор Онер поступил профессионально.

Это правда, подумал я. Увидев гниющие зловонные останки, следует бежать от них, а не копаться в них палкой. Такие твари, как этот глоубстер, привлекательны как миф, но их вид, как правило, отвращает.

Впрочем, усмехнулся я, Отис, наверное, думает иначе. А Берримена вообще интересовали тонкости, мне не совсем понятные. Скажем, китайцы. Точнее, выборочное действие болезни. Она опасна не для всех?.. А-а-а, это всего лишь игра статистики!.. Странно, мне показалось, это сообщение Джека не разочаровало. Значит, неизвестная болезнь действует на всех? Ни китаец, ни негр не устоят перед ней?.. Я видел, Джек верит Мелани, а не досужим рассуждениям того же бармена Нестора.