Затронем еще один аспект, связанный с общим понятием о свободе как социальной ценности. Свобода, как отмечалось, представляет собой сложное явление, включающее многие составляющие (отдельные свободы), или, как их называет Ф. Р. Сундуров, «элементы свободы». Осужденные, содержащиеся в исправительных учреждениях, лишаются некоторых из этих «элементов свободы», другие сохраняются в полном объеме; большинство же составляющих свободы в той или иной мере ограничивается. При раскрытии содержательной стороны лишения свободы обычно подчеркивается ограничение осужденных в первую очередь в свободе передвижения[170]. Выделяются также ограничения в свободе распоряжения собой; свободе общения; выборе рода трудовой деятельности; свободе действий; в праве на отдых, образование; в политических правах и свободах; в личной свободе; в свободе развлечений (работы Ф. Р. Сундурова, И. С. Ноя, М. П. Мелентьева, Ю. А. Антоняна, B. А. Елеонского, Л. А. Высотиной и др.). Иными словами, теряется право на самоопределение.
Обратим внимание на то, что указанное содержательное наполнение свободы в контексте ее правового ограничения оказалось у́же, чем законодательное, зафиксированное в нормах конституционного права. Так, в научных трудах практически не затрагиваются вопросы о свободе мысли и слова в местах лишения свободы, лишь сравнительно недавно стала исследоваться свобода совести осужденных. Вместе с тем нельзя согласиться с С. Ф. Милюковым, утверждающим, что «поражают свободу, так или иначе, все без исключения наказания (даже штраф, лишая осужденного возможности приобретать те или иные товары, пользоваться теми или иными услугами, ограничивает его в возможности поступать по своей воле)»[171]. При таком подходе любого гражданина можно считать несвободным, поскольку каждый имеет те или иные обязанности, выполнять которые далеко не всегда приходится по желаемому выбору.
С учетом изложенного представляется целесообразным выделить следующие предусмотренные Конституцией РФ составляющие свободы, которые наиболее важны для человека и ограничение которых составляет основу содержательной части уголовного наказания в виде лишения свободы: свобода передвижения, свобода выбора рода деятельности, личная свобода, политические свободы.
Указанные свободы как составляющие обобщенного понятия свободы определенным образом ограничиваются в случае применения к человеку уголовного наказания в виде лишения свободы. Однако если в настоящее время эти и другие ограничения находят закрепление в соответствующих уголовно-правовых и уголовно-исполнительных актах, то в прошлом (практически весь период монархической России) они вытекали из самого факта помещения осужденного в место лишения свободы, что в принципе не изменяло сущности лишения свободы как вида наказания.
Как отмечалось выше, свобода является фундаментальной социальной ценностью и по общему правилу она неприкосновенна. Однако общественные отношения складываются таким образом, что в некоторых случаях ограничение этого блага необходимо. По-другому и не может быть, поскольку «требовать ликвидации всяких ограничений человеческого поведения – значит, по существу, оправдывать противоправное и преступное поведение, допускать ущемление прав и интересов других лиц и общества в целом».[172]
Наиболее многочисленную категорию лиц, в отношении которых государство допускает правомерное уменьшение объема свободы, составляют осужденные, отбывающие наказание в исправительных учреждениях (кроме того, свобода может ограничиваться в отношении душевнобольных, находящихся на принудительном лечении, задержанных в уголовно-процессуальном и административном порядке; ограничение возможно также в условиях чрезвычайного положения, военного времени – все эти случаи находятся за пределами нашего исследования). Справедливость определенных ограничений столь важных для человека его естественных прав не подлежит сомнению, поскольку сохранение правопорядка и общего благополучия невозможно без принудительного водворения общественно опасных лиц в исправительные учреждения. Однако ограничения в обладании и пользовании свободой как социальным благом во время исполнения наказания в виде лишения свободы не могут быть произвольными, они должны основываться на правовых нормах, которые в совокупности образуют специальный институт. Здесь же отметим, что «именно правоограничения раскрывают сущность наказания»[173].
Рассмотренные выше понятия свободы как фундаментального социального блага и лишения свободы как уголовного наказания будут браться за основу при последующем исследовании тенденций развития института наказания в виде лишения свободы в России как основы пенитенциарной политики на различных исторических этапах.
Методологическая особенность данного научного исследования заключается в охвате достаточно широких хронологических рамок – XVIII–XX вв. Такой подход обусловлен, прежде всего, необходимостью определить основные тенденции развития российской пенитенциарной политики с момента ее становления и до настоящего времени. В этом контексте (исследование явления от его возникновения до последнего времени) он представляется новым. Разумеется, эта методология предполагает и отбор соответствующих материалов по пенитенциарной проблематике. Автор стремился отбирать для анализа те материалы, которые в максимальной степени отражают указанные тенденции, при этом приходилось лишь упоминать и даже выводить за рамки исследования документы и иные источники, которые, представляя определенную самоценность, повторяли или слишком детализировали уже полученные результаты. Кроме того, необходимость в максимальном обобщении заставляла более активно использовать результаты соответствующих исследований других авторов. Думается, что используемый подход позволяет полнее раскрывать особенности развития пенитенциарной политики в России и тем самым более эффективно применять исторический опыт в этой сфере общественной деятельности.
При анализе методологии настоящего исследования нельзя не сказать о том, что автор опирался в оценках на общепризнанные ценности демократии, принципы правового государства и гражданского общества. Учитывались также психологические факторы, определяющие поведение осужденных в местах лишения свободы и соответствующие подходы государственных органов к условиям их содержания. В соответствии с таким подходом в качестве источника использовалось, как отмечалось выше, литературное творчество заключенных, т. е. учитывалась личность человека, что согласуется с принципом демократизма. Во внимание принимались также сложившиеся традиции российского государства в пенитенциарной политике. В частности, речь идет о том, что как в период империи, так в период советского государства и современный период пенитенциарная система отличается относительным многообразием учреждений и органов, предназначенных для отбывания наказаний, связанных с лишением свободы. Например, в российском имперском государстве (первой половины XIX в.) в их числе были каторжные тюрьмы, арестантские роты гражданского ведомства, смирительные дома, рабочие дома, крепости, тюрьмы; в советском государстве (середина 20-х гг.) – исправительно-трудовые колонии, фабричные колонии, исправительные дома, переходные дома, следственные изоляторы; в настоящее время – исправительные колонии различных режимов, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения, арестные дома. Данное обстоятельство свидетельствует об объективном характере развития некоторых сфер государственной жизни вне зависимости от политического строя, что, на наш взгляд, далеко не всегда учитывалось в исторических исследованиях по данной проблематике.
Что касается освещения пенитенциарной системы императорской России и советского государства, имея в виду общественно-политическое различие, то мы исходили из того, что место лишения свободы – это объективная необходимость для любого государства вне зависимости от его политического строя. Отсюда вытекает вывод о том, что задачи, стоящие перед пенитенциарными учреждениями, в большей части схожи во все исторические эпохи. Схожи и недостатки. Скажем, как для империи, так и для советского государства в пенитенциарной политике первейшим был ведомственный интерес, который порой превалировал над интересами всего государства, не говоря уже об интересах отдельного человека (об этом в работе будет сказано подробнее). И в этом смысле подчас нелепыми выглядят крайне отрицательные оценки тюрем периода империи, равно как нельзя согласиться с такими же, по сути, оценками в отношении советских исправительно-трудовых лагерей со стороны некоторых современных авторов. При изучении тюрьмы не может быть по определению восторженного тона, как это имело место в советское время, особенно в начальный период советской власти при оценках советских исправительных учреждений, поскольку это учреждение предназначено для изоляции общественно опасных лиц, преступников, посягнувших на общественные устои. Поэтому с методологической точки зрения при изучении исторических тенденций развития пенитенциарной политики, по нашему мнению, необходим взвешенный, максимально объективный подход, не замыкаемый на какой-либо партийной идеологии.
