Купален здесь не строили, ванн не знали, вместо мытья натирались духами, белье меняли раз в два-три десятка дней, а на Алви, пытавшегося объяснить, что ему нужна бочка с горячей водой, рабы смотрели как на безумца и в конце концов налили ему воды в здоровенную кадку, в которой, наверное, раньше солили рыбу. При этом тамерцы искренне почитали его северным варваром, а свою страну — оплотом истинной изысканности, поскольку блюдо, для которого было достаточно ножа и вилки, употребляли при помощи целой горы столовых приборов.
Алви искренне жалел, что погоня загнала его к перевалу, помешав пробиться к Диким землям. Там, между отрогами гор и Предельной пустыней, жило несколько племен, обычаями больше схожих с хокнийцами: таких же язычников и дикарей, но они, по крайней мере, не строили из себя то, чем не являлись. Да, в Диких землях никто не мог дать ему ни войска, ни золота, но и тамерцы пока что обещали, да не стремились исполнять обещания. Разумеется, было слишком рано — но сколько продлится ожидание? Год? Два? За это время от Къелы останутся лишь руины, разоренные королевской армией под управлением младшего Мерреса, по части дурости переплюнувшего старшего…
Граф Къела посмотрел на двузубую вилку, лежавшую рядом с тарелкой, перевернул ее, обнаружил с обратной стороны присохшие волокна мяса и с наслаждением согнул ее об стол.
Утро обещало дождливый мрачный день, но к полудню, когда Флэль все-таки собрался выйти из дома, распогодилось. Тучи ушли на запад, добавлять воды в и без того непролазную осеннюю грязь Междуречья. Брезгливо обходя лужи, Флэль вышагивал по улицам, придумывая, как скоротать время до вечера. Сидеть дома ему надоело, но к герцогине он был зван на ужин — значит, до сумерек нужно было занимать себя самостоятельно. Навестить Лорину? Пожалуй, рановато: малышка ложится только под утро, а наблюдать за тем, как она будет вымучивать из себя гостеприимство, неприятно.
Флэль недовольно оглядел Косую площадь. Вопреки обыкновению, сегодня здесь не нашлось ни одного знакомого лица. Прогуливалась пара компаний школяров, незнакомые чиновники коллегий выходили из трактира после обеда, сновали разносчики и посыльные — в общем, приличных людей или хотя бы симпатичных девиц на площади не оказалось. Полуденная столица оказалась не готова развлекать молодого человека из хорошей семьи.
Молодой человек всего три седмицы назад вернулся в столицу после донельзя скучного лета, проведенного у дядюшки в Керторе, но уже начал скучать и в Собре. Пыльный юг не удовлетворял его привычке к хорошему обществу, веселым шуткам и элегантности; дневная столица тоже не радовала. Можно было бы навестить галантерейщика или парфюмера, но идти до нужного квартала было слишком далеко.
Отправиться во дворец? Там, конечно, найдется компания, но едва ли она окажется достаточно веселой. Все те же рожи из коллегий, снующие с толстыми свитками отчетов, докладов и счетов, да три десятка таких же скучающих бездельников, как и сам Флэль, обсуждающих сплетни, протухшие уже десяток дней назад.
С другой стороны, там хоть будет с кем перекинуться словечком, а среди новостей может найтись и занятная…
В Белой приемной, по обыкновению, было людно. Просторная зала, отделанная белым мрамором, из-за чего и получила свое название, являлась излюбленным местом встречи благородных людей столицы. Единственное место во дворце, куда мог прийти любой — по делу или просто так, чтобы провести время. По делу сюда пришли от силы три-четыре человека, и их было видно сразу: деловые лица, занятые свитками руки и скромная темная одежда. Зато все остальные заглянули в ординарную приемную вовсе не потому, что были вызваны к королю или кому-то из глав коллегий; их тоже было видно сразу. Флэля Кертора интересовала именно эта часть общества.
— О, да вы вернулись, милорд!
— Еще три седмицы назад, — обернулся Флэль. — Разве я могу надолго покинуть нашу прекрасную столицу?
Подошедшего сзади юношу в цветах Алларэ он толком не помнил; должно быть, кто-то из вассалов или младших родственников герцогини. Спрашивать напрямую считалось невежливым, а Флэль старательно избегал подобных мелких бестактностей. Светлые волосы и чуть курносый нос в сочетании с очень серьезными серыми глазами ему были смутно знакомы. Возможно, встречались в каком-то салоне, — но не у Мио, это точно. Он бы запомнил.
— О вас осведомлялся его высочество… Несколько раз, — улыбнулся светловолосый. — Кажется, вы завладели вниманием принца.
Флэль изящно улыбнулся, на ходу соображая, чем бы он мог заинтересовать Араона. Весной он участвовал в королевской охоте и потратил пару часов, развлекая принцев, но оба мальчишки плохо годились для приятного времяпрепровождения. Разговоры крутились вокруг охоты, в которой Флэль Кертор участвовал лишь потому, что был приглашен, как отпрыск Старшего Рода, а королевскими приглашениями не разбрасываются. Подростков же ничто другое не интересовало. Флэль восхищался трофеями принцев, поддакивал рассуждениям о лошадях и собаках; видимо, в том и было дело.
— О, благодарю. Думаю, стоит нанести его высочеству визит: нехорошо заставлять особ королевской крови себя дожидаться, — кивнул Флэль. — Не желаете ли составить мне компанию?
Уж если опять терпеть занудные беседы об охоте — так не в одиночестве…
— С удовольствием, — явно обрадовался тоже скучающий алларец.
Флэль все пытался припомнить, как его зовут. Кажется, Далорн, Эмиль Далорн. Но хорош же он будет, если промахнется…
— Господа, как я рад вас видеть! — его малолетнее высочество поспешно слезло со стола. — Я скучал…
"И тут не веселее", — вздохнул про себя Флэль, и подумал, что на месте принца Араона он не просто скучал бы, а уже умер со скуки. Половину дня постигай всевозможные науки, которые полагается превзойти наследнику престола, другую половину — сиди во дворце под присмотром камердинера, воспитателей, гувернеров, гвардейцев, и так — вплоть до семнадцатилетия.
— Осень, ваше высочество. Осенью в столице и полагается скучать, — улыбнулся он. — В этом есть своеобразная утонченность. Весной нужно влюбляться, летом — лечить раны сердца, а осенью — наслаждаться скукой.
— О, нет… — закатил глаза к потолку принц. — Не хочу! Давайте лучше пофехтуем?
Флэль мысленно застонал. Он час одевался, потом еще столько же терпел куафера, ухитрившегося придать его тяжелым волосам нужную пышность, — а теперь забыть об этом и отправляться скакать со шпагой, вспотеть и лишиться прически?! Да еще был бы соперник достойный… Приглашением Реми Алларэ Флэль бы не преминул воспользоваться: они уже третий год делили титул лучшего бойца столицы, но пятнадцатилетний мальчишка — вовсе не тот партнер, о котором стоило мечтать. Впрочем, принцы рано или поздно становятся королями…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
