6. Если преступление предусмотрено статьей, включающей две формы вины, и статьей, включающей лишь неосторожность, квалификация осуществляется по первой статье. Так, в п. «а» ч. 4 ст. 131 УК РФ установлено изнасилование, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей. Причем само по себе изнасилование – умышленное преступление. В ст. 109 УК РФ отражено причинение смерти по неосторожности. Следовательно, п. «а» ч. 4 ст. 131 УК РФ – целое, ибо включает и умышленную, и неосторожную форму вины, а ст. 109 – часть, так как включает только неосторожную форму вины. Квалификация же осуществляется лишь по п. «а» ч. 4 ст. 131 УК РФ.
7. Если преступление предусмотрено статьей, включающей общественно опасное деяние полностью, и статьей, включающей самостоятельную уголовную ответственность за способ его совершения, квалификация осуществляется по первой статье. Так, в ст. 117 УК РФ об истязании установлено причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев или иными насильственными действиями. В ст. 116 УК РФ отражено нанесение побоев или совершение иных насильственных действий. Следовательно, ст. 117 УК РФ – целое, ибо истязание совершается путем систематического нанесения побоев или иными насильственными действиями, а ст. 116 – часть, так как включает только побои или иные насильственные действия. Квалификация же осуществляется лишь по ст. 117 УК РФ.
При конкуренции части и целого важно правильно определить способ совершения соответствующего преступления. Так, в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 сказано, что, «если лицо, совершая кражу, грабеж или разбой, незаконно проникло в жилище, помещение либо иное хранилище путем взлома дверей, замков, решеток и т. п., содеянное им надлежит квалифицировать по соответствующим пунктам и частям ст. 158, 161 или 162 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 167 УК РФ не требуется, поскольку умышленное уничтожение указанного имущества потерпевшего в этих случаях явилось способом совершения хищения при отягчающих обстоятельствах». Признание умышленного уничтожения имущества способом проникновения в жилище, помещение или иное хранилище противоречит пониманию последнего в п. 18 того же постановления как «противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи, грабежа или разбоя»174.
В литературе порой считается, что «хищение путем подлога есть мошенничество…»175. В унисон практика исходит из того, что «изготовление и использование… подложных доверенностей… следует рассматривать как способ совершения хищения, поэтому дополнительной квалификации… не требуется»176.
Между тем в отношении квалификации мошенничества с использованием поддельного документа на практике все же осуществляется дифференцированный подход. В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. № 51 разъяснено, что «хищение чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенные с использованием подделанного этим лицом официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, квалифицируется как совокупность преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 327 УК РФ и соответствующей ч. ст. 159 УК РФ», а в п. 7 – что хищение, совершенное теми же способами, но «с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества и не требует дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ»177.
Однако в отношении уклонения от прохождения военной и альтернативной гражданской службы с использованием поддельного документа дифференцированного подхода нет. Тот же Пленум в п. 28 постановления от 3 апреля 2008 г. № 3 «О практике рассмотрения судами уголовных дел об уклонении от призыва на военную службу и от прохождения военной или альтернативной гражданской службы» пояснил, что «действия призывника или лица, проходящего альтернативную гражданскую службу, подделавших официальный документ и использовавших его в целях уклонения от призыва на военную службу или увольнения с альтернативной гражданской службы, подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 или ч. 2 ст. 328 УК РФ и ч. 1 ст. 327 УК РФ. Если указанные лица лишь использовали заведомо подложный документ, то содеянное следует квалифицировать по ч. 1 или ч. 2 ст. 328 УК РФ и ч. 3 ст. 327 УК РФ»178.
Подлог – это внесение в соответствующие документы заведомо ложных сведений, а также исправлений, искажающих действительное содержание документов (ст. 292 УК РФ). При таком понимании путем подлога допустимо только изготовить подложный документ, но нельзя совершить мошенничество как хищение путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 159 УК РФ).
Подложный документ является средством обмана, а само мошенническое действие – обман – заключается в использовании подложного документа179. Отсюда мошенничеством хищение путем подлога не должно признаваться. Мошенничество и подлог всегда составляют реальную совокупность преступлений180.
Использование подложного документа, несомненно, является способом совершения мошенничества, ответственность за который особо предусмотрена ч. 3 ст. 327 УК РФ. Вместе с тем одни считают, что мошенничество путем использования подложного документа охватывается составом преступления, предусмотренным в ст. 159 УК РФ181, а другие – что подлежит квалификации по совокупности с ч. 3 ст. 327182.
Самое интересное, на наш взгляд, заключается в том, что все дело в характере используемого документа. Если он отвечает признакам, указанным в ч. 1 ст. 327 УК РФ, т. е. является официальным документом, предоставляющим права или освобождающим от обязанностей, то появляется объект, не охватываемый составом мошенничества – порядок управления, и образуется идеальная совокупность преступлений (ч. 2 ст. 17). Если же используемый документ не отвечает признакам, указанным в ч. 1 ст. 327 УК РФ, то нарушение порядка управления не происходит по определению, и совокупности преступлений не возникает.
8. Если преступление предусмотрено статьей, включающей основное и сопряженное преступление, и статьей, включающей отдельно сопряженное преступление, квалификация осуществляется по первой статье. Так, в п. «б» ч. 2 ст. 178 УК РФ установлены недопущение, ограничение или устранение конкуренции, сопряженные с уничтожением или повреждением чужого имущества. В ст. 167 УК РФ отражены умышленные уничтожение или повреждение имущества. Следовательно, п. «б» ч. 2 ст. 178 УК РФ – целое, ибо включает и недопущение, ограничение или устранение конкуренции, и умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, а ст. 167 – часть, так как включает только умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества. Квалификация же осуществляется лишь по п. «б» ч. 2 ст. 178 УК РФ.
Пленум Верховного Суда РФ по поводу квалификации основного и сопряженного преступлений высказался в постановлении от 27 января 1999 г. № 1. Толкуя п. «в», «з» и «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, он в п. 7, 11 и 13 данного постановления разъяснил, что убийство, сопряженное с похищением человека, захватом заложника, разбоем, вымогательством, бандитизмом, изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера, необходимо квалифицировать по совокупности соответствующих преступлений183. Вопреки этому в «Обзоре кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2002 год» отражено, что «действия лиц, направленные на убийство, если они были связаны еще с похищением или незаконным лишением свободы потерпевшего, полностью охватываются соответствующей статьей закона, предусматривающей ответственность за убийство, и не требуют дополнительной квалификации по ст. 126, 127 УК РФ.
По этим основаниям изменены приговоры Московского городского суда по делу Чаадаева и др., по делу Киселева и Савицкого»184. В то же время позиция Пленума Верховного Суда РФ подтверждена Конституционным Судом РФ. Он в Определении от 17 июля 2012 г. № 1484-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Петрова Юрия Юрьевича на нарушение его конституционных прав пунктом «з» ч. 2 ст. 105 и пунктом «в» ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации» пояснил, что «пункт «з» ч. 2 ст. 105 и пункт «в» ч. 4 ст. 162 УК Российской Федерации содержат описание разных преступлений, которые не соотносятся между собой как целое и часть. Содержащиеся в ст. 105 и 162 УК Российской Федерации нормы не относятся друг к другу и как общая и специальная, а потому действия виновных в разбойном нападении, в ходе которого потерпевшему причиняется смерть, подлежат квалификации по совокупности преступлений»185.
Одними авторами позиция практики была поддержана186 и продолжает поддерживаться после введения в ч. 1 ст. 17 УК РФ исключения из совокупности преступления187, хотя в некоторых случаях – с оговоркой о необходимости внесения соответствующих изменений в закон188. Другие и ранее стояли за квалификацию сопряженных преступлений лишь по соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ189 и стоят за нее после упомянутого нововведения190.
