Читаем без скачивания Донское казачество в войнах начала XX века - Наталья Рыжкова

3 сентября 1914 г. на Юго-западном фронте был сформирован конный корпус под начальством командира 14-й кавалерийской дивизии генерал-лейтенанта А.В. Новикова, куда также вошли 4-я и 5-я Донские казачьи дивизии генералов Свешникова и Банковского. Новый конный корпус получил боевую задачу по обеспечению надежного прикрытия правого фланга фронта от вероятных ударов противника с левого берега реки Висла, а также по очищению отвоеванной территории от мелких отрядов неприятеля в районе Мехов — Ченстохов — Новорадомск (примерно в 50–160 км южнее Лодзи). Командование обязало корпус вести постоянную разведку вдоль реки Висла на всем протяжении береговой полосы от г. Кракова до г. Сандомира с целью своевременного обнаружения возможных переправ противника. Кавалеристы должны были разрушить железнодорожную ветку Тарное — Дембица и обязательно установить устойчивую связь с русской кавалерией Северо-западного фронта. Со всеми поставленными командованием задачами конный корпус успешно справился{86}.

24 сентября 1914 г. в г. Новочеркасск благополучно прибыл с далекого Юго-западного фронта весьма необычный подарок. Это предприимчивые казаки 52-го Донского казачьего полка (казаки этого полка традиционно именовали себя не иначе как 52-й Лейб-Гвардии Донской казачий полк, ибо по давно заведенному порядку настоящая часть комплектовалась из казаков запасного разряда, служивших ранее в донских гвардейских Казачьем и Атаманском полках) прислали в любимую столицу Войска Донского одно из вражеских орудий, мужественно отбитых ими у австрийцев при местечке Сеняве (примерно в 98 км северо-западнее Львова). Сопровождали оригинальный фронтовой подарок участвовавшие в том бою старший урядник А. Зарубаев, приказный Н. Андреев и казаки И. Черкесов и А. Албасьев. Трофейное орудие торжественно поместили у известного памятника Войсковому Атаману графу М.И. Платову, где уже давно стояли старинные пушки, некогда умело отбитые храбрыми донцами у французских войск Наполеона Бонапарта{87}.

52-й Донской казачий полк отлично действовал в качестве корпусной конницы на правом фланге 5-й русской армии. В боях 25–26 августа (7–8 сентября) 1914 г. полк овладел городком Шебрешин (Щебжешин, в 64 км юго-восточнее Люблина), удачно захватив 7 артиллерийских орудий неприятеля. Преследуя отступающего противника, 5(18) сентября донцы мужественно штурмовали укрепленные австро-венгерские позиции у города Сенява, где под огнем неприятельской пехоты казаки захватили 14 орудий. Одно из этих трофейных орудий и было выставлено в столичном Новочеркасске у памятника Войсковому Атаману графу М.И. Платову напротив Атаманского дворца. А на добровольные пожертвования В.П. Рябушинского (совладелец известного в России банкирского дома), служившего при штабе 4-й русской армии в чине подпоручика артиллерии, для храбрых казаков удалось приобрести (а 52-й Лейб-Гвардии Донской казачий полк с благодарностью получил) 2 легких орудия. Это дало возможность образовать крайне необходимый для успешного ведения военных операций конно-артиллерийский взвод.

В конце августа 1914 г. общим фронтом перешли в наступление против австро-венгерских войск 4-я и 9-я русские армии. Они встретили ожесточенное сопротивление противника, в подкрепление которому в тот момент прибыл германский ландверный[8] корпус Войрша. После ряда неудачных попыток прорыва укрепленных позиций наконец наступил перелом. Предпринятая 26 и 27 августа (8 и 9 сентября) 1914 г. общая атака русских армий имела крупный успех. В нем большая заслуга принадлежит казакам 3-й Донской казачьей дивизии, прорвавшей фронт во взаимодействии с гвардейской пехотой у села Драганы в районе Тарнавки. Три сотни 18-го Донского казачьего полка по открытой местности под смертельным ружейным и пулеметным огнем наперекор всему атаковали три ряда укрепленных окопов, занятых 4-й германской ландверной дивизией, которые затем без боя были спокойно заняты пехотой, шедшей следом за героическими донцами.

Особенно отличился казак 18-го Донского казачьего полка Прыгунков. Смелый воин под сильнейшим огнем противника единолично захватил в плен 6 немецких солдат и без потерь доставил их в свои окопы. А урядник Пчелинцев, потеряв в ожесточенной атаке под Драганами коня, мгновенно сориентировался в сложной ситуации и заставил сдаться 5 немецких пехотинцев.

К вечеру 27 августа (9 сентября) частный успех прорыва у Тарнавки быстро распространился по всему фронту 4-й русской армии. Русские войска, продвинувшись за два дня непрерывных боев всего на несколько километров, захватили в плен более 5 тыс. солдат и офицеров противника. Началось общее отступление австро-венгерских и германских войск за реки Вислу и Сан. Однако отходившего неприятеля опять не оставляли в покое донские казаки. 3-я Донская казачья дивизия безостановочно преследовала противника до 9 (22) сентября через Янов, Домоставу, Сокаль и далее вплоть до г. Дембице (в 28 км восточнее Тарнува; тогда на территории Австро-Венгрии).

Успех наступления русских армий на правом фланге фронта заставил австро-венгерское командование прервать развернувшееся Городокское сражение и начать 30 августа (12 сентября) 1914 г. общий отход всех своих армий на новый боевой рубеж за реку Сан. В результате Галицийского сражения русские части Юго-западного фронта постепенно освободили Восточную Галицию и заняли часть территории австрийской Польши. Тем самым они создали реальную угрозу вторжения в Венгрию и Силезию. Нанесенное ими сокрушительное поражение значительно подорвало военную мощь Австро-Венгрии. Ее войска навсегда потеряли способность вести на востоке крупномасштабные военные операции самостоятельно, без какой-либо поддержки германских соединений. Германия оказалась вынужденной срочно перебросить на Восточно-Европейский театр боевых действий крупные силы с Западного фронта, что значительно облегчало положение англо-французских союзников России.

Поражение войск Австро-Венгрии в Галицийской битве поставило их практически на грань полной катастрофы. Русские армии теперь угрожали захватить Западную Галицию, Краков и Верхнюю Силезию — важный промышленный район. То есть они вплотную приближались непосредственно к территории Германии с западного и юго-западного направления. Германское командование, стремясь ни в коем случае не допустить этого, начало спешно перебрасывать основные соединения 8-й германской армии из Восточной Пруссии в район Кракова, Ченстохова и Калиша. На базе хорошо сколоченных, надежно проверенных в боях с русскими подразделениями, а теперь переброшенных в другое место частей, немцам удалось в кратчайшие сроки (15 суток) сформировать новую, 9-ю германскую армию во главе с П. Гинденбургом. Намечалось силами новой армии совместно с 1-й австро-венгерской предпринять общее наступление в северо-восточном направлении с выходом на Среднюю Вислу, что создавало бы серьезную угрозу флангу и тылу Юго-западного фронта{88}.

Тем временем 2-я Сводно-Казачья дивизия успешно заняла город Турка (в 65 км южнее Перемышля). При этом она встретила упорное сопротивление оборонявшихся частей неприятеля. 25 сентября 1914 г. на правый фланг дивизии, где располагался 17-й Донской казачий Генерала Бакланова полк полковника А. Алексеева, пошел в массированную атаку австрийский пехотный полк. Но предусмотрительные казаки-баклановцы, мастерски заняв фланговую позицию, прочно удержали рвавшегося вперед врага. Надежно удерживали они австрийцев и в последующих арьергардных боях с 29 сентября по 2 октября, хотя те значительно превосходили силы баклановцев, а также весьма настойчиво наступали не только с фронта, но и с обоих флангов{89}. Австро-венгерское командование решило в начале октября 1914 г. перейти в наступление против растянутого в результате перегруппировок фронта 8-й русской армии.

Главный удар наносился по частям XXIV армейского корпуса, в состав которого входила тогда 4-я стрелковая «Железная» бригада генерала А.И. Деникина, а ей, в свою очередь, была придана 35-я отдельная Донская казачья сотня. XXIV армейский корпус выполнял тактическую задачу русского командования и оперативно прикрывал подступы к г. Самбор (в 64 км юго-западнее Львова). В течение нескольких дней здесь непрерывно шли очень ожесточенные бои. В них поистине героически сражалась небольшая по численности воинская часть донских казаков{90}.

Так, 12 октября 1914 г. казак 35-й отдельной Донской казачьей сотни Логвин Медведев (хутора Рудаков Усть-Белокалитвинской станицы) был послан командованием на разведку деревни Топольницы. Осторожно пробираясь в намеченный населенный пункт, Медведев внезапно столкнулся с австрийским часовым. Казак даже на миг не растерялся в сложной ситуации, резко вырвал из ножен свою шашку и мужественно бросился на подвернувшегося вдруг врага, который тут же кинул на землю винтовку и со страхом поднял руки. Обезоружив оплошавшего часового, Медведев предусмотрительно узнал от него, что ближайшая хата занята 10 австрийцами. Смелый воин, не задумываясь о грозящей опасности, сразу быстро спешился, наскоро привязал свою лошадь у плетня и с обнаженной шашкой храбро ворвался в избу, громко крича: «Руки вверх!» Австрийцы, застигнутые врасплох и полностью растерянные, моментально вытянулись по стойке «смирно», а некоторые с перепугу даже взяли под козырек. Деловито обезоружив их, Медведев с присущей сноровкой вытолкал всех пленных на улицу и настрого приказал никуда не двигаться с места. Те беспрекословно ему подчинились. Между тем лихой казак уже ворвался в другую хату, затем в третью, наконец, в четвертую и таким образом один взял в плен 35 австрийцев, которых в тот же день сумел доставить в штаб 4-й стрелковой бригады. За воистину геройский подвиг казака Логвина Медведева заслуженно представили к Георгиевскому кресту 4-й степени, а также пожаловали чином младшего урядника. И это был далеко не единичный случай… Старший урядник 35-й отдельной Донской казачьей сотни Козьма Аксенов (х. Недвиговка), будучи послан с 10 казаками в тот же день на разведку деревни Ясенида-Замкова, захватил в плен 85 австрийцев. Всего же с 12 августа по 12 октября казакам доблестной 35-й отдельной Донской казачьей сотни удалось взять в плен 180 австрийцев, тогда как потери сотни за этот период составили лишь 8 казаков{91}.