– Хорошо, мальчики. – Сказочный, дивный голос решил выполнить миротворческую миссию. – Иногда в жизни нужно идти на уступки и компромиссы. Давайте договоримся на пятнадцать миллионов долларов и останемся добрыми друзьями. Ведь дружба превыше всего!
Алексей Парисович с ней внутренне не согласился. Ему бы не хотелось оставаться с Фамой только друзьями. Ему хотелось большего! Но практическая сторона ее предложения пришлась ему по душе. Он решил убить несколькими подписями множество зайцев. Во-первых, государственные деньги тратить легко и приятно. Такие траты ни к чему не обязывают. Они даже повышают статус. К тому же здесь решался вопрос престижа страны, а престиж никакими миллионами не оценишь. Во-вторых, выкидыванием пятнадцати миллионов фактически на ветер он произведет на ангела приятное впечатление. Если он на дело готов выкинуть такие деньги, то сколько же он способен потратить на личные удовольствия! Даму это должно сразить. В-третьих, Миляшу просто надоело сидеть в этом плюшевом царстве. На-до-е-ло!! Хотелось подписать бумаги, выйти на набережную и подышать свежим, насыщенным озерной свежестью воздухом. Он дернул пуговицу на шее, ослабил узел галстука и… расслабился.
– Только ради вас.
– Ну вот и славно! – поднял бокал Волконский. – Контракты, надеюсь, при вас?
– Конечно, сейчас мы подпишем все необходимые бумаги.
И как только Алексей Парисович сказал эту фразу, он почувствовал, что ему не обязательно выходить на набережную. Ему и так хорошо. В лицо дует свежий ветерок. Не кондиционер гоняет по комнате суррогатный воздух, а именно ветерок во всей своей первозданной чистоте барражирует по его одухотворенному лицу. Миляш осознал себя художником, поэзию которого долгое время заглушали собрания акционеров и попытки эмансипации некогда дружественных республик, которым для острастки приходилось перекрывать трубу газопровода. И вот муза прилетает к нему и отдаляется, чтобы показать себя во всей непорочности своей красоты. А он на мини-ноутбуке стучит по клавишам, подправляет заготовки контрактов и вносит окончательную сумму сделки по каждому игроку команды темных сил.
Кайлин, увидев, что все в комнате пришло в движение, отвлекся от журнала и нажал на кнопку своего всемогущего пульта. Из стены выкатился принтер. Тоже весь закругленный и ворсистый, похожий на колобок. Он соединился беспроводной связью с ноутбуком Миляги и начал выстреливать листки контрактов. Они взвивались под потолок, и там их грациозными движениями подхватывала Фама. Затем она спускала их на сверку Волконскому и Сохаеву – те убедительно качали головами, воздавали должное умению Миляги находить тончайшие формулировки и разводили руками – ни убавить, не прибавить.
Фама на своих невидимых качелях парила в направлении Алексея Парисовича, передавала ему бумагу на подпись и для проставления печати, а потом летела в угол к Кайлину. Ангелиссимус вперился в контракт, составленный и на английском, и на неанглийском, потом вопросительно поднял брови. Ангел убедительно кивнул ему, и тогда он, умиротворенный, снова перевел взгляд на труды Алексея Парисовича, разыскал там красивую цифру – 15 000 000 – и изящно подмахнул вензелем своей подписи.
Ветер из невидимых источников нарастал, он уже сносил Миляша, точно отважного капитана, застигнутого на боевом посту обнаглевшей бурей. Впрочем, капитана эти порывы только смешили, разжигали в нем буйство крови и желание помериться со стихией… Да чем угодно помериться! Его охватила эйфория, экстаз, голова кружилась, он чувствовал себя не управляющим второй по рейтингу компании мира (что за жалкие масштабы!), а управляющим всего мира! Несколько клавиш отлетело под напором его пальцев, но он не остановил завоевательный порыв. Он буквально продавливал бумагу, вычерчивая свои подписи, оставлял фаллической ручкой с золотым пером мощные борозды в податливом материале. Он плыл по океану страстей, и пугливые волны разлетались перед покорителем экономических рынков.
Фама выхватывала у Алексея Парисовича контракты, и вихрь уносил прекрасного ангела в тот угол комнаты, где возлежал Кайлин. А потом Фама возвращала документ, скрепленный автографом главы New wave. И вдруг Миляш перестал ощущать вокруг себя буйство стихии, и волны больше не ударялись в его форштевень. Ангел вернул последнюю порцию бумаг, они оказались в прежнем виде, с его одиноким росчерком – согласия Кайлина на них не было. То ли качели куда-то не туда занесло, то ли Фама не поняла, что сделка еще не завершена, но, в общем, она оказалась на дальнем конце приемной залы с бокалом в руках и спиной к гостю. Они чокались всей своей троицей, а о нем совершенно забыли.
– А вот еще контракты… Не подписаны, – слабо напомнил о себе Алексей Парисович.
– Нет, мы подписали, что хотели, – через плечо отозвался Волконский.
– Тут контракт Сталина еще остался. Вы помните про него?
– Сталин не продается. А Ленина и Ивана Грозного мы отдали по устроившей вас цене. Сделка закончена, – сурово подытожил Сохаев.
– Как закончена? – прохрипел Алексей Парисович. – Тут какое-то недопонимание. Мне нужны все три игрока.
Волк с досадой повернулся к Миляшу:
– Мы вели разговор о цене за каждого игрока. Правильно?
– Правильно.
– Но при этом вы не спросили, можем ли мы продать всех троих.
– А почему вы не можете всех троих? – лепетал Алексей Парисович, все еще отказываясь верить, что он облапошен, а вдобавок еще и Родина обманута заодно с ним.
– Мы не можем продать Сталина, потому что нам нужен сильный игрок в опорной зоне.
– Но неужели нельзя кого-нибудь другого поставить?
– Нет, нельзя, – решительно срезал Сохатый. – Вы же Тимощука еще пару лет назад ни за какие деньги не хотели продавать, правильно? Ваш спортивный директор Владислав Радимов так и сказал: «Я друзей не продаю».
– То Тимощук, а то… – мямлил Миляш. – Тут нельзя сравнивать.
– Для нас Сталин даже значимее Тимощука. Без него вся команда рушится. Он исповедует тактику «выжженной земли». Хороший организатор, мудр, спокоен, бдителен, скромен, немногословен. Его слушаются все без исключения партнеры. Любит детей нацменьшинств, что необычайно важно для маркетинговой составляющей Матча. И потом… Это имя! И еще какое. Кому нужен наш Матч, если в составе не окажется подлинных звезд истории? С Торквемадой да Пол Потом далеко не уедешь.
– Пятьдесят миллионов, – уронил голову Миляш.
– Нет, – рявкнул Волк. – Западные партнеры нас просто не поймут, если Россия в этом Матче не будет представлена. Сталин не имеет цены. Мы продали только тех, кого можем заменить. Сталин – наше все!
И тут Миляш подумал о том, что одна из африканских стран в ближайшее время может получить нового посла из России.
Глава четырнадцатая
Если выполнить на сто процентов план не смог,
Берегись, бездельник, – взыщет Бог!
Алексею Парисовичу пришлось подождать в приемной и снова послушать про ковер. Перед выборами президент, как водится, консультировался у астрологов. Естественно, не по поводу исхода выборов – тут все и имбецилам понятно, а по поводу дальнейших перспектив правления. Социально ответственные за небеса специалисты оптимистично сходились в оценке грядущего четырехлетия. Они отмечали приверженность президента подлинным идеалам, потому что в его астральной карте задействованы высшие планеты Нептун и Плутон. И дескать, его звездная карта совпадает с картой России, как ни у кого до него не совпадала.
Далее у астрологов начинались противоречия. Один говорил, что тот должен завершить то, что недоделал Николай Второй в силу слабости своего характера. Другой возражал, что ни в коем случае нельзя доделывать потому, что у них с Николаем одна и та же «черная луна», которая находится в Водолее, более того – в одном градусе. А «черная луна» – это болевая точка всей жизни. И если нажать на эту болевую точку, то реинкарнация астральных процессов приведет к полной потере субъективистского начала президента, что чревато неуправляемостью процессов во второй четверти…
Вторая четверть как-то совсем испортила настроение хозяину Кремля, напомнив о школе. Учился он хорошо, но вокруг было полно хулиганов. Охрана тогда его не окружала, и его, бывало, обижали… Поэтому при трехкратном упоминании второй четверти он выпроводил астрологов доброжелательным взглядом и велел запустить Миляша. Тот вошел, сияя, хотя на душе скребли даже не кошки, а огромные саблезубые тигры. По данным ученых, они, правда, давно вымерли, но в то же время кто способен помешать страшным тварям навести панику и ужас, если не собственной персоной, то в воображаемом мире нравственных терзаний. Это были они, саблезубые тигры!
– Здравствуйте. Присаживайтесь, Алексей Парисович. Как ваша миссия?
– Здравствуйте! Все замечательно. Два из трех трансферов выкуплены, – бодро отрапортовал Миляш.
