пучину хаоса и беззакония, такой лакомый его кусочек, как Киносура, не остался в стороне. Новые государства на территории Анакреона, Арпендиума и пограничных систем не спешили снабжать людей на её продовольственных фабриках. Многолетнее производство впервые остановилось, высосав последние остатки так необходимых системе энергоресурсов. На фоне набирающей обороты на Анакреоне и в Увалионе пищевой промышленности оно оказалось никому не нужно.
Киносуру окутал мрак, в котором тлели угли непонимания. Образованное в 2910 году талантливым оратором Анной Поретаррес Трудовое братство Киносуры предпринимало робкие попытки восстановить поставки топлива, однако долгие переговоры с соседним Анакреоном так и не дали никакого результата.
И люди, у которых пищи доселе хватало на целые системы, начали голодать. Казалось, что уже сама Полярная звезда жалобно стонет, не в силах смотреть на человеческие страдания.
И тут очнулся Эртан. Правительство Федерации обратило внимание на киносурскую проблему и вызвалось помочь погибающей системе. Началась операция «К» – одно из множества ярких пятен на деятельности руководства сначала Федерации Эртана, а затем уже и Союза Алых Республик.
Десятки судов, гружённых батареями, под усиленным конвоем отправились из Интагреса в Киносуру. Главной задачей было преодолеть дикие просторы Анакреона, поэтому на его территории усиленно работали сотрудники ЧКТ под прикрытием, старательно скрывая всю возникающую информацию об операции. Именно благодаря их деятельности удалось избежать нападения на конвой основных сил СЛА, и федеральным эскадрильям пришлось давать отпор лишь нескольким особо дерзким пиратским группам. Когда Североземский узнал о происходящем и, скрипя зубами, отдал приказ на перехват, грузовые корабли уже входили на территорию Киносуры.
Нелегко описать ту поистине человеческую благодарность, что получил Эртан от людей Киносуры. Система, словно феникс, сгоревший в верхних слоях атмосферы жгучей планеты, возродилась. На арене мировой пищевой промышленности вновь появился сильнейший игрок, и разбитое сельское хозяйство Анакреона впервые содрогнулось.
В дальнейшем Киносура стала первым союзником Федерации Эртана. В составе Союза Алых Республик она играет почётную роль снабженца. Множество киносурцев работает над восстановлением руин Анакреона.
Глава 11
«В случае, если хоть один наш корабль будет уничтожен рукой инопланетян, мы готовы развернуть крупномасштабную военную операцию с целью очистки всех, даже ныне захваченных терраформерами территорий, систем. В принципе, мы этим сейчас и занимаемся, однако солдатам Легиона отдан приказ не открывать огонь по инопланетным кораблям в ходе боевых действий»
– Адмирал Теокарион, 2915 год
Интерьер бара, в который попал пилот, разительно отличался от всей концепции дизайна сплитов. Здесь всё было чем-то уставлено: небольшие столики в углах помещения, причудливые растения, разросшиеся по всему периметру стен, яркие неоновые таблички, информирующие о последних пополнениях и скидках в заведении, террариумы с небольшими, напоминающими пауков, созданиями и высокая, под стать росту сплитов, барная стойка. Сами сплиты сидели преимущественно около неё, грубо перебрасываясь между собой фразами на своём, понятном только им, языке. За одним из столов двое из них лежали друг на друге, покрытые ссадинами – их драка явно закончилась ничьёй. Роман подошёл к стойке.
– Что будешь? – щурясь единственным глазом, спросил бармен.
– Мне нужно доставить это, – пилот положил на стойку устройство, – посыльному на станции. Только вот кому, не знаю.
Бармен взял предмет и принялся крутить его в руках. На мгновение его глаз задержался на небольшой надписи, выгравированной на корпусе. Он кинул устройство обратно Роману.
– Тупица! – воскликнул он. – Твоя необходимо пройти в комната номер девять. А теперь убирайся!
Роман, сопровождаемый мрачным злым взглядом нескольких сплитов, поспешил удалиться. Он прошёл чуть дальше по коридору, до первой попавшейся двери, и принялся искать её номер; однако никаких похожих на цифры символов там не было.
– Стоять, полиция! – прозвучало за спиной. Пилот, подумав, что это было адресовано не ему, начал движение.
– Стоять, я сказать! – этот возглас развеял его предположения. – Что у тебя в руках?
– Устройство хранения данных, – с дрожью в голосе ответил Роман, развернувшись. Перед ним стоял сплит, облачённый в ярко-красный мундир; в его руке сверкал наведённый на пилота пистолет.
– А ну, кидай сюда!
Роман без промедлений аккуратно бросил устройство сплиту. Тот подобрал его, осмотрел, и, как и бармен, заострил своё внимание на надписи на корпусе; прочитав её, полицейский что-то сказал в выдвинувшийся из уха микрофон.
– Поднимай руки. Арестован.
Пилот медленно поднял руки. Сплит, не опуская оружие, аккуратно повесил устройство на пояс, заменив его в руке наручниками.
В следующую минуту Роман уже был закован и грубыми толчками конвоирован в одну из дверей коридора, где сплит ещё раз с кем-то переговорил. Затем на несколько секунд наступила тишина, после которой пилот получил удар в затылок.
…Первое, что предстало глазам очнувшегося Романа, было покрытым плесенью потолком. Пилот лежал на грубой металлической койке в одной из тюремных камер.
Пахло сыростью и какой-то тухлятиной. Сквозь толстые прутья еле просачивались лучи света от тусклой коридорной лампы.
Роман находился в состоянии полной апатии. Он не знал, обманули ли его и что за устройство предложили доставить на какую-то захолустную станцию. Ему оставалось винить лишь себя, чем он успешно занимался все дни его путешествия.
Его отец стал героем, героем, которого знает весь Союз. А кем становится он? Чем он думал, когда добровольно пошёл не в предлагаемый ему элитный отряд Легиона, а в регулярные разведвойска? Конечно, он не мог тогда знать, что именно из-за славы великого адмирала, одной из тех редких персон, которые сильнейшим образом повлияли на уничтожение многих прикрывавшихся революцией организаций, именно молодого Романа Крузенштерна возьмут в ряды или счастливчиков, или мертвецов. И, судя по текущему положению пилота, его смело можно было причислять ко вторым.
«Хотя, – подбодрил себя Роман, – ситуация складывается не так уж и плохо, если так подумать. Здесь есть люди, есть внятная цивилизация и все предпосылки к разрыву барьера между Эртаном и пугающими нас многие годы одним только своим присутствием пришельцами».
Первоочередной задачей стояло выбраться из-под заключения. Сдать своих заказчиков, соврать или просто убить сотрудников полиции – Роману было неважно. Нужно было лишь помнить, что он в первую очередь солдат, во вторую – чужак, а уже в третью – человек. Затем требовалось найти «Интегру», ибо, если корабль пилота попадёт в чужие руки, то вся миссия может обернуться провалом.
– Твоя встать! – железный голос сплита оборвал мысли пилота. – Встать и не шевелиться!
Роман медленно поднялся со скамьи. Тюремщик провёл рукой по стене рядом с клеткой, и дверь камеры бесшумно отворилась. Сковав пилоту руки, он повёл его вдоль коридора. Обитатели тюрьмы, которых увидел Роман в соседних камерах, на первый взгляд действительно казались опасными элементами общества. Сплит с практически полностью вывернутым наизнанку лицом, что-то бормоча, бился головой об стену; за решеткой поодаль от него несколько человек о чём-то тихо шептались, одновременно с этим перебрасываясь в карты. Дальше, в самой дальней части
