– И все-таки политическая ситуация в Украине меняется. Может ли вслед за этим измениться политика государства по отношению к верующим?
– Хочется верить, что у политической силы, которая выиграла президентские выборы, хватит здравого смысла не создавать лишних сложностей для украинского общества попытками ограничить свободу совести и сокращения возможностей для деятельности религиозных организаций – ведь существует много других проблем, которые требуют своего разрешения. Попытки сделать это неизбежно натолкнутся на серьезное сопротивление.
В 2002-2003 годах в Украине уже были попытки переписать закон «О свободе совести и религиозных организациях». Тогда в контексте президентских выборов 2004 года планировалось сделать религиозные организации подконтрольными государственным органам, но эти планы не были реализованы именно благодаря активному противодействию со стороны религиозных общин и некоторых политических сил, поддержавших церкви в их стремлении к свободе. Это, кстати, был первый в истории Украины случай, когда различные конфессии выступали единым фронтом по отношению к государству. За последующие семь лет религиозное сообщество существенно нарастило опыт совместного позиционирования. С другой стороны, укрепились и политические силы, которые четко выступают за поддержку свободы совести в Украине.
– Есть ли, остались ли в Украине незарегистрированные церкви? И если да, то как строятся их отношения с государством?
– В соответствии с действующим законодательством, религиозные общины в Украине могут функционировать, не уведомляя о себе и своей деятельности государственные органы. Правда, в этом случае они не имеют статуса юридического лица, что ограничивает их возможности, например, в вопросах аренды помещений, приобретения земельных участков и т. п. В то же время, это ни в коей мере не ограничивает право граждан придерживаться тех или иных религиозных убеждений и проводить богослужения на квартирах своих единоверцев или в других местах.
В рабочем кабинете
В Украине существуют такие организации. Например, у нас около 40 общин Совета церквей ЕХБ, которые действуют без государственной регистрации; около 130 общин одного из направлений пятидесятничества, которое также исторически негативно относится к вопросу регистрации, и некоторые другие.
Хотел бы только отметить, что, независимо от наличия или отсутствия регистрации, любая религиозная община не имеет права нарушать закон. Обязанность следить за тем, чтобы объединения граждан, в том числе религиозные, действовали в рамках законодательства, возложена на правоохранительные органы.
– Принимал ли участие возглавляемый Вами Комитет в организации прошлогоднего визита в Украину Патриарха Кирилла? Как Вы относитесь к высказанным в прессе заявлениям о том, что этот визит был больше политическим, чем пастырским?
– Патриарх приезжал к верующим Православной церкви, находящимся в каноническом единстве с Московским Патриархатом. Поскольку это был не государственный визит, Госкомитет в его организации не участвовал. Что касается различных высказываний в прессе – хочу подчеркнуть: по моему мнению, это был именно пастырский визит и Патриарх говорил то, что думал, что считал необходимым донести до людей. Это – его право; а все остальное – трактовки.
– Насколько православная церковь в Украине открыта для взаимодействия с Госкомитетом по делам национальностей и религий? Есть ли в стране конфессии и деноминации, которые из принципиальных соображений отказываются от контактов с вашей госструктурой?
– По моим наблюдениям, в Украине таких религиозных сообществ нет, ведь Комитет ходатайствует перед государством в интересах религиозных организаций. Православные церкви – не исключение. На данном этапе удалось достичь весьма высокого уровня взаимопонимания между государственными органами и религиозными организациями. Это позитивное явление, которое очень хотелось бы сохранить на будущее.
– Сегодня в Украине активные, так называемые «неноминальные» верующие успешно работают во властных структурах. Влияет ли это на политические процессы в стране? Нет ли опасности лоббирования интересов какой-либо одной деноминации через этих людей?
– Я бы не стал делить верующих на «активных» и «пассивных», «номинальных» и «неноминальных»: только Господь знает наверняка, кто в какой мере верующий! А то, что в органах власти работают люди, открыто декларирующие свою причастность к той или иной религиозной общине, – безусловно, хорошо. Это свидетельствует о том, что Украина развивается в правильном направлении, функционирует как нормальная демократическая страна. Пройдет время, и наступит такой момент, когда этот вопрос вообще никого не будет интересовать: ведь каждый человек имеет право в нерабочее время посещать ту или иную церковь. Поэтому надеюсь, что увлечение подсчетами того, сколько и в каких органах власти работает представителей той или иной церкви, скоро потеряет смысл.
Приказ о назначении
Что касается конфессиональных предпочтений, то, безусловно, опасность существует. Мы сталкиваемся с этим часто, особенно на местах. Со стороны представителей органов местного самоуправления все еще имеют место конфессиональные предпочтения и заангажированность, что зачастую отражается па их решениях. К сожалению, с этим сталкиваются все религиозные сообщества Украины.
Хотя все понимают, что любой государственный служащий, несмотря на свои личные религиозные убеждения, должен действовать на благо всех граждан Украины, независимо от их конфессиональной принадлежности.
– Благодарим Вас!
Интервью подготовлено совместно с Павлом Гараджей.
Киев, Украина, Февраль, 2010 г.Александр Фирисюк: «Мы часто не доходим с благой вестью до края улицы, но жалуемся, что нам не дают благовествовать до края земли»
Александр Иванович Фирисюк много лет был хористом, нёс служение диакона в Минской церкви евангельских христиан-баптистов. В январе 1983 г. был рукоположен на служение пресвитера, позже стал заместителем председателя Союза церквей евангельских христиан-баптистов Беларуси. В 1990 г. избран исполнительным секретарём и заместителем председателя Союза ЕХБ СССР, затем главой Евроазиатской федерации Союзов ЕХБ. В 1994 г. возглавил Союз ЕХБ Беларуси. В 2002 г. Александр Иванович передал это служение брату Н.В.Синковцу, но и сейчас продолжает участвовать в служении баптистских церквей Беларуси, оказывать поддержку Минской богословской семинарии.
– Александр Иванович, как Вы пришли к Богу?
– Обычно на этот вопрос я отвечаю в шутку, что стал христианином еще до рождения.
– Это как?
– Дело в том, что я родился 20 июня 1936 года в Кобринском районе Брестской области. Западная Беларусь входила в то время в состав Польши, поэтому препятствий для благовестия здесь не было. Родители мои, Иван и Варвара Фирисюк, покаялись и приняли крещение в июне 1936-го, так что, выходит, впервые я крестился в лоне своей матери. Потому я имею полное право отнести к себе слова пророка Иеремии: «Прежде, нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя» (Иер. 1:5). Конечно, потом было крещение в сознательном возрасте, которое безлунной сентябрьской ночью в канале Днепро-Буг преподал мне пресвитер Павел Ячник. Как только об этом стало известно в Белорусском технологическом институте, где я тогда учился, меня немедленно отчислили. Впоследствии мне всё же удалось получить высшее образование заочно и четыре года проработать в леспромхозе Костромской области.
– Жена Ваша тоже из верующей семьи?
– Тамара Степановна уверовала позже. Она выросла сиротой: ее отец попал в плен 22 июня 1941 года, в первый же день войны – он был советским офицером (кстати, украинцем) и их часть стояла в Белостоке, на самой границе. Он умер от истощения в немецком концлагере. Мама – Елена, белоруска, растила дочь одна. Тамара росла в тяжелейших условиях. В детстве она тяжело заболела туберкулёзом и, как она сама говорит, получила исцеление только благодаря молитвам людей и милости Божьей.
Я благодарю Господа за то, что Он послал мне жену, любящую Бога и свою семью, что дал ей сердце смиренное, прощающее. Бог даровал нам четверых детей: сына-первенца, которого, правда, забрал к Себе ещё младенцем и троих дочерей. Сегодня все дочери вместе с зятьями служат Господу; у нас три внука и внучка.
– Почему Вы баптист? Что привлекает вас в баптизме?
