Во дворце стоял душный запах сырости, плесени и полных ночных горшков, выставленных прямо в коридорах. Полы были грязными. Света не было, если не считать того, что отражался в зеркалах от неприкрытых шторами окон.
Магнус достал из кармана карту Акселя, нарисованную от руки, и вгляделся в нее своими кошачьими глазами. Предстояло пройти через бесконечные ряды арок и залов. Чем дальше продвигался Магнус, тем чище становились комнаты; кое-где даже горели свечи, но Магнус не волновался о том, что его увидят. Пахло едой и табаком – таким же, как курил Аксель.
Наконец он добрался до королевских покоев. У дверей стоял стражник. Щелкнув пальцами, Магнус отправил в конец коридора маленькую искру, и стражник, оставив свой пост, побежал посмотреть, что это такое. Магнус повернул ключ в замке и осторожно вошел.
В комнате стояла неестественная бархатная тишина. Чуткий нос Магнуса тут же уловил дым от погашенной свечи. Он не испытывал особого трепета перед королевскими особами, но его сердце все же забилось быстрее. Постояв немного, он потянулся за вторым ключом, переданным ему Акселем. (У Акселя были ключи к личным покоям королевы!)
Еще один поворот ключа, и он увидел Марию-Антуанетту. Конечно, он много раз видел ее изображение, но теперь она стояла перед ним во плоти. Обычная женщина, и это шокировало сильнее всего. Но… Она была очаровательна! Ни один портрет не мог передать красоты ее глаз, больших и светлых. Вьющиеся волосы Марии-Антуанетты были аккуратно собраны под легкий льняной чепчик. Кружевная ночная рубашка делала ее невероятно соблазнительной.
Магнус молча наблюдал за тем, как она кругами ходит по комнате, охваченная волнением. Наконец он тихо произнес:
– Мадам, Вы ничего не замечаете?
Королева вздрогнула и озадаченно посмотрела в угол комнаты. Обнаружив, что угол пуст, она пожала плечами и прошла к окну. Лицо ее светилось решимостью, и Магнус невольно залюбовался. Теперь он понимал, почему Аксель полюбил ее – у окна стояла сильная женщина, женщина с характером.
Он пошевелил пальцами, вызывая синее пламя. Королева в замешательстве повернулась. Магнус осторожно провел рукой перед ее лицом. Глаза Марии-Антуанетты уменьшились и потемнели, щеки стали пухлыми и налились румянцем, нос увеличился, подбородок опустился, волосы приобрели каштановый цвет. Подумав, Магнус изменил ее скулы и уши, чтобы завершить преображение. Теперь она выглядела так, как… как русская дворянка, прожившая совсем иную жизнь.
Закончив работу, он вышел из дворца через потайную дверь, которую королева оставляла открытой, чтобы Аксель мог наносить ей ночные визиты.
План действительно был прост и элегантен и не потребовал особых усилий. Улыбаясь, Магнус поднял глаза на висевшую над Парижем луну и подумал об Акселе, ведущем дилижанс. Потом подумал об Акселе… который занимается чем-то другим. А потом поспешил прочь.
* * *
Ему повезло, что вампиры устраивают свои приемы так поздно: к Сен-Клауду он приехал далеко за полночь, но все-таки успел. Из кареты ему помогли вылезти дворецкие-вампиры, а у дверей уже поджидал Анри.
– Месье Бейн, – сказал он, льстиво улыбаясь, – хозяин будет весьма доволен.
– Я тоже рад, – сказал Магнус, едва скрывая сарказм.
Анри настороженно приподнял бровь, но в эту минуту к нему подошла очень похожая на него девица: светловолосая, со стеклянными глазами, но очень красивая.
– Вы знакомы с моей сестрой Бригиттой? – встрепенулся Анри.
– Конечно. Мы несколько раз встречались в вашей… прошлой жизни, мадемуазель.
– В моей прошлой жизни! В моей прошлой жизни! – звонко рассмеялась Бригитта.
Вероятно, мысли о прошлой жизни так рассмешили ее, что она хохотала и хохотала, не в силах остановиться. Анри совершенно не по-братски приобнял ее.
– Хозяин любезно разрешил нам оставить наши имена, – сказал он. – И я очень рад, что он позволил мне вернуться в мой дом и поселить здесь мою сестру. Хозяин проявил великодушие, как всегда.
Бригитта снова залилась смехом, и Анри игриво похлопал ее по заду.
– Ужасно хочется пить, – сказал Магнус. – Налью себе шампанского.
Особняк Сен-Клауда разительно отличался от мрачного, плохо освещенного Тюильри. Конечно, он был гораздо меньше дворца, но роскошь была поистине королевской. Стены были увешаны картинами, в канделябрах горели стильные черные свечи, везде суетились слуги, готовые исполнить любую прихоть хозяина и его гостей. В креслах сидели люди с бокалами вина в руках. Не укушенные. Выставив оголенные шеи, они ждали, когда наступит их звездный час. Вампиры на другой стороне зала плотоядно посматривали на них, как смотрят на деликатесы за богато накрытым столом.
Облик вампиров стоит особого упоминания. Если в Париже огромные напудренные парики уже почти вышли из моды, уступив место естественным прическам, вампиры продолжали носить парики впечатляющих размеров. Взгляд Магнуса остановился на бледноликой девице, сидевшей в углу. Парик у нее был под два метра, а поддерживал его изящный каркас, сделанный, как подозревал Магнус, из тоненьких детских костей. Уголки рта у этой красотки были запачканы кровью, а вот красные полосы на щеках… Сколько не всматривался Магнус, он так и не смог понять, кровь это или слишком густо наложенные румяна, – вампиры, возможно в насмешку над людьми, обожали пользоваться румянами.
Проходя мимо арфиста, Магнус заметил, что тот прикован к полу за лодыжку. Понятно, подумал он, будет играть хорошо – дотянет до утра, сфальшивит – станет закуской любителей париков.
– Магнус! Магнус Бейн, куда же вы запропастились?
Марсель Сен-Клауд помахал ему рукой, перегнувшись через перила. Вокруг него вилась стайка вампиров. Обмахиваясь веерами, натянутыми на каркас из слоновьей и человеческой кости, они глазели на Магнуса.
Магнусу было больно в этом признаться, но Сен-Клауд был восхитительно красив. С возрастом у вампиров появляется особый шарм. А возраст Сен-Клауда исчислялся столетиями. Возможно, он даже бывал при дворе Влада, первого правителя вампиров. Хозяин дома был ниже Магнуса ростом и очень хрупок. Длинные пальцы, высокие скулы и абсолютно темные глаза, в которых отражалось мерцание свечей. А одежда… они с Магнусом одевались у одного портного, и, конечно, наряд его был прекрасен.
– Сожалею, мой друг, но я вечно занят, – сказал Магнус, с трудом выдавив из себя улыбку.
Сен-Клауд направился к лестнице. Вампиры шли за ним по пятам, стараясь не отставать. Лизоблюды!
– Жаль, что вы не застали де Сада. Он только что ушел.
– О да, жаль! – ответил Магнус.
Маркиз де Сад был странным человеком. Такого извращенного воображения Магнусу не доводилось видеть со времен испанской инквизиции.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
