Читаем без скачивания Тень скарабея - Аннет ОБрайн

Кейтлин делала вид, что ей интересны мелькающие за окном лондонские улицы, но на самом деле она их даже не видела — украдкой рассматривала молодого сыщика. Он сидел, небрежно облокотившись на спинку лавки, и нежно улыбался, изредка ловя взгляды девушки. Щегольский цилиндр лежал рядом с ним.

— Вы прекрасно выглядите, мисс, — произнес он, а девушка снова залилась румянцем.

Казалось, ему доставляет удовольствие смущение Кейтлин. Она, возможно, реагировала бы спокойнее, будь они вдвоем, но рядом сидела молчаливая Меган в неизменном сером платье без украшений. Компаньонка молчала и не вмешивалась в разговор, но в ее взгляде Кейтлин так и мерещились то кривая усмешка, то молчаливый укор.

Девушка вздохнула с облегчением, когда карета остановилась у дома Блаватской. Здание было построено совсем недавно, может, лет десять назад, и выделялось на фоне остальной улицы. Кейтлин показалось, что сам дом похож на Блаватскую: с одной стороны резкие, угловатые линии и явно металлический каркас перекрытий, а с другой — высокие готические башни, темные ниши — так похоже на старинные замки с книжных иллюстраций. Элен и сама была такой: за показной женственностью с легким налетом распущенности — стальной, несгибаемый каркас.

Когда кучер открыл дверь экипажа, Меган напряглась, с ужасом взглянула на дом и отрицательно помотала головой.

— Ты будешь нас ждать тут? — угадала Кейтлин и удостоилась согласного кивка.

— Хорошо, — без раздумий согласилась она. — Экипаж в любом случае не уедет без нас.

Гарри обогнал Кейтлин и по-хозяйски открыл тяжелую дубовую дверь, придержав ее для спутницы. В холле дома было темно и пусто — он казался совсем нежилым. Из мебели лишь небольшая танкетка у стены и куцая вешалка под зонты и верхнюю одежду; на свежеокрашенных стенах нет картин, а украшения и лепнина весьма скромны. Поражал воображение лишь небрежно брошенный на пол дорогой персидский ковер. Он смотрелся чужеродным в этом аскетическом помещении.

В холле гостей никто не встречал, и Кейтлин сразу же начала волноваться.

— Мне уже некомфортно, — произнесла девушка, покосившись в сторону двери. — Здесь никого нет. Даже дворецкого, который смог бы нас проводить. А вдруг хозяйка не одета? Мне кажется, вот так врываться в дом — верх неприличия и неуважения! Давайте уйдем?

— Поверьте, Элен наш визит не смутит, — усмехнулся Гарри и тут же стушевался, словно поняв, что сболтнул лишнее.

— Вы тут бывали? — насторожилась Кейтлин и затравленно огляделась по сторонам.

— Элен известна в определенных кругах, — смутился сыщик и, будто извиняясь, добавил: — Здесь бывали многие. Ее дом открыт для всех желающих.

— И все же мне здесь неуютно, — поежилась Кейтлин. — Пойдемте отсюда! — предложила она и хотела повернуть к двери, однако Гарри поймал ее за руку. Его пальцы были сильными и прохладными, но девушку все равно бросило в жар, она отдернула ладонь и по-детски спрятала ее за спину.

— Простите меня, — сокрушенно покачал головой молодой человек. — Я не хотел вас напугать или обидеть, просто действительно не стоит уходить. Начатые дела всегда нужно доводить до конца.

— Да, вы правы, — хмыкнула Кейтлин. — Я веду себя словно ребенок… Да что говорить, рядом с вами я чувствую себя настоящим ребенком — неуклюжим и глупым.

— Ну что вы говорите? Вы совсем не ребенок. Очаровательная и очень красивая девушка.

Гарри сделал робкий шаг вперед и ласково убрал с лица Кейтлин непослушную прядь волос, выбившуюся из-под шляпки. В его жесте было столько нежности, что девушке стало не по себе. Никто и никогда еще так на нее не смотрел.

— У вас завораживающие глаза, — чуть слышно шепнул молодой человек. — Я никогда таких не встречал. Глубокие темные омуты, из которых невозможно выбраться — только утонуть. Едва вы посмотрели на меня — я пропал.

Сердце бешено стучало в груди, а голова кружилась. Кейтлин захотелось, чтобы Гарри оказался как можно ближе. Когда сильные руки обняли ее за талию, девушка, вместо того чтобы отпрянуть, как и полагает добропорядочной леди, прильнула теснее. Мягкие губы манили, а огонь в голубых глазах обещал наслаждение. Легкий поцелуй обжег щеку, и Кейтлин, испуганно вздрогнув, дернулась, попыталась освободиться, но потом послушно обмякла и закрыла глаза, чувствуя на губах легкое дыхание. Поцелуй был нежным, Гарри даже ослабил объятия, оставляя Кейтлин возможность выбора. Она могла уйти, но не хотела, вместо этого сама обвила руками шею молодого человека, растворяясь в его дыхании и забывая, где находится.

Отрезвление пришло неожиданно, и девушка, опомнившись, рванула в сторону. Движение было иррациональным, даже думать не хотелось, как глупо она при этом выглядит. Губы горели, волосы растрепались, а щеки алели, словно натертые свеклой. Девушка не знала, куда деться от неловкости и стыда. Положение усугубил низкий насмешливый голос из-за спины:

— Ну же, молю вас, не останавливайтесь! Вы замечательно смотритесь.

Элен Блаватская, видимо, давно стояла у дверей. Одета она была по-домашнему: расшитый капот откровенно распахнут на груди, а длинные темные волосы лишь небрежно заколоты на затылке. Без вызывающего макияжа Блаватская выглядела моложе и приятнее, хотя Кейтлин все равно не могла назвать ее красивой: слишком статная, высокая фигура, грубые черты лица, и нет чарующей мягкости во взгляде. Зато у этой женщины была внутренняя сила — харизма, не оставляющая никого равнодушным.

— Не смущайтесь, Кейтлин! — усмехнулась Элен. — Этот дом видел многое, и, поверьте, робкий поцелуй его не удивит, как и меня. Давайте лучше поговорим о цели вашего визита. Как я понимаю, вы все же согласились принять мое предложение о спиритическом сеансе. Могу я узнать, что повлияло на ваше решение? Вчера вы были настроены скептически.

— Мисс Кейтлин видит Вестницу, — подал голос Гарри.

На его привлекательном лице блуждала безмятежная улыбка. Идеально отглаженный костюм ничуть не помялся. Даже воротник рубашки был в порядке. Молодой человек выглядел как ни в чем не бывало, а вот Кейтлин ощущала себя растрепанной и распущенной.

— Я чувствовала, что с ней что-то не так. Пройдемте.

Блаватская, приглашая, махнула рукой и отправилась в глубь дома. Кейтлин не осталось ничего, кроме как двинуться следом. На Гарри она старалась не смотреть — в душе царили сумятица и хаос. Девушка не могла в себе разобраться. Она чувствовала на спине взгляд молодого человека и почему-то твердо была уверена, что Гарри улыбается. От этих мыслей щеки снова вспыхнули, и Кейтлин постаралась переключить внимание на что-нибудь другое.

Комната, в которую привела их Блаватская, пугала. Кейтлин впервые оказалась в подобном месте, и ей тут было неуютно: черные портьеры на окнах, красные атласные подушки на бархатных диванах. Ковер цвета разлитого вина и сотни свечей на полу, столах, стенах и даже подлокотниках кресел. На низких столиках — кальяны и курительницы с благовониями, а в воздухе — едва заметный запах опия. В отличие от Кейтлин, Гарри здесь чувствовал себя вполне свободно. Он неспешно скинул теплый плащ и развалился на диване, в то время как Кейтлин боязливо присела на краешек одиноко стоящего у стены стула.

— Не будьте так зажаты, дорогая, — обратилась к ней Блаватская и уютно расположилась на подушках, прильнув к Гарри. К удивлению Кейтлин, молодой человек отодвинулся не сразу, а лишь поймав ее взгляд. Сыщик словно бы спохватился и отсел в сторону. Впрочем, Блаватская не возражала.

— Ну же, Кейтлин, я не смогу с вами работать, если вы будете столь скованно сидеть на другом конце комнаты. Подойдите скорее сюда!

Блаватская затянулась густым дымом и в блаженстве закрыла глаза. Капот съехал с ее полного белого плеча, и Кейтлин вновь испытала неловкость. Было в этой женщине что-то такое бесстыже необузданное, что сквозило в каждом ее движении, повороте головы, позе и томно прикрытых глазах. Она заставляла людей испытывать рядом с собой либо скованность, либо вожделение. Гарри хоть и пытался честно отвести взгляд, но раз за разом возвращался к соблазнительной позе и обнаженному плечу Блаватской. Колючие шпильки ревности кольнули Кейтлин прямо в сердце, но девушка взяла себя в руки и, стараясь не подать виду, что ее гордость задета, подошла ближе.

Элен, прикрыв глаза, глубоко затянулась кальяном, откинула назад голову и медленно выпустила дым с горловым, протяжным стоном, переходящим в невнятное бормотание и хриплые крики. Кейтлин стало жутко, вид у Блаватской был совершенно невменяемый. Она содрогалась всем телом, выгибалась и затихала, не прекращая бормотать что-то невнятное себе под нос.

— Ничего не пойму! — спустя несколько минут прошептала Элен абсолютно нормальным голосом, оторвавшись от полубессознательного бормотания. В комнате резко потемнело, а налетевший неизвестно откуда ветер погасил почти все свечи. Лишь редкие, едва видимые огоньки складывались в слово revenge.