регистрации ей показать, что бумажка ее в дежурной части зафиксирована. Ну так и я не дурак, предложил трупы ей посмотреть, чтобы в следующий раз неповадно было. Вроде сработало. По крайней мере, сегодня ее точно не будет… А дальше посмотрим, что-нибудь другое придумаю. А ты чего в такую рань пришел? Случилось чего? Чай будешь? С овсяным печеньем?
— Это можно. Ничего не случилось, я просто хотел глянуть материал по смерти Вострикова дяди Лёни, у тебя же он?
— А-а… — Осинкин горестно закивал. — Спился шельмец, а такая светлая головушка была. Растуды его в качель. Вот что значит, бабы рядом не было. Некому ему было горло широкое перевязать, чтобы водку не заливал. Таким мужикам разводиться никак нельзя, это все равно что со Смертью рассрочку подписать. На, смотри… А что увидеть хошь? Коллеги его все чинно сделали. Заключение подробное…
— Да так, ничего… Просто хочу удостовериться, все-таки дядя Леня уважаемым человеком был, — я листал материал, еще не сшитый, перехваченный канцелярской скрепкой в уголке, с кучей виз на “титульном”.
Нашел нужное заключение судебно-медицинской экспертизы. Пробежал глазами выводы. Причина смерти — ЧМТ затылочной части головы, которое могло быть получено в результате падения с высоты собственного роста. Никакого криминала, вроде, если он сам упал. А если кто-то подтолкнул? Но теперь это хрен докажешь. Свидетелей нет. Упал алкашик в подъезде, эка невидаль. Много таких себе лбы по пьянке расшибают.
— Все нормально, Андрей? — спросил Осинкин, заметив, как я хмурюсь.
— Да… Все в порядке. Заключению я верю. Несчастный случай получается…
— А что, сомнения были?
— Да теперь уже не важно, давай лучше чай пить. Доставай свои обещанные овсяные печеньки. Я смотрю, у тебя новый холодильник? Шикарно живешь. Не у каждого дома такой, а у тебя на опорнике техника дорогущая...
— Ты не подумай, — Дядя Петя с гордостью погладил молочный бок “Бирюсы 5м”, — все по закону. Да у меня самого дома старенький “Саратов” дребезжит, который раз в неделю размораживать приходится. Я бы этого красавца в квартиру забрал, но его на баланс в УВД поставили. Хотя мне его от организации одной уважаемой лично подарили.
— Ого, — присвистнул я. — Расскажи, что за подарок.
— Да там история такая интересная приключилась, только, Андрюха, между нами, лады?
— Могила, дядь Петь.
— Короче, был у меня один внештатник. Студент юрфака Сема. В милиции мечтает работать. Парень неплохой, но слишком активный, в каждой бочке затычка, ему бы девок щупать да на мотоцикле гонять, а он детективов начитался и задолбал меня своей инициативностью. Все норовит большие дела раскрывать. Лезет куда попало. Я его привлекал к обходу участка, а ему это слишком мелко — алкашей да хулиганов гонять. Ему подавай аферы и крупные хищения. Ну, нет у меня на участке таких, да и не надо… Колеса с машин снимают да белье с веревок тырят. Вот мои основные преступления. А он все облавы да засады мифические планирует и меня пытается втянуть в игры свои. Вот, однажды совсем допек. Но я придумал, как его пыл немного охладить.
Я даже хмыкнул, предвкушая хорошую байку. Все-таки в фантазии Осинкину не откажешь.
— Хочешь, говорю, Сема, в настоящем деле поучаствовать? — продолжал тот. — Банду несунов обезвреживать будем, что “Мясокомбинат” обчищает уже второй год. У того глазенки загорелись, а сам аж задрожал. Наконец, говорит, дело стоящее, дядя Петя, а не разборки семейные улаживать. Надоело, говорит, прозябать в тени межличностных склок и неурядиц. Часто я его в качестве понятого с собой брал на семейные скандалы. Не всем в милиции грабежи и убийства раскрывать положено. Кто-то и профилактикой заниматься должен. А он не понимал этого. Адреналин ему подавай. Ну, так вот… Привез я Сему к “Мясокомбинату” вечерком. Солнышко уже в закат собиралось. Небо хмурилось и дождик противненький заморосил. Погодка самое то, чтобы охоту у него отбить глупостями всякими заниматься и спустить с небес на землю. К семейным и другим пьяным скандалам. Стой, говорю, Сема, здесь. Ночью в этом самом месте через забор “Мясокомбината” продукцию колбасную и прочий дефицит тырить будут. Информация проверенная, говорю, у меня там на предприятии агент внедренный. Так и сказал — агент. Второй год эту информацию добывал, говорю, наконец, добыл. Ты уж не подведи, Сема, на тебя вся страна смотрит. Понял, отвечает, дядя Петя, а можно мне зонтик хотя бы взять? Дождик уж больно холодный моросит и ветер зябко за ворот задувает, совсем не по-летнему. Никаких зонтиков, ответил я. С зонтиком тебя даже самый слепошарый несун за версту заметит. Вот, встань под деревце и прикинься липкой. Не шевелись и не дыши даже, да в оба смотри. А как мясо тырить начнут, ты рысью к ближайшему телефону-автомату скачи. Звони “02” и сообщи все дежурному. А там и мне передадут оперативно. Так вы, дядя Петя, может, со мной останетесь, спрашивает Сема, мы бы их вместе взяли. Не, говорю я. Мне еще на трубопрокатный завод надо сегодня. Там тоже несуны активизировались. А тут твоя делянка. На тебя сектор оставлю. Верю я в тебя, так что держись, Сема. Ночка длинная и холодная предстоит. В общем, оставил я студентика в дозоре, а сам домой укатил. Картошечки жареной сковородку умял с сальцем и зеленым лучком. Пятьдесят грамм для сна накатил, как полагается. Выкурил папиросину и спать лег к жене под теплый бочок. Сладко так провалился сразу в ночь. Часа в четыре утра звонок. Дежурный меня разбудил. Петр Валерьевич, говорит он. Срочно приезжайте. По вашему заданию внештатный сотрудник выследил группу несунов с “Мясокомбината”. Среагировал четко, согласно вашим инструкциям. Вовремя сообщил в дежурную часть, и наряд ППС задержал злоумышленников с поличным, то есть с колбасой, с окороком и мешком сосисок. Я, признаться, чуть на пол не грохнулся. Но сделал вид, что все так и должно быть. Оделся и в управление помчался. А там уже следователь и оперативники задержанных протоколируют по полной. Ну, представь себе картину! Изъятие мясных изделий с понятыми — все как надо оформили, а меня дежурный попросил подробный рапорт написать, как я спланировал данное мероприятие и подключил приданные силы. Ну я и написал. А что делать-то было? Не скажу же я им, что все выдумал? В конце концов, место я выбрал правильное и время нужное.
— Везет тому, кто везет, —
