— Это очень опасно, посмотри газеты: у вас там опять передел власти, стреляют, взрывают
друг друга. Не отпущу тебя! — неожиданно засопротивлялся Одис.
От этого запрета желание побывать на Родине возросло еще сильнее.
— Мы же договаривались, что не будем вмешиваться в личную жизнь друг друга. Я же не
спрашиваю тебя, чем занимался всю прошлую неделю? Откуда эти ссадины на твоем лице? Это
твоя работа? А у меня — моя, и очень интересная. Я не могу отказаться от такой возможности, —
отвечала Хелен. — Никто не узнает меня! — И смягчилась: — Пожалуйста, Одис!..
— Надо все тщательно обдумать! — задумался. Ему приятно было, что слушается его,
просит совета, разрешения. — Хорошо, Хелен, ты поедешь. Но при условии, что я поеду вместе с
тобой.
— Как ты это себе видишь? Кем ты сможешь поехать, в качестве кого?
— Я могу быть водителем, бодигардом, ассистентом — на выбор! Договорились?
— Но у Тарика уже есть свой персонал! Дамир с ним за рулем несколько лет. Тем более что
курд. Тарик ни за что его не оставит — гордится своей полиэтничной творческой группой.
Оператор — босниец, ассистентка Нилуфер — племянница Октая — из Болгарии, я — из Крыма.
— Это предоставь мне. Почему бы ему тоже не пригласить меня? Я — из понтийских
греков. Одну тебя не оставлю. Не волнуйся, устрою по своим каналам.
Задумалась. В самом деле, Одиссей старательно обходил все вопросы, касаемые его
собственного поля деятельности. Ничего не выспрашивала у него. Могла только предположить,
что работает на какие-то чересчур законспирированные структуры. Спецслужбы? Раскованный и
независимый на вид, апартаменты с видом на пролив, престижные «Бентли» и «Лэндровер» в
гараже, дорогущие золотые часы. И потом, их познакомил совсем не наивный Барбарос, который
сам занимал достаточно важное положение в турецкой табели о рангах. Повторила про себя,
шевеля губами: «А Одисеюшка мой определенно «Джеймс Бонд»!» — Вспомнились мельчайшие
детали тех месяцев, когда впервые узнала его. Так легко начал торговлю автомобилями в порту,
как по мановению волшебной палочки закрылись все его конкуренты. И Шульга возникал
периодически с ним не зря. И Лешку как ветром сдуло, и Дуче арестовали в порту. Ясно, знал о
покушении на нее раньше, потому и оказался вовремя рядом. А теперь и в Крым «навострился».
«Не простой парнишка этот грек турецко-подданный!» — И затаилась, озираясь инстинктивно.
Группа готовилась к отъезду. Нилу с Хеленой копались в Сети, дорабатывали маршрутный
лист на эти семь дней путешествия по Крыму, уточняли предположительный путь, которым в
детстве пробирался будущий османский корсар Таракташ-паша со своим братом и старым
монахом. Операторы готовили съемочную технику и походное монтажное оборудование.
Опробовали спутниковую систему — забарахлила. Приехал техник, покопался, попросил
водителя Дамира помочь отвезти систему в мастерскую.
Вернулся Дамир с новой спутниковой антенной, довольный собой.
— Я заставил их поменять наш спутник на новый. Зачем самому Тарику Денизу
ремонтированный спутник? Я так им и сказал!
— Представляю, как он там важничал, — доверительно шептал Ленке на ушко оператор
Шахин, — наверное, одного чаю выпил чайник!
— Новая антенна в бюджет не заложена, — отрезвила Дамира ассистентка, строгая и
рачительная распорядительница текущих расходов.
Тот хитро улыбнулся:
— Заменили бесплатно, из уважения к Чифу! — потом изменился в лице, испуганно
схватился за живот. — Пардон, баян, в туалет.
— Так уж я и поверила! Живот у него прихватил! Чаю меньше нужно пить с малознакомыми
людьми!
Дамир долго не выходил из туалета, а потом появился испуганный и бледный. Вызвали
доктора, который диагностировал предположительно отравление и распорядился отвезти в
больницу.
— Надолго? — выспрашивал огорченный Тарик.
— На пару недель.
— Что будем без водителя делать? — расстроился маэстро. — Без автобуса невозможно, там
монтажные линейки, аппаратура, спутниковая антенна! Где найти надежного человека за
оставшиеся день-два?
Хелена догадалась: проделки Одиса, повел по непрописанному сценарию, который
развивался последние часы. Пора и ему выходить на подмостки.
— Позовите Одиса, племянника Барбароса, — как бы само собой вырвалось у нее.
— Племянник Барбароса? Тогда позвони Одису, — ожил Тарик.
В предотъездной суете прошел последний день и укомплектованная бригада погрузилась
под вечер на отбывающий теплоход. Барбарос лично сопровождал, представил Тарика капитану.
Последний, импозантный и раскосый капитан, в белом кителе, смущался: снимали на камеру.
По внутренней связи прошла команда:
— Сдать лэндинг-карты и паспорта! Занять места в каютах!
Пассажиры протискивались по узким коридорам к заваленным пакетами и баулами каютам.
Погрузочная команда хватко выгрузила на палубу автобус и закрепила канатами.
— Лоцман на борту, поднять трап!
По морской традиции зазвучал отходной, вышибающий слезу у подвыпивших туристов
марш «Прощание Славянки». Пассажиры высыпали на верхнюю палубу. Предстояло
удивительное действо — отход корабля. Дениз приказал операторам начать съемку. Стоя на
верхней палубе с распущенными седыми волосами, лицом к проливу, на фоне уходящего берега с
мигающими рекламами на затемненном небе, произнес магическую для всех телевизионщиков и
киношников команду: «Снимаем!»
И замигали красные лампочки камер, фиксировавшие первые кадры нового путешествия:
— Мы на верхней палубе корабля, груженного подарками из Стамбула, — видите, как их
много?— повел репортаж телемэтр.— Началось путешествие через все море, на
противоположный берег, в страну, куда из Каракойского порта ежедневно уходят десятки полных
товаром кораблей, где достают сокровища из древних могил, где много интересного и
загадочного. Так сложилась судьба наших двух стран: мало что знаем друг о друге. Я проведу вас,
влюбленных в путешествия и приключения зрителей, по самым интересным и захватывающим
местам этой земли, по царским дворцам, галереям и музеям, раскопкам и природным
заповедникам. Самые красивые женщины тоже оттуда.
Тарик Дениз по-отечески накинул на плечи Хелен пуловер, продолжая играть на камеру:
— Фисташечка Хелена, тебя все узнали. Помаши, поприветствуй!
— Эй, привет!— заглянула Хелен в объектив, размахивая ладошкой.
— Фисташечка будет помогать в путешествии,— ведущий зашевелил усами, лукаво
подмигивая в объектив. — Внучатая племянница скифской крылатой богини Аргимпасы,
прекрасная амазонка, дочь таврских гор и сарматских степей — но это между нами...
Теплоход медленно разворачивался, толкаемый буксиром. Махина корабельная вздрогнула,
пробила винтами водяной коловорот, и, набирая собственный ход, вышла на разворот, в колею
пролива, ведущую на север. Спустя час после отхода от причала груженый под мачту труженик
вышел из плена пролива в открытое море…
Черное море, теплоход «Григорий Сковорода»
Лена встала с кресла, грациозно потянулась:
— Понарассказывала вам тут. Пойду проверю, как там Патрик. А вы без меня сильно не
усердствуйте. Обещаете, Натик?
Нат дернулся вслед за ней, она лучезарно улыбнулась:
— Я на минуточку…
«Как назвала? Натик. Лунатик?.. Так его еще никто не называл, приятно... Экзальтированная
бабенка». Почувствовал прилив бойцовского либидо, листая глянцевые страницы, с которых
попутчица улыбалась пленительно и желанно. Почувствовал, как встрепенулся его корень. Закрыл
глаза, нахлынуло, представил красавицу Хелену в жарком тесном контакте, ее грудь, бедра... Едва
не пустил семя прямо в джинсы… Улыбнулся, удивился: вот так попутчица! Что сделала с ним?
