Читаем без скачивания Второе Основание - Айзек Азимов

— Ваши эмоции, конечно, всего лишь порождение вашего прошлого, их бесполезно проклинать… их надо всего лишь изменить, — сказал Первый Оратор. — Уничтожение Тазенды было неизбежно. Альтернативой была гибель планет по всей Галактике в течение нескольких столетий. Но мы сделали все, что было в наших слабых силах. Мы увезли с Тазенды столько людей, сколько было возможно. Все остальное население планеты было максимально децентрализовано. К.сожалению, все наши меры оказались лишь частично эффективными, и миллионы людей все равно погибли. Неужели вы не сожалеете о них?

— Ничуть, не больше, чем о тех сотнях тысяч, которые через шесть часов должны погибнуть на Россеме.

— На Россеме? — быстро переспросил Первый Оратор.

Он вернулся к Чанису, который с трудом принял сидячее положение, и излучение его мозга усилилось. Чанис почувствовал дуэль умов над своей головой, а затем путы, сковавшие его мозг, порвались и слова полились из его горла.

— Сэр, мне ничего не удалось сделать. Он заставил меня сознаться во всем за десять минут до вашего прибытия. Я не мог ему сопротивляться, и мне нет прощения. Он знает, что Тазенда — не Второе Основание. Он знает, что это — Россем.

И тьма вновь сомкнулась… окончательно.

— Понимаю. — Первый Оратор нахмурился. — И что вы теперь собираетесь делать?

— Неужели не догадываетесь? Неужели вам так трудно предсказать очевидное? Все это время, пока вы читали мне лекцию о природе эмоционального контроля, пока вы обзывали меня мегаломаном и параноиком, я работал. Я связался со своим флагом и отдал приказания. Через шесть часов, если я не отменю приказ, они должны будут бомбардировать весь Россем, за исключением этой одинокой деревни и сотни квадратных миль вокруг. Они должны будут уничтожить все, а затем приземлиться здесь.

— В вашем распоряжении всего шесть часов, а за шесть часов вам не удастся сломить сопротивление моего мозга, не удастся и принять меры, чтобы спасти Россем.

Мул раскинул руки и вновь рассмеялся, а Первый Оратор, казалось, задумался о проблемах новой ситуации.

— Какая альтернатива? — спросил он.

— С какой стати быть какой-то альтернативе? Разве я могу получить больше того, что имею? Или мне следует пожалеть людей, которые погибнут на Россеме? Возможно, если бы вы позволили моим звездолетам спокойно приземлиться и сдались бы все до единого, все люди Второго Основания, и подчинились бы моему ментальному контролю, я отменил бы приказ. Может быть, это и имело бы смысл — подчинить себе столько высокоинтеллектуальных людей. Но опять же, на это пришлось бы затратить слишком много усилий, так что я не особо расстроюсь, если вы не примете моих условий. Что скажете, предводитель Второго Основания?

Какое оружие выберете против моего мозга, который не слабее вашего, и против моих звездолетов, которые сильнее всего, что вы можете себе представить?

— Какое оружие? — медленно переспросил Первый Оратор. — Да никакого, разве что крохотное зернышко знания, настолько крохотное, что вы его игнорируете.

— Говорите быстрее, — засмеялся Мул. — Врите изобретательнее. Но как бы вы ни были умны, вам не выкрутиться из этого положения.

— Бедный мутант, — сказал Первый Оратор. — Мне ведь нет нужды выкручиваться. Спросите себя сами, почему на Калган послали Била Чаниса, который молод и храбр, но в ментальном отношении лишь чуть сильнее вашего Гана Притчера. Почему не отправился я или другой из наших лидеров, которые были бы вам ровней?

— Возможно, потому, — раздался холодный ответ, — что вы сообразили — ни один из вас мне не ровня.

— Истина куда проще и логичнее. Вы знали, что Чанис из Второго Основания. Он не сумел скрыть это от вас. Вы также знали, что вы значительно сильнее его, потому не побоялись предоставить ему свободу действий с тем, чтобы последовать за ним и раскрыть все карты. Если бы на Калган отправился я, вы убили меня в ту же секунду, потому что я представлял бы собой настоящую опасность, а если бы я избежал смерти, скрыв свою истинную сущность, вы бы не последовали за мной в космос. Только слабость Чаниса побудила вас к дальнейшим действиям. А если бы вы остались на Калгане, никакие усилия всего Второго Основания не смогли бы причинить вам вреда в окружении ваших людей, вашей техники и вашей ментальной силы.

— Моя ментальная сила все еще при мне, — сказал Мул, — и моя техника, мои люди тоже недалеко.

— Это все верно, но вы больше не на Калгане. Вы здесь в олигархии Тазенды, логично представленной вам, как Второе Основание — очень логично представленной. Ее необходимо было представить вам именно таким образом, потому что вы умны, Первый Гражданин, и руководствуетесь только логикой.

— Согласен, вам это удалось, но ненадолго: я вырвал правду из вашего Чаниса, когда понял, что истина лежит глубже.

— А по нашим меркам не такой уж вы и тонкий человек. Мы подготовились к тому, что вы сделаете это, и подготовили к нему Чаниса.

— А вот это уже ложь, потому что я обнажил его мозг и положил к себе на ладошку. Он был весь раскрыт передо мной, и когда он сказал мне, что Россем — это Второе Основание, это была голая истина, потому что в его мозгу не оставалось и тени других ощущений, потому что он просто не мог меня обмануть.

— Верно. Тем более нужно отдать должное нашему предвидению. Разве я не говорил вам, что Бил Чанис был добровольцем? Прежде чем он оставил наше Основание и полетел на Калган, ему пришлось пройти через весьма кардинальную эмоциональную хирургию. Неужели вы думаете, что Бил Чанис сам по себе смог бы обмануть вас? Нет, Бил Чанис был сам обманут, потому что в этом была необходимость, и потому что он пошел на это добровольно. Бил Чаше всем своим существом верит, что Россем — Второе Основание.

— Вот уже три года, как мы, жители Второго Основания, создаем это впечатление в олигархии Тазенды, подготавливаясь и ожидая вас. И ведь мы преуспели, правда? Сначала вы решили, что мы — это Тазенда, потом-то Россем… но дальше этого вы пойти не смогли.

Мул вскочил на ноги.

— Вы что, хотите сказать, что и Россем не Второе Основание?

Чанис, все еще лежавший на полу, почувствовал, как ментальный поток Первого Оратора размыл дамбы в его мозгу, и выпрямился.

— Значит, Россем не Второе Основание? — вскричал он.

Все, что он помнил и знал, промелькнуло перед его взором… и оставило в полном недоумении.

Первый Оратор улыбнулся.

— Вот видите, Первый Гражданин, Чанис поражен не меньше, чем вы.

Естественно, Россем — не Второе Основание. Неужели мы похожи на сумасшедших, которые могут привести вас, самого великого, самого могущественного, самого опасного нашего врага в наш мир? О, нет!

Пусть ваш флот бомбардирует Россем, Первый Гражданин, если вам так хочется. Пусть уничтожает все, что только возможно. В самом лучшем случае им удастся убить Чаниса и меня… а ваше положение от этого не улучшится ни на йоту.

Потому что экспедиция Второго Основания на Россем, которая прилетела три года назад и работала под видом Старшин этой деревни, отправляется теперь на Калган. Они, конечно, не попадутся на глаза вашему флоту, они прибудут на Калган по крайней мере за день до того, как вы успеете туда примчаться. Поэтому я так спокойно и говорю вам об этом. И если я не отменю своих приказов, то вы вернетесь к восставшим Объединенным Мирам. Верными вам останутся лишь экипажи ваших звездолетов, но они будут в безнадежном меньшинстве. И более того: люди со Второго Основания будут с тем флотом звездолетов, который остался там, и они проследят за тем, чтобы вы никого больше не обратили. С вашей Империей покончено, мутант.

Мул медленно набычился, и мозг его был переполнен злобой и отчаянием.

— Да. Слишком поздно… Слишком поздно… Теперь я понимаю…

— Теперь вы понимаете, — согласился Первый Оратор. — …А теперь уже нет.

И в тот единственный момент, когда отчаявшийся разум Мула открылся, Первый Оратор, давно готовый к этому, быстро проник в его мозг. Ему потребовалось всего доля секунды, чтобы совершить изменение.

Затем Мул поднял голову и сказал:

— Значит, мне нужно вернуться на Калган?

— Конечно. Как вы себя чувствуете?

— Прекрасно. — Он нахмурился. — А кто вы такой?

— Разве это имеет значение?

— Конечно, нет. — Он пожал плечами и дотронулся до руки Притчера. — Проснитесь, Притчер, мы летим домой.

Прошло два часа, прежде чем Бил Чанис почувствовал в себе достаточно сил и смог идти самостоятельно.

— И он никогда не вспомнит? — спросил он.

— Никогда. У него остались ментальные силы и его Империя, но помыслы абсолютно переменились. Ему теперь безразлично Второе Основание, он стал мирным человеком. А следовательно, и куда более счастливым… на те несколько лет жизни, которые ему остались. А затем, после его смерти, План Селдона будет продолжаться — как-нибудь.