— За все, — я улыбнулась магу, помахала на прощание и направилась к девочкам.
И вдруг меня что-то остановило. Не могу понять, что именно, это не было магическим влиянием, и все же…
— Голова закружилась? — Аниас мгновенно оказался рядом. — Ярослава, что?
А у меня перед глазами все замелькало: образы, мысли, слова, обрывки фраз… что-то непонятное… а потом этот образ начал наполняться силой, расти и…
— Аниас, — я сжала его руку, — ты сегодня после заката хотел в город пойти?
Маг, запинаясь, ответил:
— Д-д-да…
— Не ходи, смерть за тобой по пятам следует!
И, оттолкнув его руки, я быстро ушла.
* * *
К девочкам я почти добежала, на траву практически грохнулась и в ответ на удивленные взгляды испуганно простонала:
— Что-то плохое… Что-то очень, очень плохое!
— Мы все умрем? — спросила Любава.
На нее зашикали со всех сторон, а я сказала:
— Да… но маги погибнут первые…
Ужас в глазах ведьмочек сменился скепсисом, и Рогнеда ехидно так возразила:
— Яр, вот не надо тут заливать, предсказание мы все сдавали, и все в курсе, как именно…
— Да, но… но…
— Но ты достал, вомпер! — Бажена подскочила, глядя на «вомпера» за моей спиной.
— Ирод проклятущий! — заголосила Любава.
Я даже оборачиваться не хотела. А этот самый темноволосый маг присел на корточки рядом со мной и проникновенно спросил:
— Ярослава, а цветы откуда?
И я все же посмотрела на Инара, но вместе с тем отлично видела, как в дверях показался тот самый заклинатель, который отныне подчинялся Бажене. Он вышел на задний двор академии, где адепты коротали недолгий послеобеденный перерыв между занятиями. Это явление преподавателя в фиолетовом пришлось кстати.
— Инар, — на мага, однако, я старалась больше не смотреть, — по-хорошему прошу, уйди!
— По-хорошему ты не хочешь, ведьмочка, — его пальцы осторожно прикоснулись к моей щеке, — нам бы поговорить, Ярослава… глядишь, и я слова скажу заветные.
В голосе мага отчетливо прозвучала угроза. А нам, ведьмам, угрожать нельзя — мы злые становимся!
Я взглянула на Рогнеду, та дала команду:
— Баж, действуй! — И мне: — Амулет!
В следующую секунду на весь двор раздалось истошное:
— Помогитя-а!!! Убивають!
Кричала Бажена знатно, тем временем я молча рванула ворот платья, Варвара расцарапала себе ладонь, а Людмила прикусила губу, и струйка крови потекла по лицу.
Спустя час мы излагали свою версию событий в кабинете ректора:
1. Сидим, никого не трогаем.
2. Говорим о занятиях, природой любуемся.
3. Подбегает злой маг, срывает с меня амулет — демонстрация изломанного амулетика на моей дрожащей ладошке вкупе с дрожащим от едва сдерживаемых слез подбородком, и пытается отнять энергию!
4. Мужественно бросившейся на мою защиту Варваре досталось, Любаве вообще кулаком по лицу заехали.
5. В этот эпический момент появляется профессор Антей и спасает тринадцать испуганных, обделенных магией ведьмочек.
6. Все рыдают.
7. Пришли искать справедливости у самого великого, могущественного, знаменитейшего ректора Ваэдана Шмидковича!
8. Вот какие мы хорошие, а он злодеюка!
Сам коварный злодеюка, он же вомпер, он же хам, он же покуситель на мою энергию и ломатель моего амулетика, стоял и, банально приоткрыв рот, хлопал ресницами, изумляясь нашему единодушию в момент дачи показаний. В какой-то момент Инар, судя по выражению лица, и сам поверил в нами поведанное.
Но собрался, прокашлялся и решительно выдвинул свою версию случившегося:
1. Сидим мы и никого не трогаем… теоретически. Но утверждать он не берется, ибо мы ведьмы, а от ведьм хорошего ждать не приходится.
— Не ведьмы, а ведьмочки, — парировала Милолика.
— Молчать, я рассказываю! — заявил маг.
2. Подходит он и никого не трогает.
— Меня по щеке кто гладил? Ветерок? — меланхолично спрашиваю я.
— Дайте договорить! — разозлился Инар.
— Хоть бы врать научился, — глядя в потолок, сказала Рогнеда.
— Достаточно! — рявкнул ректор и вежливо обратился к преподавателю: — Профессор Антей, что там в действительности произошло?
— Адепт Арканэ, видимо, не мог смириться с тем, что амулет так подействовал. Адепт, как мы с вами знаем, достаточно самолюбив и предпочитает абсолютно все доводить до победного конца. Нам следовало предположить подобное развитие событий.
Мы с ведьмочками изображали обиженных и оскорбленных. Бажена так вообще рыдала, и это подействовало:
— Я предлагаю отстранить адепта Арканэ от занятий на две недели, — уверенно произнес профессор Антей.
Да, строго у них тут, но, как оказалось, у ректора иной взгляд на происходящее:
— Адептка Ярослава, как вы можете охарактеризовать ваши взаимоотношения с адептом Арканэ?
У меня было такое ощущение, что Ваэдан Шмидкович попросту издевается! И вместо того чтобы запретить магу вообще ко мне приближаться, чего мы, собственно, и добивались, ректор решил начать со странных вопросов.
— Что вы хотите от меня услышать? — удивленно спросила я. — Я не чувствую себя в безопасности рядом с данным адептом — это факт.
— Я хочу понять, что из сказанного вашими подругами правда и насколько изложенная версия соответствует правде? — И в меня понеслось мощное заклинание, пресекающее любую ложь.
Ну да, глупец никак не может занимать подобный пост, а мы такую важную деталь несколько проигнорировали. Но и на ведьму магией повлиять сложно.
— Я… терпимо отношусь к адепту Арканэ, — отвечать приходилось искренне, не допуская даже намека на ложь. — Но меня пугает тот факт, что адепт Арканэ считает себя вправе допускать вольности по отношению ко мне. Я считаю, что ваша задача как руководителя ограждать адепток от излишне настойчивых адептов… К тому же я его боюсь! — и это тоже было правдой.
У ректора примечательный кабинет — здесь всегда сумрачно, даже в солнечный полдень… а сейчас словно еще темнее стало.
— Хорошо, — задумчиво проговорил Ваэдан Шмидкович. — Адепт Арканэ, с какой целью вы подошли к адептке Ярославе?
И заклинание еще более мощное окутало Инара. Маг побледнел, попытался отбросить, даже выставил щиты, но тщетно… Ректор действительно оказался очень силен, слаб он был только перед явлением практически обнаженной Бажены.
— Я жду ответ! — напомнил Ваэдан Шмидкович, и темноволосого окутало еще тремя заклинаниями…
— Наложение чар первородных… — нехотя, с большим трудом и едва слышно ответил Инар.
У меня сердце замерло! Так вот о чем мы так побеседовать хотели! Ах ты… ты… И слова сорвались с губ:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
