— Если еще раз… хоть раз подойдешь ко мне, клянусь Ветрами Великой Матери, я…
— Хватит! — оборвал меня ректор. — Не стоит говорить слов столь могущественной клятвы в столь нервозном состоянии. Адептки, вы свободны. Адепт Арканэ, ваши успехи радовали на протяжении многих лет, но подобного я даже не ожидал от вас!
И все же почему-то мне казалось, что маг солгал. При всем своем далеко не положительном отношении к Инару Арканэ я и поверить не могла, что он способен на такую гадость, как наложение чар подобного уровня. Потому что магия первородных… она действует даже на ведьм.
Выходя из ректорского кабинета, я несколько раз оборачивалась, чтоб взглянуть на внешне невозмутимого мага. Ну неужели можно быть настолько беспринципной сволочью?
Профессор Антей закрыл двери, отрезая нас от происходящего. Мы с девочками остались стоять в мрачном переходе, между собственно кабинетом и лестничными пролетами.
— Я хочу чаю, — сказала Рогнеда.
— Я боюсь магов, — прошептала Бажена.
— У них хоть какие-то моральные принципы есть? — потрясенно проговорила Варвара.
— Мы умрем, — высказалась Любава, — но хочется верить, что они все сдохнут раньше.
— Так, всем пить чай, — тихоня Видана решила взять бразды правления в свои руки.
— Чай так чай, — согласилась с ней Милолика.
Я хотела сказать, что чай сейчас в самый раз будет, но почему-то сказать не смогла. В следующее мгновение с нарастающим ужасом смотрела, как все ведьмочки, и я в их числе, торопливо удаляются в сторону лестниц!
— Да, — прошептали у моего уха, — у тебя притягательная походка… С другой стороны, меня в тебе все притягивает…
И никаких больше стен. Он поднял меня и понес куда-то наверх. А я пыталась пошевелиться, пыталась снять эти чары, которым не находила определения. В какой-то момент мелькнула мысль, что меня парализовало просто от страха. Но и успокоиться в этой ситуации не получалось.
— А вы знатно действуете, — неся меня вверх по лестнице, произнес Инар. — И слаженно так. Это единомыслие у вас формируется, когда вы ведьмин круг создаете?
— Ты… ты… — я вдруг поняла, что могу шептать. Едва слышно, но маг расслышал и остановился, ожидая продолжения, — ты… у ректора… ты…
Инар растянул губы в насмешливой полуулыбке и даже ответил:
— Нет, Ярослава, там не я, там иллюзия. Но качественная! Как и та, что сейчас пьет чай, и твои подруги очень нескоро смогут распознать обман.
В ужасе я смотрела на мага, который возобновил свое неумолимое движение вверх, и не могла даже пошевелиться или закричать. Как в кошмарном сне… как в самом кошмарном из снов!
— Я же сказал, что ты моя, ведьмочка, — Инар как-то невесело усмехнулся. — Сказал. Стоило прислушаться к этому…
— Я и так услышала больше, чем хотела бы… — все так же едва слышно прошептала я.
Но маг, не отвечая, продолжал неторопливо и неотвратимо нести меня по лестнице… Если бы можно было, если бы только можно было дотянуться до медальона! Только бы… дотянуться…
Инар добрался до конца лестницы и двери в стене. Открыл дверь ударом ноги и вошел в просторное помещение под самой крышей.
Здесь было светло, наверху под балками порхали и ворковали голуби, в круглое окно были видны крыши далеких домов столицы… Но он понес меня дальше, туда, где сгущался сумрак, и казалось, кроме стены, ничего больше нет…
Так только казалось. Едва маг подошел, старая, покрытая пылью кладка бесшумно расступилась, образуя проход. Она сомкнулась за нами, едва Инар вошел, и даже я, ведьма, не смогла бы заметить, что это не просто кирпичная стена.
— И мы пришли, — загадочно прошептал Инар и, пройдя вперед, уложил меня на постель. — А это лишнее, — он снял выданный ректором амулет, — и это… и вот это тоже.
Меня оставили без всех амулетов, включая…
— Да-да, — проникновенно прошептал маг, развязывая и снимая с меня передник, — про это я тоже знаю, — и он извлек кристалл поиска, о котором никто, кроме ведьм, вообще знать не должен!
Инар отшвырнул передник на пол, а кристалл сжал рукой… Меж его пальцев просыпался сверкающий порошок… Не таким уж крепким оказался этот камень, и совсем неслабым маг.
— Как? — испуганно прошептала я.
— Мало ли ведьм становилось на моем пути, — Инар улыбнулся. — У всех свои слабости, Ярослава. Тут главное — изучить противника. Знаешь, что могущественнее магии, ведьмочка? Информация, и только информация! И теперь на тебе ничего нет! Только чистая, открытая, не защищенная ничем ты.
Он склонил голову набок, пристально разглядывая все еще обездвиженную меня, и с нескрываемым восторгом произнес:
— Ну здравствуй, ведьмочка! — Улыбнулся и протяжно добавил: — Моя ве-е-едьмочка…
Мне все еще казалось, что это какой-то кошмарный сон. Один сплошной кошмарный сон, и я сейчас проснусь. Но я не просыпалась, где-то за стеной все так же ворковали голуби, далеко слышен был звон колокола, а маг начал раздеваться.
— Ты… ты… — я с трудом пыталась говорить, — ты…
— Ну-ну, — он снял черную рубашку, небрежно бросил на спинку стоящего у окна стула. — Так что там я?
— Ты… — Я вдохнула поглубже и выговорила: — Ты не можешь причинить мне вред!
Инар тихо рассмеялся, и ремень упал поверх рубашки.
— Вред? Я и не причиню тебе вреда, Ярослава. — Он подошел, остановился надо мной и начал осторожно снимать мои туфельки. — Никакого вреда, ведьмочка. Я даже энергией твоей не воспользуюсь.
Я отчаянно рванулась, пытаясь снять это оцепенение, но даже это не помогло. Ничего не помогало! А Инар, сев на постель, начал медленно целовать мою ногу, от пальчиков и выше. Медленно, осторожно, завораживающе…
— У тебя уже дыхание изменилось, — заметил маг, — даже от такой простой ласки ты просто таешь, Ярослава… Если тебя зовут Ярослава… а что-то мне подсказывает, что это не так…
Он потянулся, лег на бок рядом со мной. И теперь одной рукой подпирал голову, а вторая начала медленно расстегивать пуговички на платье.
— Так как же нас зовут, ведьмочка? — лениво вопросил Инар. — Ну же?
Пуговки закончились, а терпения у мага еще было в избытке. И неторопливо, пристально глядя в мои глаза, он преодолел преграду из кружевной сорочки и коснулся моей груди.
— Я же все равно узнаю, Ярослава, — его шепот словно убаюкивал. — И удовольствие получу, и информацию. И сейчас я предлагаю тебе расстаться с чем-то одним. А выбор невелик, ведьмочка, информация или невинность…
Мне казалось, что постель сейчас напоминает качели, и я взмываю вверх, чтобы затем мучительно сорваться вниз, а глаза Инара все больше завораживают, и качели словно раскачиваются сильнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
