Миссис Уодбридж снова заколебалась, и он почувствовал, что она тяготится их присутствием и ей очень хочется, чтобы гости поскорее уехали.
Из духа противоречия Джастин решил не торопиться.
— Мы не сможем пройти внутрь, так как им не пользуются и он стоит закрытым, — ответила хозяйка, — но снаружи вы, конечно, можете его осмотреть.
Она провела их к двери кабинета, которая как раз выходила на заднюю сторону дома.
Осматривая огромный амбар, Джастин отметил, что он очень стар. Кирпичи, использованные для постройки, были маленькие и узкие, характерные для елизаветинского или даже более раннего периода.
Затем маркиз перенес свое внимание на другие предметы.
Он заметил на другой стороне заднего двора белые камни, похожие на те, которыми были обложены клумбы и дорожки сада, но здесь с их помощью были изображены морские символы.
Среди них был якорь в натуральную величину, сверкающий белизной, государственный флаг «Юнион Джек», полосы на котором делали его не таким эффектным, как якорь, и еще более грандиозное сооружение — изображение парусника.
— Я вижу, у вас сохранились морские вкусы, миссис Уодбридж, — сказал Джастин.
— Все это сделали много лет назад мой брат и его друзья, когда они были дома в отпуске.
Сказав это, она повернулась и направилась к дому, но Энтони удивленно воскликнул:
— Смотрите! Что это?
Он указал на большое лаймовое дерево, которое росло в углу двора.
Маркиз посмотрел туда и, к своему удивлению, заметил в листве что-то яркое, похожее на крупные цветы.
Он не сразу сообразил, что это может быть, но затем сказал:
— Неужели это попугай?
— Да, это длиннохвостый попугай, — подтвердила миссис Уодбридж.
— И даже не один, — сказал Энтони. — Они у вас ручные?
Видимо, хозяйке доставило удовольствие удивление гостей. Она подошла к дереву и издала несколько низких звуков, очень похожих на крики попугаев.
Затем миссис Уодбридж развела руки в стороны, и с дерева слетело несколько ярких птичек с желтыми и зелеными хохолками. Они сели на руки и плечи своей хозяйки. Создавалось впечатление, что женщина набросила накидку, отсвечивающую всеми цветами радуги. Зрелище было совершенно необычным и привлекательным.
Два попугая сидели на ладонях, четыре — на руках и один — на плече миссис Уодбридж, а остальные кружили над ее головой.
Друзья смотрели на эту прелестную картину, как зачарованные, пока она не стряхнула с себя птичек со словами:
— Еще слишком рано, я покормлю вас позже. Вы должны подождать.
Попугаи взлетели обратно на дерево, и маркиз восхищенно сказал:
— Если бы я не видел это собственными глазами, я бы никогда не поверил!
— Я тоже, — согласился Энтони. — Они, наверное, живут у вас уже давно, раз вы приучили их прилетать на ваш зов.
— Мне кажется, они чувствуют, что я люблю их, — просто сказала миссис Уодбридж.
Она поспешно направилась к дому и, проведя гостей в холл, определенно ожидала, что друзья станут прощаться.
— Я с нетерпением буду ожидать завтрашнего вечера, — галантно сказал маркиз. — Я чрезвычайно рад был узнать, миссис Уодбридж, что вас не побеспокоили разбойники. В то же время я позволю себе дать вам совет: держите окна и двери закрытыми.
— Я так и сделаю, — пообещала хозяйка дома.
Она прошла к двери и вежливо подождала, пока друзья устроились в седлах.
Когда они проезжали по саду, маркиз снова залюбовался прекрасными клумбами.
«Чтобы содержать их в таком идеальном состоянии, нужно приложить немало труда», — подумал он.
Неожиданно Джастин заметил между камнями странный предмет. Он не сразу сообразил, что же это такое, а затем понял, что это деревянная нога — протез, какие делают для инвалидов, потерявших ногу.
Похоже было, что ее бросили на дорожке и забыли.
«Странно! — подумал маркиз. — Неужели калека потерял свой протез и теперь каким-то образом обходится без него?» Но Джастин ничего не сказал приятелю.
Когда друзья проехали через ворота, Энтони воскликнул:
— Подумать только, Джастин! Кто бы мог подумать, что в глуши Суссекса можно встретить такое обворожительное существо! Я ни у кого не видел таких глаз! Не понимаю, почему ты не пригласил ее на обед сегодня и почему нужно ждать встречи еще целые сутки!
— Ради бога, Энтони! Ты же слышал: она замужем. Ты только что избавился от проблем с Люси Бичестер. Не можешь же ты совершать одинаковые глупости одну за другой без всякого перерыва!
Он говорил так решительно, что Энтони удивился.
— Что с тобой, Джастин? Раньше ты никогда не стремился испортить игру! Нам с тобой здесь совершенно нечем заняться, если не считать размышлений о разбойниках, которых мы, скорее всего, не поймаем. И вот мы видим прекраснейшую женщину, из тех, которых можно встретить один раз в жизни, и ты не даешь мне приударить за ней из-за такой мелочи, как ее муж.
Маркиз не отвечал, и Энтони продолжил:
— Я не понимаю, что с тобой! Прежде тебя никогда не волновали мужья, кроме тех случаев, когда они направляли на тебя пистолет.
Джастин продолжал хранить молчание, только пришпорил лошадь, и Энтони не без труда догнал его.
Когда приятели подъезжали к Хертклифу, маркиз спросил:
— Ты заметил, какой там милый и уютный сад?
— Конечно, заметил! — ответил Энтони. — Я даже подумал, что только моряк, приученный к аккуратности и дисциплине, может поддерживать такой идеальный порядок.
— Именно так! — согласился с другом Джастин. — Однако единственный моряк, которого мы видели, — это тот, что принимал лошадей. Тебе не показалось, что он ожидал нас, когда мы прибыли? Дверь тут же открылась, как только мы постучали в нее.
Энтони с недоумением посмотрел на приятеля:
— Что ты имеешь в виду?
— Все это кажется мне очень странным, — задумчиво сказал маркиз. — Я совершенно убежден, что миссис Уодбридж заранее знала о нашем прибытии.
— Но как же она могла узнать об этом? — спросил Энтони.
Джастин неожиданно вспомнил мужчину, которого он видел скачущим в направлении от дома Уодбриджей, когда они подъезжали.
Он попытался яснее припомнить, как выглядел этот всадник. По одежде можно было сделать вывод, что это не джентльмен. Значит, это был либо грум, либо слуга. Но у кого еще могли быть в округе такие хорошие лошади, как не у самого маркиза?
— О чем ты думаешь? — с интересом спросил Энтони, заинтригованный ходом мыслей своего приятеля.
— Не уверен, что смогу объяснить это словами, — ответил Джастин, — но я все больше и больше убеждаюсь, что вокруг нас происходит что-то странное, чему я не могу отыскать объяснение.
— Ты совершенно прав! — согласился Энтони, воображением которого целиком завладела прекрасная хозяйка дома. — Это необычайно странно — встретить в старой Англии потрясающе красивую женщину под лаймовым деревом, созывающую длиннохвостых попугаев, которые послушно садятся ей на руки.
