и взахлеб. Мой реквием по мечте о любви. И случилось то, чего так боялась — похоже, я уже влюбилась в того, кому совсем не нужна. В того, кто меня не ценит и никогда не полюбит в ответ.
Глава 8
Когда я встала утром, то в зеркале меня встретило отражение хмурой девушки, которая, казалось, не спала много ночей. Глаза опухли и нос почему-то тоже. «М-да. Я не могу так выглядеть пред студентами. И... Перед ректором тоже». Никогда он больше не увидит моих эмоций, и это правильно. Я всегда считала, что любовь в учебе помеха. А мне надо продолжать изучать предмет, который я выбрала, и углублять свои знания. Да и с ректором будет лучше в дальнейшем выстраивать сугубо деловые отношения.
Так-то я его понимаю, он же мужчина. Невесты нет, жены тоже, а тут под боком целыми днями виляет задом такая красотка, готовая на все. Да какой бы мужик устоял? Нет, я не должна все же его оправдывать… Но опять же, Девид разве мне что-то обещал? «Да мы даже и не пара, — тяжко вздохнула я и из глаз опять скатилась слезинка. — Нет, так не пойдет, Анита! Соберись, ректор не заслуживает твоих слез».
Сделала на пару минут чудодейственные примочки для глаз, чтобы убрать припухлость и красноту — такие удивительные вещи изготовляют ведьмочки и продают в своих лавках. Там же они гадают, наводят порчу и проклятия. В общем все, что могут, а мы потом расхлебываем их сумасбродство. Но надо отдать должное, крема от морщин и зелья красоты были у них отменные.
Краснота чуть-чуть осталась, как будто небольшая аллергия, но она совсем не говорила о моих многочасовых рыданиях. И я, с гордо поднятой головой, направилась в деканат — отпрашивать студентов в музей.
***
Работа меня отвлекала, и поход очень даже помог на время не думать о моем разбитом сердце и крушении всех надежд. Да, такое вот девичье сердце. Сразу же мечтает о будущем с понравившемся ему мужчиной и представляет с ним уютную жизнь полную любви и нежности. Слишком уж мы эмоциональные и сентиментальные создания, и мечтательницы тоже.
Недалеко от центра города находился музей истории магии, туда мы дошли пешком от академии. Перед нами предстало трехэтажное здание из серого гранита с узкими окнами, чтобы на древние экспонаты попадало как можно меньше яркого света. И, дав последние наставления своим студентам, чтобы мои подопечные не шумели и вели себя подобающе, я завела их внутрь. Нам продали билетики: для студентов по сниженной стоимости, а мне, как руководителю группы, полагался проход бесплатно. От экскурсовода я отказалась, так как прекрасно знала все экспонаты и могла дать объяснение по каждому из них.
В первом же зале мы увидели очень интересные руны, начертанные на глиняных, металлических и костяных табличках.
— Магистр Эванс, а расскажите нам о них.
— Тут есть руны, которые мы еще не изучали? — раздались любопытные голоса студентов.
Как же хорошо, когда учащиеся интересуются, а не просто молча разглядывают, и тогда не поймешь, интересно им или нет.
— Считается, что около трех тысяч лет назад, — начала я свой рассказ, — к нам на Элею древние и могучие боги с Чертог Тэнебы отправили знаки. И это были таблицы с начертанными первыми изначальными рунами. Их сначала нашли простые люди и, ничего не поняв, отнесли к магам. И тогда в процессе изучения странной находки они перенесли их на пергамент и случайно вложили в них собственную энергию и внутреннее силы. А потом увидели, как руны вспыхнули и погасли. И тогда они поняли, что активировали их.
Понадобилось много времени, чтобы понять, что обозначают эти знаки. Само слово «руны» переводится как сакральная тайна или шепот Богов. Маги-исследователи пробовали вливать в них разную силу и, наконец, их классифицировали. С тех пор существуют разные комбинации или одиночное применение тех или иных рун. Но до сих пор есть загадки, которые уже много тысяч лет, со времен подарка Богов в виде рун, так и не были разгаданы магами.
Студенты раскрыли рты и завороженно меня слушали.
— А что это за руны, которые не смогли прочесть? — тихо спросила Лилиан Фабер.
— Они находятся в королевских хранилищах и работы по их расшифровке до сих пор ведутся. Ну а вам повезло, вы выучите все основы и будет работать с теми известными фактами, что выявлены сотни и сотни лет назад, — улыбнулась студентам под конец речи.
— А нам нравится та профессия, что мы выбрали, — высказался высокий и симпатичный брюнет Теор Кандовски.
— Я очень рада, что вы не разочаровались в своем выборе. И, надеюсь, будете хорошими специалистами и профессионалами в своем деле. Только для этого нужно, что?
— Хорошо учиться! — выпалила белокурая девушка, немного пухлая и с удивительно зелеными глазами.
— И еще бы удачно жениться, — хмыкнул рыжий и вихрастый студент, который подарил мне те злополучные цветы, вызвавшие раздражение у ректора Сандерса.
— Ну это никак не повлияет на вашу карьеру и умения, — с усмешкой ответила парню.
— Но, в случае удачной женитьбы или замужества, можно много не работать, а иметь лавку по изготовлению магических амулетов и помощников, которые будут выполнять всю работу за тебя, — опять выразил свое мнение слишком уж самоуверенный студент.
— Ну что я вам могу ответить? Попробуйте и такой вариант, но получить профессию очень важно. Так что диплом у вас должен быть в любом случае, а там уже как ваша жизнь повернется.
— Давайте пойдем посмотрим, что еще здесь есть! — уже притоптывая от нетерпения и глядя по сторонам, произнесла Марианна Толбот.
— Пойдемте, ребята, — согласилась я.
Ух, чего тут только не было! Музей истории магии в Адовере ничем не уступал столичному. Здесь даже были редкие экземпляры, которых не было у нас — в Одрене.
Мы уставились на укрытый магическим прозрачным коконом черный вихрь чуть выше человеческого роста. Завихрения меняли форму и, казалось, что если только протянуть к нему руку, он поглотит тебя навсегда.
— О-о-о! — раздались восторженные возгласы.
— Вот бы в такой войти!
— Я бы вам очень не советовала этого делать. Конструкция Макивени до сих пор не изучена, и есть только предположения на основе магических и математических расчетов, что она является проводником в другие миры — параллельные. Но когда
