чужой муж. И взгляд на часы – время пролетело незаметно, почти два часа ночи!
– Нам обоим завтра на работу. Тебе пора, – нервно облизываю губы. Начинаю убирать со стола.
– Ты права. Я поеду.
– Хорошо.
– Мы можем провести выходные вместе? – спрашивает Таир, когда провожаю его к двери.
– Что ты имеешь ввиду?
– Мы можем поехать в мой дом. Там много места.
– Тебе не нравится моя квартира?
– Она очень уютная и хорошая, но я хочу, чтобы сын посмотрел, как я живу.
– Он слишком маленький, ему не нужны большие пространства. Мы можем погулять где-нибудь в парке, – предлагаю компромисс. – Здесь есть неподалёку очень красивое место.
– Хорошо, я согласен. Ещё нам нужно будет обсудить моих родственников. Я не стал поднимать эту тему, и все же, не могу не сказать, что не собираюсь скрывать от них, что стал отцом.
– Я понимаю тебя, но ты же знаешь, как они отреагируют, да? Ты уже приводил им дочь, и они были счастливы.
– Да, я разбил их сердца ложью, и тебя впутал.
– Твоя семья наверняка захочет тест ДНК. Заранее хочу тебе сказать, что я не против. Мне нечего скрывать, не в чем сомневаться. На тот момент ты был моим единственным мужчиной. Но я понимаю, что у твоей семьи есть причины не доверять мне.
– Я не хочу этого теста, – удивляет меня ответом Таир.
Его слова удивляют меня. С чего такое доверие? Это странно.
– Это очень благородно с твоей стороны, но я уверена, что твоя семья будет иметь другое мнение.
– Когда ты сможешь встретиться с ними? Показать им Матвея?
– Пожалуйста, пойми, все слишком быстро. Мне нужно время. Ты в своем праве рассказать им, но я бы это предпочла это сделать только после официального заключения генетической экспертизы.
– Я разберусь с этим сам, – мрачнеет Байратов.
– Пойми, для меня так будет лучше. Иначе не избежать сомнений, и нельзя винить их в этом. Мне будет сложнее общаться. Выслушивать оскорбления и унижения я не стану. Ты можешь общаться с Матвеем, но он пока слишком мал, чтобы понимать нашу сложную ситуацию. И я не представляю, как на все это отреагирует твоя жена, – добавляю и замолкаю в тревоге.
Вот я и спросила о Дине. Весь вечер думала о том, как затронуть эту тему. Но боялась выдать себя. Переживала, что Таир поймёт – мои чувства к нему до сих пор не остыли и я вспоминаю его предательство очень болезненно.
Байратов хмурится, словно с трудом вспоминает, что у него есть жена.
– Ты должен учесть все факторы, сделать так, чтобы всем нам было комфортно в этой ситуации.
– Что ты хочешь сказать, Марина? Ты мне угрожаешь?
– Нет конечно. Мне ни к чему это делать. Я просто предупреждаю, что сделаю все возможное, чтобы сохранить атмосферу спокойствия и уюта в своем маленьком мирке.
– Не волнуйся. Дина тебя не побеспокоит.
Бросив эти слова Байратов наконец покидает мою квартиру. Я еще несколько минут стою в коридоре, в полной растерянности. Слишком все сложно. Как мы справимся? Мне страшно…
Несколько дней спустя
Таир
Визит к Марине, знакомство с Матвеем, было сам непростым, и в тоже время самым счастливым событием в моей жизни. Кто бы мог подумать, что меня охватят такая эйфория и радость от известия, что у меня есть сын. Я бы и сам такому не поверил.
Когда позвонила Карина, дико разозлился, первые несколько звонков велел секретарю слать ее куда подальше. Но эта стерва была настойчивой. Уверяла, что у нее архиважная информация для меня. Решил встретиться и окончательно поставить на место. Видимо недостаточно сурово обошелся с ней в прошлый раз. В конце концов, за ее махинации можно было и посадить. А я смилостивился, всего-то лишил работы и статуса, сделал уборщицей. Впрочем, Карина и сама приложила руку к своей деградации, пить начала.
Мог ли я верить такому человеку? Нет конечно.
Но она ничего не утверждала, лишь сообщала факты. Стоило нажать несколько кнопок, как я узнал, что у Марины действительно есть сын. По возрасту он вполне может быть моим. Как я мог не знать этого?
Легко. Все это время я старался избегать информации, касающиеся Марины. Раз уж она предпочла мне другого, к чему следить за её жизнью? Поэтому и не был в курсе. Да, я мог нанять частного сыщика, он вытащил бы всю ее подноготную. Но в тот момент меньше всего на свете я хотел знать как Марина живет с Шефером.
Даже представить не мог, что расплата будет такой жестокой!
Моему сыну уже полтора года, а я даже ни разу не взял его на руки.
Стоит подумать об этом, начинаю закипать от гнева.
Сейчас куда важнее будущее. Наладить отношения. Научиться быть отцом. Это то, на чем я планирую сконцентрироваться.
Встреча, которую я назначил в безапелляционный манере, прошла неплохо. Я был готов к тому, что Марина не откроет дверь, или на порог не пустит. Осыплет обвинениями.
Вместо этого она повела себя очень благородно. Позволила побыть рядом с малышом, рассмотреть его. Много рассказала о нем, с такой гордостью и любовью. А я все думал, что совсем ничего не знаю о детях. Как вести себя, как его коснуться? И в то же время, внутри росло странное, очень глубокое чувство всеобъемлющей любви.
Страшно захотелось забрать их с собой, в свой дом. Я купил его спонтанно, потому что вскоре после регистрации брака понял, что не могу находиться с Диной на одной территории. Это был не настоящий брак, меня вынудили. Родители Дины страшно переживали за ее душевное состояние. Она стала одержимой идеей выйти за меня замуж. Тогда я не был в курсе ее психических проблем. Вела она себя достойно. Держалась на расстоянии, но всегда была готова оказаться рядом, неважно в каком качестве. Друга или любовницы.
Мне тогда было все равно, слово брак потеряло всякий смысл. Давило чувство вины перед родителями, которые тяжело
