и амбициозный.
– Где купила?
– В подземном переходе. Угадаешь, за сколько?
– Вот жидовская морда, за копейки, очевидно?
– Чья бы индейская морда говорила.
Денис нагло усмехнулся и достал из рюкзака свой маленький скетчбук, который он всюду носит с собой, чтобы в ответ похвастаться новыми эскизами. Бегло рассматривая рисунки, Фаина пыталась понять, под дозой сейчас ее приятель или нет. Сложно сказать наверняка, ведь манера общения и интонации у Дениса сами по себе странные. Но все же вроде чистый. Зачем употреблять, если и так идешь выпить?
– Мне нравятся все, – Фаина с восхищением захлопнула небольшую книжицу в мягкой карамельной обложке. – Ты не мог бы подарить мне один из них?
– Какой ты хочешь?
– С хамелеоном.
– Без вопросов.
– И тебе не жалко?
– Почему мне должно быть для тебя что-то жалко?
– Ну, если бы я умела рисовать, я бы не смогла отдать кому-то свой рисунок навсегда… Особенно удачный. А у тебя все удачные.
– Я это создал, мы оба об этом знаем. Остальное неважно. Вот, держи. Я нарисую еще десяток таких.
– Когда-нибудь я накоплю деньги и сделаю себе татуировку по твоему эскизу.
– Не раньше, чем я сам открою тату-студию. Кстати, я принес кое-что еще.
Денис пошарил по карманам, извлек цветную упаковку, встряхнул ею в воздухе и торжественно предложил сварить глинтвейна. Фаина пришла в восторг от этой идеи, до которой сама почему-то не додумалась. Они взяли с собою вино, специи, ноутбук и отправились на кухню. Пока Фаина искала подходящую по объему кастрюлю, Денис озвучивал инструкцию по приготовлению, в своей манере затейливо переделывая обороты речи, которые ему не нравились, потому что казались слишком топорными и официальными для краткого совета, как варить глинтвейн.
– Вроде бы ничего сложного. По счастью, я на днях покупала апельсины. Что-то должно остаться.
– Слушай, а на какой серии мы остановились в тот раз?
– Кажется… – Фаина задумалась, споласкивая кастрюльку, в которую, она надеялась, влезут два литра вина. – «Я уродлив и горжусь этим!»
– Воу, Фаина, полегче с самокритикой. Ты вполне симпатичная бледнолицая…
– Заткнись! Иначе я тебе твои стрелы знаешь, куда засуну?
– Сделаю вид, что не слышал этого. Та-ак. Значит, сейчас будет серия про Хэллоуин.
– Где Патрик сбрил Губке Бобу все тело, кроме глаз и мозга?
– Ага.
– Вот черт!
– Что?
– Штопор забыла. Сбегай в комнату, а?
Денис поставил на паузу и молча вышел. Он вернулся очень быстро и сообщил, что штопора на привычном месте не нашел. Фаина возразила, что этого не может быть, потому что буквально вчера она положила его туда, где он лежит всегда. Уж что-что, а такую важную вещь ей терять недосуг. Денис пожал плечами и предложил ей сходить проверить.
Уверенная в том, что это ошибка, девушка зашла в свою комнату и обомлела. Штопора действительно не было. Так. Вчера она пила тоник и положила его вон на ту полочку, справа от пачки риса. Штопор лежит на этом месте буквально с момента сотворения Вселенной. Либо он в руках Фаины, либо здесь. И это абсолютная константа земного мира, Авогадро нервно курит в стороне.
– Вот лажа.
Девушка топнула и задумалась. Наверняка кто-то зашел и позаимствовал его. На время или даже навсегда. Кто может просто так входить в ее комнату? Даша. Нет. Гена? Вероятно. Но он бы обязательно предупредил. Гена не имеет привычки брать без спроса.
Ладно, его могли просто украсть под шумок, это ведь общежитие. Другое дело, что лично у Фаины еще ничего не крали за все время проживания здесь. Но все когда-то бывает впервые.
Фаина проверила наличие более ценных вещей, чем исчезнувший штопор. Все оказалось на месте. Это исключало кражу. Значит, чья-то нелепая шутка? Или же она сходит с ума. Вздохнув, девушка отправилась в путешествие по этажу с целью найти хоть какой-нибудь штопор. Не хотелось расстраивать Дениса такими глупыми трудностями. В общаге все пьют, у кого-нибудь да найдется, чем открыть вино.
Фаина еще никогда так не ошибалась. Все будто сговорились между собою, чтобы не позволить ей сегодня выпить. Но ведь практически никто не знает о ее небольшой проблеме, чтобы подобное затеять.
Те, кто открывал ей дверь, либо сами вдруг не могли найти свой штопор, либо не имели его вообще. Фаина верила в совпадения, как и любой здравомыслящий человек, но то, что сейчас происходило, уже вызывало нервный смех. Разумеется, в финале своего странствия ей пришлось, сцепив зубы, постучаться в 405-ую. Иного выхода ей просто не оставили. Дверь открыл Ян. Он возвеличился в проеме в одних шортах, фамильярно раскинув по полу длинные жилистые ступни, формой напоминающие обрубленную с двух углов вытянутую трапецию. Весь его вид словно бросал кому-то вызов, особенно босые ноги.
– Привет, э…
Стоило Фаине в очередной раз увидеть соседа с обнаженным торсом, она с удивлением отмечала, что торс этот приобретает рельеф и объем, приятные ее глазу. Стараясь концентрироваться на лице Яна, Фаина прочистила горло.
– У меня тут штопор потерялся. У вас с Кириллом случайно не найдется?
Ян молча глядел на нее, будто ждал чего-то еще. Более существенного. Чего-то, что оправдывало бы ее наглость побеспокоить строптивого соседа своими мелочными, слишком человеческими просьбами.
– Произнеси хоть слово! – разозлилась Фаина. – Надоело в молчанку играть. Нет штопора – так и говори. Есть, но не хочешь давать – тоже скажи прямо, мне все равно на твое ко мне отношение. Только дай какой-нибудь уже ответ, я не собираюсь коротать вечность в твоей компании.
Ян издал свирепый смешок, закатил глаза и захлопнул дверь прямо у нее перед лицом, заставив отступить на шаг. Фаина сжала кулаки так, что ногти впивались в ладонь. Отыскать штопор стало делом принципа, хотя совершенно очевидно, что во всем корпусе его не будет ни у кого, даже у тех, кто всегда им пользуется. И чьи это проделки? Хотелось бы Фаине не знать ответа на этот вопрос.
Она шла на кухню, размышляя над тем, как ей не расстроить Дениса и не расстроиться самой, и тут ее окликнули. Фаина обернулась – ее догонял Кирилл.
– Вот, держи. Не обращай на него внимания, он сегодня какой-то нервный. Человек настроения… Ты ведь знаешь.
– Лучше бы не знала… Я у тебя в долгу.
Кирилл козырнул ей и пошел к себе. Фаина посмотрела ему вслед. Сейчас он выглядел оживленнее, чем обычно, но не стоит заострять на этом внимания. Главное, что Кирилл остался собой и не попал под пагубное влияние Яна. В том смысле, что он все еще считает себя смертным и хорошо относится к Фаине. Интересно, как им вместе живется? Нашли ли они общий язык? И возможно ли это – найти общий язык с таким, как Ян?
Входя на кухню, Фаина зычным голосом процитировала:
– Галочка, ты сейчас умрешь6…
И показала Денису заветную добычу. Тот захлопал в ладоши и
