Читаем без скачивания Тульский–Токарев. Том 2. Девяностые - Андрей Константинов

— Есть!

— Ну все — бывайте…

Токарев-младший положил трубку и передал распоряжение по назначению, но Артур лишь беззаботно рукой махнул. Артем подумал, что разбаловал приятеля — потому так рукой и машет, что считает, будто за него опять все сделают — и напишут, и оформят, как положено…

Тульский, между тем, сбросил ноги с дивана:

— Темка, хорош бумагу марать! И так уже все в ажуре. Может, приключений на жопу себе надыбаем? А? Или денег опять заработаем?..

Артур намекал на то, как они «подзаработали» с неделю назад — тогда они в субботний вечер промаялись, побродив вдоль Среднего и 7-й линии, и ничего путного не сыскали — так, видели, конечно, две-три парочки щипачей… Токарев предложил согреться чайком в «Сфинксе» — там «на воротах» стоял боксер Тасалаев, который знал их обоих, правда, с разных сторон. Увидев опера и боксера вместе, Тасалаев не удивился — он давно перестал чему-нибудь удивляться, особенно после того, как лицезрел гульбу начальника райотдела КГБ с продавщицей по прозвищу Капризуля из пирожковой на 6-й линии.

Тульскому Тасалаев отдавал несколько раз утерянные в ходе застолий удостоверения различных подразделений. За это Артур, когда «бэхи» поднимали вопрос о торговле швейцара «Сфинкса» водкой, всегда вставал на защиту: «Вам бы до столба докопаться! Не трогайте парня. У единственного — порядок! Маленьких в обиду не дает! Сколько ментов от неполного служебного спас!»

Так вот — в «Сфинксе», прямо в туалете, двое каких-то красавцев, один из которых был похож на татарина, — в два счета уделали мошенника и «каталу» по прозвищу Юннат за то, что тот обрызгал им туфли. Вырубив в два удара Юнната, они сдернули у него с шеи цепь. Артем в это время сидел в кабинке — у него пучило живот после пирожков, купленных у станции метро «Василеостровская». Тем не менее он сумел быстро выскочить, и они с Тульским лихо задержали парочку с цепью… Правда, Юннат пошел в отказку, опознавать красавцев отказался, заявив, что тер-пил ой с роду не был и быть не собирается… И про цепь сказал — что не его. А один из задержанных ее, вообще, пытался скинуть. И тоже отрекся от украшения.

Получалось, что преступления не было, а цепь — была, но никому не принадлежала… Артем и Артур прикинули примерный доход по весу вещицы и обомлели. Артем, например, решил купить себе видеодвойку. Минут через двадцать их серьезно огорчила Галя, работавшая в служебном буфете ресторана «Метрополь», которой они хотели скинуть цепь.

— Милые мои, это «рондоль», — Галя даже не стала брать их богатство в руки.

— Да брось! — растерялся Артур.

— Хоть брось, хоть подыми… Фуфло! Недавно в центре появилось. Уже десятка полтора поляков на этой теме погорело.

— Мы знаем! — кисло улыбнулся Артем, — Это мы тебя в шутку проверяли…

До ребят дошло, почему все так легко отказались от этой цепи. Раздавленные рухнувшими мечтами, они вернулись в «Сфинкс» и встретили там знакомого опера из центра, который показал им телетайпограмму с приметами двух разбойников, начудивших в Ярославле. Свой интерес опер замотивировал тем, что эта парочка всерьез обидела знакомого кооператора, который обещал «штуку» неофициальных премиальных за их поимку. Когда ребята прочитали телетайпограмму, им стало дурно, потому что речь в ней шла именно о той парочке, что так легко отказалась от фальшивой цепочки. Так что со «штукой» они также пролетели.

…Вспомнив, как они с Артуром, считай дважды пролетели мимо кассы, Артем ощутил здоровый кураж — он любил уличные приключения не меньше Тульского.

Артур посмотрел на приятеля и пропел:

— «Сгорели мы по недоразумению, он за растрату сел, а я за Ксению…» Токарев-младший подхватил:

— «Ну а начальству наплевать, за что и как, мы для начальства — те же самые зэка…»

Тульский подскочил к столу и начал нервно запихивать бумаги в сейф, но Артем отстранил его и сложил все аккуратно и даже любовно:

— Смотри, нужное КП — внизу, первое, на блокноте «НБ».

…Из отделения они выскочили, распевая хором:

— «Ну вот в бега решили мы — бежать нам хочется, не то все это очень плохо кончится…»

Солнце светило, девушки улыбались — хорошо было на улице. Приятели купили по сахарной трубочке, и, только поглощая мороженое, Артур счел возможным вернуться ко вчерашнему разговору с Варшавой:

— Тем, ты отцу новости про Невидимку рассказал?

Артем, сосредоточенно вылизывая рожок, кивнул.

— А он — что?

— Да ничего… Тему закусил, но… В общем, ничего конкретного не предложил… И примет маловато, и вообще — непонятно даже, в какой среде его искать…

Артур понимающе засопел и задал новый вопрос:

— А что ты там вчера говорил — насчет того, что хотя этот Фантом мир и ненавидит, но не только конфликтует с ним?

— А… — Токарев заглотнул остаток мороженого, вытер пальцы бумажкой и объяснил: — Понимаешь… Он ведь все свои фокусы выкручивает с четким просчетом того, как и на что люди будут реагировать. Он каждый раз на грани «фола», но все прокатывает, потому что все ведут себя именно так, как он и рассчитывает. Чтобы построить такие психологические модели одних теоретических знаний явно маловато. Понимаешь? Он должен хорошо знать жизнь — в разных ее проявлениях. Он должен уметь общаться в разных ситуациях. Значит, он не может только сидеть где-нибудь в своей норе и выползать лишь для совершения преступлений. Потому что в таком варианте он — как на необитаемом острове — вообще бы разучился разговаривать с людьми. А для него умение разговаривать и моделировать разные ситуации, угадывать реакции самых разных людей и подыгрывать им — залог успеха. Значит, он тренируется где-то в гуще жизни, активно наблюдает и изучает тот самый мир, который так ненавидит… И не только наблюдает. Знать и уметь — это разные веши… К тому же он должен где-то «набои» на свои темы срубать…

Тульский выслушал эти теоретические настроения Артема с совершенно «самоварной» мордой.

— Ну, и что это нам дает?

— Ничего, — вздохнул Токарев. — Но я и не говорил, что меня озарило. Эх, знать бы, где он жалом водит — там можно бьшо бы и, «охотничьи лежки» установить.

Тульский хмыкнул:

— Ладно, пошли в то место, где жизнь кипит во всех ее проявлениях, заодно и «артистов» одних погоняем.

— Это куда? — не въехал Артем. — Каких «артистов»?

Артур засмеялся:

— Возле Андреевского рынка поганки устраивают — кручу-верчу.

— Три карты, что ли?

— Ну, или колпаки, наперстки — суть одна. И Тульский уже устремился к рынку, но Токарев придержал его за рукав:

— Слушай… Мне их гонять немного не с руки…

— Знакомцы, что ли?

— Есть немного.

— Спортсмены?

— Угу.

— Ну и ладно, тогда гонять не будем, просто позырим. Мне-то они тоже не мешают. Деньги у граждан не силком отнимают. Все в честную — на дурака не нужен нож…

Переговариваясь, они дошли до рынка и сразу же натолкнулись на кучу людей, двигающихся на одном месте, словно небольшой рой пчел.

«Нижним» на корточках сидел Леха Суворов и залихватски зазывал публику:

— Прилетел я из Америки, на зеленом венике! Веник распался, а я здесь остался!

Настроение у Лехи было солнечным — под стать погоде. Он лихо крутил три колпачка, показывая, что делов-то — всего-навсего угадать, под каким из них маленький беленький шарик. Увидев Артема, Леха моргнул, но Токарев пальцами и глазами показал ему, что все в порядке. Суворов улыбнулся. Старый шрам над глазом чуть изменял свою форму в зависимости от выражения Лехиного лица.

— Баба Алена прислала три миллиона. Два — нищим отдать, один — вам проиграть!

Вокруг Суворова жужжал честной народ, на многих лицах отчетливо читалость искушение — а что, ведь можно — раз — и обогатиться… К Артему подошел сзади Лихо, шутя поддел в печень. Они обнялись, потом Токарев познакомил его с Тульским.

А Леха все выкрикивал:

— Сто тридцать три рубля — любимая ставка нанайского короля! Нанайские шашки на русские деньги!

— Сыграй — подмигнул Токарев Артуру.

— Так денег нету! — отшутился Тульский, которому нравился этот уличный, смачный азарт.

Суворов краем уха услышал насчет денег и среагировал моментально:

— Если нету денег — привинтите к заду веник! Щите и метите, как наметете — к нам приходите!

Толпа захохотала, и Суворов лихо обыграл какого-то мужика, решившего испытать счастье — и тут же объяснил ему, как поправить пошатнувшееся финансовое положение:

— Кончились деньги, читайте газету «Труд» — там пишут, где деньги растут!

Интересно, что обыгранный мужик смеялся вместе со зрителями.

Леха между тем убрал колпачки и достал три карты — пикового туза, червовую даму и бубнового валета. Задача, казалось, стала еще проще — угадать, где окажется туз.