Как показал Гэйтэрн-Харди, Торфинн Карлсефни вышел из Братталида, вероятно, около 1020 года. У него было три корабля и сто шестьдесят человек, в том числе женщины, и среди них его жена Гудрид. Кроме того, они везли скот. Многие участники похода были гренландцы. Перед отрядом стояла смелая цель: учредить в новой стране норманнскую колонию.
Экспедиция сперва двинулась на север, в Вестербюгден, оттуда на Бьярнёй; что это за остров, точно установить нельзя. При северном ветре они, очевидно, пересекли Девисов пролив и подошли к Баффиновой Земле. Переход длился двое суток, это вполне реально. Вряд ли экспедиция попала в то самое место, которого достигли Бьярне и Лейв, но это не так важно. Там, куда прибыл Карлсефни, он нашел белых песцов и большие каменные плиты; он назвал этот край Хеллюланд.
При северном ветре они шли еще двое суток и увидели страну, где были большие леса и много зверя. Это мог быть только Лабрадор, причем скорее всего его северная часть; граница леса проходит около 57° северной широты. Звери, о которых идет речь, наверно, дикие олени. Карлсефни назвал эту страну Маркланд.
Они плыли еще двое суток, достигли мыса, который назвали Хёльнесет, и песчаных берегов, которые назвали Фюрдюстрендер, потому что они простирались очень далеко. Как уже говорилось, такие же берега описаны в рассказе о Лейве Эрикссоне; можно поручиться, что подразумеваются протянувшиеся почти на шестьдесят километров песчаные берега южнее залива Гамильтон. Здесь далеко в море выдается мыс Дикобраз. Он напоминает опрокинутую лодку, и название Хёльнесет к нему хорошо подходит.
Плавание продолжалось; очевидно, они шли на юг. Описание становится менее понятным. Особенно сбивает с толку сказочный сюжет о Хаке и его жене Хекье, которые находят виноград и дикую пшеницу. Дальше сообщается, что Карлсефни зашел в фьорд, который назвал Страумфьорд, и обосновался там. Что это за место?
Заметим, что когда корабли плыли мимо Лабрадора на юг, северную часть Ньюфаундленда было видно издалека, она находилась прямо по курсу. Вероятно, мореплаватели избрали для стоянки место на северном берегу Ньюфаундленда в начале пролива Белл-Айл, из которого далеко выходит сильное течение. Найденный ими остров у большой земли мог быть островом Сакред-Айленд или Белл-Айл. Правда, сведения о горах, как будто, не подходят, но может быть они приметили высящуюся на юге гору Уайт-Маунтин. Слова о густом травостое можно отнести к северному побережью Ньюфаундленда, но не к суровому Лабрадору.
Описание холодной зимы и трудностей тоже указывает на какой-то северный край. И мы видим, что тут не было винограда. Недаром Карлсефни на следующий год отправился в дальнюю разведку на юг; в этом не было бы смысла, если бы он уже достиг теплых плодородных краев. Интересно сообщение о том, что он обогнул страну с востока и направился на юг. Эти слова звучали бы нелепо, если допустить, что он обосновался на Лабрадоре. Очень примечательно его утверждение, что южнее страна будет шире. Выходит, Карлсефни остановился в районе, где площадь невелика, а это вполне приложимо к северной части Ньюфаундленда, которая заканчивается длинным узким полуостровом. Часть побережья, обращенную к северу, он мог здесь обойти меньше чем за полдня.
В «Саге о гренландцах» Карлсефни просит Лейва уступить ему дома в Винланде. Лейв разрешает пользоваться ими. И определенно сказано, что экспедиция Карлсефни поселилась в домах Лейва. Странно, что в «Саге об Эрике Рыжем» вовсе не упоминается о строительстве домов, хотя, наверно, расселить сто шестьдесят человек было серьезным делом.
«Сага о гренландцах» сообщает, что все экспедиции в Винланд останавливались в домах Лейва. А ведь когда Карлсефни только с частью команды пошел на разведку на юг, жилье было не столь важно; и тем не менее мы читаем, что они построили дома, в саге рассказано даже, где эти дома стояли.
Может быть, тут виной тому соперничество, из-за которого исландские потомки Карлсефни решили, что совсем не обязательно подчеркивать в саге, что он жил в домах первооткрывателя Винланда?
Все свидетельствует о том, что Карлсефни остановился в домах Лейва на северном берегу Ньюфаундленда. У нас нет навигационных описаний, которые помогли бы географически привязать плавание Карлсефни на юг. Как уже говорилось, он обогнул землю с востока и повернул на юг; очевидно, он шел вдоль восточного берега Ньюфаундленда. Сага сообщает, что в прилив он провел корабль по реке в озеро и построил себе дома, но таких мест на побережье Северной Америки много.
Приходится согласиться с А. В. Брёггером, что в повести о Карлсефни явно смешались разные источники, что в ней много путаных и противоречивых сведений. Так, мы читаем, что Торхалл Охотник решил возвращаться на север мимо Фюрдюстрендене и Хёльнесет, чтобы там искать Винланд. Но это значит, что он предпринял двухдневное плавание северным курсом вдоль знакомых ему суровых и холодных берегов Лабрадора, где, как он знал, и травы-то стоящей не было. Столь же маловероятно, чтобы Карлсефни направился по этому пути искать Торхалла через год. Увлекаясь филологическими исследованиями, нельзя забывать, что речь идет о людях опытных и деловитых, их прежде всего занимали богатства страны. В повествовании есть и другие малоправдоподобные особенности. Таков эпизод с одноногим, убившим Торвальда выстрелом из лука; а в уста Хорвальда вложены слова, явно заимствованные из рассказа о Турмуде Колбрюнарскальде в «Саге об Олаве Святом». Далее, «Хауксбук» сообщает, что горы в том краю вроде были те же, что у хупа, к которому Карлсефни пришел, когда ходил с базы на юг. Нет никакого смысла и в том, что Карлсефни после столкновения с одноногим, чтобы попасть в Страумфьорд, плывет обратно на север.
Главное, однако, что в основном саги указывают на северное побережье Ньюфаундленда.
Плавание Фрёйдис
Один эпизод, связанный с Фрёйдис, вплетен в рассказ «Саги об Эрике Рыжем». Это, вероятно, объясняется тем что исландские сказители постепенно привлекали материал из других источников. Поэтому предпочтение следует отдать рассказу о Фрёйдис в «Саге о гренландцах». Там она предпринимает свою собственную экспедицию вместе с Хельге и Финнбоги – братьями, пришедшими из Норвегии на своем корабле. И в Винланд вышли два корабля, на которых было шестьдесят пять человек, не считая женщин.
В повести о Фрёйдис много страшного. Видно, опасная была женщина, но такие и впрямь жили во времена викингов. Фрёйдис хочет поменяться кораблями с Хельге и Финнбоги, это приводит к раздорам, а кончается тем, что братьев и их людей убивают, не щадя даже женщин. Кровавые эпизоды во время экспедиций в дальние края часто дают повод для преувеличений. Естественно допустить, что в рассказе о Фрёйдис заложено фактическое зерно, которое для сказителей было чрезвычайно соблазнительным. В центре этого рассказа – раздоры.
