— Увидишь.
— Хорошо, — шепчу я.
— Итак, — командует доктор Грин, — сестра, позвоните анестезиологу. Доктор Миллер, готовьтесь к кесареву. Миссис Грей, мы собираемся перевезти вас в операционную.
— Перевезти? — спрашиваем мы с Кристианом одновременно.
— Да. Сейчас.
И вот мы уже едем — быстро, лампы на потолке сливаются в одну яркую линию, пока я мчусь по коридору.
— Мистер Грей, вам нужно переодеться в хирургический костюм.
— Что?
— Сейчас же, мистер Грей.
Он сжимает мою руку и отпускает меня.
— Кристиан, — зову я с нарастающей паникой.
Мы минуем еще одни двери, и в следующее мгновение медсестра ставит ширму поперек моей груди. Двери открываются и закрываются, в помещении так много людей.
Очень шумно… Я хочу домой.
— Кристиан? — оглядываюсь я в поисках мужа.
— Он будет с вами через минуту, миссис Грей.
Мгновением позже он уже рядом, в синем хирургическом костюме, и я беру его за руку.
— Мне страшно. — шепчу я.
— Нет, детка, нет. Я с тобой. Не бойся. Только не моя сильная Ана, — целует он мой лоб, и по тону его голоса мне кажется, что что-то не так.
— В чем дело?
— Что?
— Что случилось?
— Ничего не случилось. Все в порядке. Детка, ты просто устала, — его глаза полны страха.
— Миссис Грей, анестезиолог здесь. Он собирается применить эпидуральную анестезию, и затем мы сможем продолжить.
— У нее еще одна схватка.
Мой живот сжимается, как в стальных тисках. Дерьмо! Я с силой вцепляюсь в руку Кристиана, пока схватка не проходит. Именно это выматывает — терпеть такую боль. Я так устала. Я чувствую, как прохладная жидкость растекается… растекается по ногам. Я сосредотачиваюсь на лице Кристиана. На морщинки между его бровями. Он напряжен. Он обеспокоен. Почему он волнуется?
— Вы чувствуете это, миссис Грей? — раздается из-за ширмы голос доктора Грин.
— Чувствую что?
— Вы не чувствуете этого?
— Нет.
— Хорошо. Доктор Миллер, давайте начнем.
— У тебя все получится, Ана.
Кристиан бледен. Его лоб весь в поту. Он боится. Не бойся, Кристиан. Не бойся.
— Я люблю тебя, — шепчу я.
— Ах, Ана, — рыдает он. — Я тоже тебя очень люблю.
Я чувствую странные толчки глубоко внутри меня, не похожие ни на что, что я чувствовала раньше. Кристиан смотрит за ширму и бледнеет, но продолжает пялиться, как зачарованный.
— Что происходит?
— Тяни. Хорошо…
Вдруг раздается резкий, сердитый плач.
— У вас мальчик миссис Грей. Проверьте его по шкале Апгара.[23]
— Апгар на девять.
— Могу я увидеть его? — задыхаюсь я.
Кристиан исчезает и через секунду появляется, держа моего сына, завернуто в синее. Его личико розовое и покрыто белой слизью и кровью. Мой малыш. Мой «Blip»… Теодор Рэймонд Грей.
Я бросаю взгляд на Кристиана — у него слезы на глазах.
— Ваш сын, миссис Грей, — шепчет он, его голос напряженный и хриплый.
— Наш сын, — шепчу я. — Он прекрасен.
— Прекрасен, — вторит Кристиан и запечатлевает поцелуй на лобике нашего прекрасного мальчика чуть ниже копны темных волос. Теодор Рэймонд Грей — безразличен ко всему. Глазки закрыты, его первый крик забыт, он спит. Он — самое прекрасное, что я когда либо видела. Он так прекрасен, что я начинаю плакать.
— Спасибо, Ана, — шепчет Кристиан тоже со слезами на глазах…
***
— Что с тобой? — Кристиан приподнимает мой подбородок.
— Я просто вспомнила рождение Теда.
Кристиан бледнеет и кладет руки мне на живот.
— Я не переживу это снова. На этот раз плановое кесарево.
— Кристиан, я…
— Нет, Ана. Ты чуть было не умерла в последний раз. Нет.
— Я вовсе не была при смерти.
— Нет, — он настойчив и непререкаем, но его взгляд смягчается, когда он смотрит на меня. — Мне нравится имя Фиби, — шепчет он и трется своим носом о мой.
— Фиби Грей? Фиби… Да. Мне тоже нравится, — ухмыляюсь я ему.
— Отлично. Я хочу подготовить подарок Теда. — Он берет меня за руку, и мы идем вниз. Он излучает нетерпение, он ждал этой минуты целый день.
— Как думаешь, ему понравится? — бросает он на меня тревожный взгляд.
— Он будет в восторге. По крайней мере пару минут. Кристиан, ему только два годика.
Кристиан закончил собирать деревянную железную дорогу, которую он купил Тедди на день рождения. Он попросил Барни с работы, чтобы тот добавил два самых маленьких двигателя на солярке, как у вертолета, который я подарила Кристиану несколько лет назад. Кажется Кристиан с нетерпением ждет восхода солнца. Полагаю это потому, что он сам хочет поиграть в железную дорогу. Рельсы покрывают большую часть каменного пола в нашем внутреннем дворике.
Завтра у нас будет семейный праздник для Теда. Придут Рэй и Хосе, и все Греи, включая новую кузину Теда — Аву, двухмесячную дочку Кейт и Элиота.
Я с нетерпением жду встречи с Кейт, хочу посмотреть, как материнство изменило ее.
Я наблюдаю, как солнце садится за полуостров Олимпик. Все так, как обещал Кристиан. Этот вид вызывает сейчас такое же радостное волнение, как впервые. Он просто ошеломляющий — закат над проливом. Кристиан заключает меня в объятия.
— Это и правда стоящий вид.
— Стоящий, — отвечает Кристиан. Повернувшись, я вижу, как он меня внимательно разглядывает. Он нежно целует меня в губы. — Вид чудесный. — шепчет он, — Мой любимый.
— Это мой дом.
Он улыбается и целует меня еще раз.
— Я люблю вас, миссис Грей.
— Я тоже тебя люблю, Кристиан. Всегда.
Конец.
Заметки автора
«Пять миллионов долларов».
Беседа Кристиана и Троя Уилана по телефону, которую не слышала Ана, заключалась в следующем:
— Это Кристиан Грей. Я говорил со своей женой. Дайте ей деньги. Независимо от того, что она хочет.
— Мистер Грей, я не могу…
— Ликвидируйте пять миллионов из моих активов. Первое, что пришло на ум: «Georges», «PKC,» «Atlantis Corps», «Ferris» и «Umatic». Миллион от каждого.
— Мистер Грей, рынок крайне не устойчив. Я должен буду обратится к мистеру Форлайнсу. Я играю в гольф с ним на следующей неделе.
— Чертовски просто сделать это Уилан. Найдите путь, или я закрою все счета и перемещу бизнес холдинга «Грей энтерпрайзес» в другое место. Вам понятно?
Уилан молчит на другом конце провода.
— Мы уладим гребаные документы позже, — добавляю я, более примирительно.
— Да, мистер Грей…
Бонусный материал
Первое Рождество Кристиана
