скелет. — В его состоянии сложно сделать ещё хуже, — но второй фразой наоборот нагнал паники. Полуптица как-то растерянно прислонилась к стене и на глазах побледнела. Сам лич прошёл к противоположному концу комнаты и встал перед потоком энергии, который тянется в окно. Посмотрел на улицу, но ничего, кроме огорода с лесом не увидел. — Мне нужно время, чтобы понять, как разрушить заклинание. Я… Я подобным занимался где-то полтора года назад, нужно вспомнить.
Азек начал изучать это явление. Самым логичным кажется обрыв связи между жертвой заклятия и чем-то ещё. Если начать с картины, то могут быть ещё какие-то неприятные последствия.
Пришлось поиграться около получаса, чтобы привести всё это в знакомый вид. Расшифровка оказалась куда сложнее, нежели казалось. Сверху потока энергии образовалась его "модель" из нитей. Но, вопреки ожиданиям незнающих, это не какая-то линия. Это большой набор символов, которые создавал чародей по мере понимания того, что перед ним.
— Хм, у вас есть какая-то пустая книга? Мне бы не помешало записывать всё увиденное, чтобы не забыть, — заговорил скелет, почёсывая клюв маски и с любопытством рассматривая получившуюся картину.
— Нет, но я могу у соседей спросить! — ответила крестьянка.
— Надеюсь, у них будет, — после этих слов мертвеца хозяйка дома побежала наружу.
— Это тебе сугубо для помощи? — поинтересовалась лиса.
— В том числе. Моих старых книг уже нет, что очень печально. А ещё я таким образом выгнал её из дома, чтобы не смотрела. Предупреди, когда будет возвращаться. Я могу не заметить.
— Эх, — наёмница вздохнула, — мне всё равно это не нравится. Особенно стоять и не видеть половины картины.
— Это, наверное, к лучшему.
Азек снял перчатку и охватил лицо жертвы заклятия. Сразу после этого из его головы начали исходить золотистые нити, формируя письмена по всей площади одной из стен. Это длилось минут пять, пока всё окончательно не перенеслось в "расшифрованный формат". Сразу после этого чародей надел перчатку обратно и принялся изучать полученное. Идея создать заклинание, которое всё само сделает, оказалась хорошей. В столь большом фрагменте формул скелет рылся бы около часа, если не больше. Он… Намного больше предыдущего, который просто связь между двумя вещами.
— Есть хорошие и плохие новости, — задумался лич.
— А мне это зачем говорить? — Эмилия посмотрела в сторону входа в дом.
— Ты не начнёшь паниковать. В общем, я расшифровал далеко не всё. Здесь есть пробелы. То, что мне неизвестно. Общую картину я, наверное, представляю.
— Это плохая или хорошая?
— Это хорошая, — мертвец озадаченно почесал затылок. — Плохая в том, что я без понятия, как разрыв связи может повлиять на этого полукровку. Я могу без проблем прекратить всё это, но за последствия не отвечаю. Магия — сложная вещь, в которой нужно знать все нюансы перед тем, как что-то делать. Но это в идеале. Но и летального исхода я тоже не желаю.
— Поступай как считаешь нужным. Лишь бы это не вышло нам боком.
— Да я вот об этом же думаю.
Прошло ещё какое-то время и хозяйка вернулась, едва дыша. У неё в руках книжка, баночка чернил и перо в зубах.
— Благодарю, — сказал Азек и взял всё это, после чего начал переносить расшифрованное строение заклинания на бумагу. — Я здесь постоял и подумал. Оборвать связь твоего мужа с чем-то неизвестным я могу без проблем.
— Это же чудесно! — обрадовалась полусова, но последующая за этим тишина растворила её энтузиазм и ей стало как-то не по себе. — Или…
— Мне неизвестны некоторые вещи, которые я вижу здесь. Да и, судя по всему, это лишь часть заклинания, а не всё. Поэтому я не могу быть уверен насчёт возможных последствий. Но, с другой стороны, если бездействовать, то твой муж умрёт спустя пару дней от истощения. Или превратится в нежить, но я в этом вопросе полный ноль.
— А казалось бы… — с иронией улыбнулась лиса.
— А казалось бы… — повторил чародей. — Прискорбно, что мне нужны подобные знания чтобы помогать кому-то. Впрочем, магия не бывает злой. Только способ её использования. Но мы отошли от темы, — он посмотрел на крестьянку. — Твоё решение? Мне действовать наугад с возможным летальным исходом или оставляем его в таком виде?
— Выбора-то нет, — как-то тихо ответила сова. — Делайте что нужно.
— Да будет так, — вздохнул скелет, продолжив записывать. Сначала это, а потом уже приступать к изменениям.
Когда всё было перенесено на бумагу, Азек захлопнул книгу и положил её на стол. После этого подошёл ближе к самому потоку энергии и начал концентрироваться на ней. Связь оказалась намного прочнее, нежели предполагал чародей и вносить изменения в саму структуру оказалось невероятно трудно. Хватает лишь на мгновение отвлечься на другой этап, как первый ломается и приобретает прежнюю форму. Приходится делать вообще всё сразу, без малейшей паузы, иначе всё по новому кругу. Скелет перестал считать неудачные попытки уже после тридцатой. И, казалось бы, уже спустя более сотни наконец-то получилось.
Заклинание стало нестабильным и начало стремительный процесс саморазрушения. В этот момент даже не владеющие магией начали видеть призрачные языки пламени, которые исходят от места разрыва. Для Азека это настоящий вихрь энергий, одна часть которых стремится восстановить целостность, а вторая разрушить всё. И спустя пару секунд всё это схлопнулось в точку, исчезло, а остальной поток начал рассыпаться.
При этом лич краем взгляда увидел другой всплеск магии. Она исходит от самой картины. Но это направлено не на разрушение заклинания. Здесь что-то другое. Мана с большой скоростью начала покидать тело жертвы и переходить в картину.
— Глаза! — выкрикнул чародей и Эмилия тут же среагировала, закрыв их крестьяке.
Лич быстро снял перчатки и снова схватил голову мужчины, после чего сам начал высасывать из него ману, пока она почти не закончилась. Тело жертвы упало на землю без сознания и Азек обратно надел перчатку. Наёмница отпустила хозяйку дома, которая, увидев мужа на земле, бросилась к нему.
Азек же перевёл взгляд на картину, которая теперь, не имея источника маны и не в силах высосать остатки из прежней жертвы, наоборот начала выбрасывать энергию, причём очень быстро. Поэтому скелет не придумал ничего лучше, чем создать вокруг холста сферу из нитей. И это оказалось правильным решением, ведь спустя пару секунд холст вспыхнул, а ещё подождав пару мгновений так вовсе взорвался пламенем, издав крики агонии множества людей. Это оказалось слышно на всю деревню. Птицы в округе испугались и начали улетать прочь. А затем — тишина. Всё закончилось.
— Как я предполагал, у оборванного заклинания не хватило силы поглощать ману, когда её почти не осталось.
