class="p1">— Рик… Он… Он не дышит, — с ужасом констатировала крестьянка. — И сердце не… — она не сумела договорить предложение.
— Он живой, — вздохнул чародей, после чего присел над бездыханным телом. — Закрой глаза. И не смей открывать. — Когда хозяйка дома выполнила приказ, скелет снова снял перчатку и положил всего один, указательный, палец на лоб мужчине. Таким образом мертвец начал передавать жертве заклятия часть собственной маны, в которой уже растворилась чужая. Это нужно делать понемногу, чтобы не было осложнений и именно поэтому в деле принимает участие лишь один палец. И когда было передано достаточное количество жизненной силы, Азек надел перчатку и встал. — Можешь открывать. Проверяй, есть ли пульс.
— Есть! — с невероятным облегчением сказала крестьянка.
К этому моменту к дому сбежался народ, который начала разгонять Эмилия. Она понимает, что здесь не на что смотреть и лишние глаза только навредят.
— Укладывай своего мужа на кровать и пошли, — мертвец взял книгу и письменные принадлежности, после чего пошёл на выход. — Нужно посмотреть, куда вёл след, пока он совсем не исчез, — любое заклинание, будь оно даже самым слабым и примитивным, оставляет после себя едва уловимый след. Это, наверное, взаимодействие с аурой, которая есть везде. Только Айрис не знала что это, и поэтому Азек тоже без малейших предположений, кроме этого. В любом случае, нужно проверить, это конец или какая-то часть заклятия ещё работает. О подобном чародей, естественно, не слыхал, но можно логически предположить, что столь сильную магию так просто не разрушить. Ну как "просто"… Это было очень проблематично и затратно в плане собственной маны из-за большого количества попыток. Смертный бы потратил здесь не один день, если считать, что количество попыток такое же, а не большее, что было бы логично ввиду того, что личу намного легче контролировать магию.
Чародей вышел на улицу, к народу. У Эмилии не получилось разогнать всех любопытных.
— Всё закончилось, расходитесь по домам, — скелет встал плечом к плечу с лисой и его глаза в этот момент вспыхнули, полностью залившись золотом. Но спустя пару мгновений снова стали обычными. Народ слегка испугался такого и начал уходить.
— Навязчивые-то какие, — девушка тяжело вздохнула.
— Их можно понять.
— Понять-то можно, но липнут как мухи. Говоришь уходить, а они подбираются ещё ближе. Сплошные проблемы от всей этой помощи нуждающимся.
— Я не согласен с таким подходом. Если бы все так думали, то и меня здесь не было бы. Бесповоротная смерть догнала бы меня ещё на болотах.
— Ага, но от твоего личного выбора вообще ничего не изменится.
— Знаю, — печально признал лич. — Но всё равно от сделанного становится немного приятнее.
— Всё сделано?
— И да и нет. В деревне делать нечего, но вот мне бы хотелось пройтись к месту, куда вёл след. Не желаю, чтобы ещё с кем-то повторилось подобное и поэтому нужно проверить, всё ли закончилось.
— Ты безнадёжен, — улыбнулась полукровка.
Спустя ещё пару минут, к путешественникам вышла сова и сказала, что готова идти. Азек сразу же пошёл к другой стороне дома, в которую шёл поток энергий. Пока что след можно несложно определить и чародей пошёл вдоль него, в лес.
Отпечаток заклинания постепенно ослабевает и в какой-то момент он вовсе исчез. Но лич не перестал идти. До этого момента они шли сугубо прямо и поэтому мертвец продолжил путь в том же направлении. Таким образом они шли минут тридцать, не задавая вопросов. Но вдруг мертвец остановился.
— В чём дело? — спросила Эмилия.
— Вон там, — показал рукой слегка в сторону. — Вижу магический след, — после этого он пошёл дальше, в направлении сияния, которое пробивается сквозь деревья, даже их стволы. Конечно, другие ничего не видят, но так, может, даже лучше. Там где-то находится источник магической силы, похожей на ту, которая была в деревне. Но здесь ещё замешана некромантия, что можно определить по характерным признакам в самой структуре.
Чем ближе — тем сильнее светится источник. Чтобы видеть хоть что-то, Азеку пришлось уменьшать свою чувствительность к магии. И уже спустя пару минут все пришли к какой-то каменной башне. Она очень старая и верхняя часть обвалилась как внутрь, так и наружу. Часть камней полностью покрылась мхом в то время, когда другие лишь частично. Растительность тянется вверх по обломкам сооружения и достигла уже самой вершины, на которой виднеется прослойка из обыкновенной травы.
Для Азека здесь всё излучает магию. Причём везде одинаковую. Это не похожее на заклинание. Скорее… Место сосредоточения энергии. Скелет подошёл к стене и прикоснулся к ней. Лич сразу же ощутил, будто его что-то жжёт и быстро убрал руку, рефлекторно схватившись за неё. После же замер, смотря на абсолютно целую перчатку.
— Что-то случилось? — обеспокоено спросила сова.
— Да. Я ощутил… Ощутил раскалённый камень. Не подходите, — чародей медленно пошёл ко входу в башню. Двери нет, как и следа от неё. Должно быть, природа поглотила.
— Подожди, — вздохнула Эмилия, смотря на крестьянку. — Она, кажется, что-то знает.
— Не то, чтобы… — неуверенно заговорила местная. — Когда-то давно, когда Херришкайт пошёл завоёвывать Кселант, говорят, в подобных башнях могли запереть и сжечь живьём целые деревни.
— Люди, — тяжело и с презрением сказал чародей. — Мне с каждым разом становится всё отвратительнее, что я одного вида с этими животными.
— Иронично, — на лице лисы появилась ухмылка.
— Теперь понятно, что это за место, — мертвец вошёл внутрь и поднял взгляд. Да, на вершине расположился центр этой энергии. Здесь, по всей видимости, была деревянная винтовая лестница, но она сгорела. Голос же стал более низким, в нём хорошо ощущается сожаление и ужас от понимания, что здесь произошло. — Аура большую часть времени ведёт себя инертно, я сам не умею использовать её. Но иногда она вступает в контакт с миром, который видите вы, не наделённые магией. Это происходит в двух условиях: длительный контакт с чем-то или какое-то сильное событие. По крайней мере, я большего не знаю. Так, на моей родине, куда не посмотри — аура была насыщена морем, что определило главное направление магии Небула Регно. У нас только в одном месте она отличалась — возле спящего вулкана на одном из островов. А здесь… Здесь сожгли много народу. Их предсмертные крики и вой уходящих душ оставили здесь свой отпечаток.
— И что будешь делать? — поинтересовалась наёмница.
— Я хочу подойти ближе. Ни в коем случае не следуйте за мной.
В воздухе начали появляться ступеньки из нитей, формируя винтовую лестницу. Как только нога поднимается с этой золотой пластинки, она практически мгновенно рассеивается, а нити разлетаются в разные стороны, пока не растворяются
