не пристроила! Романтика! О, точно, а может, ты романтик? — разделочный ножик исчез, как и не бывало, а одежда туманницы побелела, превратившись в подобие свадебного наряда, особое «очарование» девчонке придавала появившаяся на голове фата, как бы сотканная из шестерёнок, из под которой виднелись натурально сверкающие влюблённым восторгом глаза.
Бык осторожно начал отступать подальше от впавшей в раж и фонтанирующей вслух безумными идеями стрёмной туманницы. На её фоне, даже Рада с Никки, не говоря уж о самой Астории, выглядели родными, близкими и понятными.
— Эй, ты куда? Куда побежал? От меня не убежишь! — безумный хохот мелкой нёсся ему вслед, пока он, заметив вначале набережной стройную фигурку Астории, совершал тактическое отступление.
Астория, увидев приближающегося к ней бегом и постоянно оглядывающегося мужчину, удивлённо приподняла бровь — правда, ненадолго, после того, как увидела за ним, неспешно шествующую с предельно довольным видом Биску.
— О, я вижу, Бискайн вас разбудила. Я бы дала вам поспать подольше, но время… Скоро стемнеет, и вас можно будет спокойно вернуть на берег. Следуйте в кильватер за мной.
И она, не став ждать его ответа, развернулась и направилась куда-то вдоль набережной. Быку ничего не оставалось, как последовать за его нынешней работодательницей, хотя они и не обсуждали его финансовую выгоду, та только отмахнулась от таких «несущественных вопросов», заявив, что ему понравится. И слово «работодательница» его устраивало несколько больше, чем «хозяйка». По факту это ничего не меняло, но лучше было для его душевного здоровья. Идя по набережной, он непроизвольно отметил идеальную подгонку камней, из которых та была сложена, никакой закономерности или геометрического узора, как на тротуарах из искусственной плитки. Естественные изгибы и сколы камней органично вписывались в изгибы и сколы соседей, создавая неповторимый узор на поверхности. Единственным свидетельством внешнего воздействия на камень было то, что поверхность была аккуратно отшлифована, и шагая по ней, Бык подошвами туфель не ощущал ни малейшей неровности, неизбежной при ручной кладке, как бы её ни старались выровнять.
Пока они шли, мужчина непроизвольно косился на стоявшие у пирса корабли, помня дневной инцидент, но орудия на них даже не шелохнулись — видимо, в обществе Астории он получил этакий карт-бланш на право нахождения здесь. Постепенно, до него стали доноситься голоса, ведущие спор на повышенных тонах. Самих спорящих отсюда не было видно из-за корпусов кораблей. Но стоило им обогнуть второй пирс по дуге, как перед ними открылась картина, достойная художника: на берегу был сооружён невысокий каменный постамент, а на нём была смонтирована деревянная катапульта, рядом с постаментом аккуратными кучками лежали обточенные разнокалиберные каменные ядра. Перед постаментом с невозмутимым видом стояла проекция Никки, преграждая дорогу возмущённо подпрыгивающей и чуть ли не реально исходящей паром от красного, в ярости, лица Рады.
— Флагман!!! — с возмущённым воплем кинулась к ним, заметив их приближение, Рада. — Эта… эта шлюпка издевается!
— Не понимаю твоего возмущения, — подошедшая Николас была сама невозмутимость. — Чем тебе мой подарок не нравится? Всё же в наличии, как ты любишь: и камни, и калибр снарядов. Тут не то, что двеститрёхмиллиметровые можно использовать, но даже четыресташестимиллиметровые получится — совсем, как у линкора. Вот сейчас Биска подойдёт, демонтируем твою жалкую носовую стодвадцатисемимиллиметровую «А», и установим мой подарок — будешь всем гордо хвастаться, какая ты мощно вооружённая.
— Ты… — зашипела, сжав кулачки, Рада.
— Да, Рада, — включилась в спор Астория. — Ты же не уточняла параметры желаемых орудий, когда хотела калибры побольше — ну так вот… получай.
— Так моя боевая эффективность же упадёт.
— Зато калибры вырастут, ты же этого хотела? — Астория развела руками. — Я не понимаю, что тебе сейчас не нравится? Тебя же предупреждали о падении эффективности, но ты настаивала на своём. Мы пошли тебе на встречу. Сейчас Бискайн подойдёт, и…
— Флагман… — Рада затравленно закрутила головой, скользя взглядом по присутствующим — такой подставы от Астории она не ожидала. — Я… я… я больше не бу-уду-у, не надо.
— Биска? — Астория повернула голову к подошедшей ремонтнице.
Та с самым серьёзным видом потёрла свой подбородок ладонью, имитируя задумчивость.
— На демонтаж текущего орудия и сопутствующих подбашенных механизмов мне потребуется около часа. Затем минут пятнадцать на установку нового, — Биска мотнула головой в сторону злополучной катапульты, — плюс комплекс мероприятий по защите от воздействий окружающей среды — натуральное дерево весьма недолговечно, синхронизация с основным баллистическим вычислителем… то есть, на всё про всё, ещё минут пятнадцать. Итого, через полтора часа всё будет сделано. Вот только, — Биска сделала драматическую паузу отслеживая реакцию подавленной Рады, — как штатный корабль ремонта эскадры, я не рекомендую проводить данную модернизацию, как ослабляющую боевой потенциал единицы, вдобавок снижающей психологическую устойчивость, и общую эффективность всего состава.
Просветлевшая лицом от услышанного вердикта, Рада усиленно закивала головой, всем своим видом выражая согласие с мнением Бискайн.
— Да? — задумалась Астория, изучая светящуюся надеждой проштрафившуюся, глубоко вздохнула, и с явным сожалением произнесла. — Раз наша представительница службы ремонта даёт такие рекомендации, то нам остаётся только к ним прислушаться. Радфорд, тебе в очередной раз повезло, но… — Астория сделала паузу для придания веса своим словам, а Рада всем своим видом начала демонстрировать, что она вся во внимании, — ещё одна такая твоя несогласованная самодеятельность, и ты отправишься на опорную базу полировать собой доки. Я ясно выразилась?
Эсминка снова энергично закивала.
— Хорошо. Но, наказание за проступок всё равно должно быть, поэтому назначаю тебе двое суток патрулирования вдоль побережья малым ходом. К выполнению приступить немедленно, — и Астория скинула Раде пакет с маршрутом её патрулирования.
Радостная энергичность на лице Радфорд несколько приувяла, но она не стала пытаться спорить с флагманом, и обведя грустными глазами в очередной раз присутствующих, ненадолго задержавшись на молчавшем всё это время Быке, только кивнула и растворилась в воздухе. Одновременно небесно-голубой эсминец зафырчал водомётами, рывком буквально отпрыгивая от пирса, крутанулся практически на месте, разворачиваясь носом к выходу, и в веере брызг, пулей вылетел из бухты.
И это грозный Туман? Бык от всего происходящего у них на базе был сильно озадачен. Ведь увиденное им было «детским садом», «дурдомом», «цирком», да чем угодно — только не сверхмощной и всемогущей военной организацией пришельцев-вторженцев. Будто всё происходящее действительно спланировали некие девочки-школьницы с типовыми характерами главных героинь… в наличии была и строгая, но справедливая начальница, и непоседа-оптимистка, и заучка-зануда, и, даже, штатная психопатка — и та была. Стандартный, клишированный набор. А какая роль во всём этом спектакле отводится ему? Скоро он это, похоже, узнает. Оставшаяся троица туманниц,
