было удобнее читать.
Кремер заметно растерялся, – похоже, он не ожидал такого поворота событий. Он перевел взгляд на меня и даже раскрыл рот, намереваясь что-то сказать, но осекся. Он не мог просто встать и уехать, поскольку сам попросил взрывотехников позвонить ему сюда. С другой стороны, инспектору полиции не пристало сидеть сложа руки. Кремер вытащил из кармана сигару, посмотрел на нее, со вздохом вернул в карман, потом встал, подошел ко мне и процедил:
– Я должен кое-кому позвонить.
Иными словами, он решил согнать меня с рабочего места, чтобы пустить нам пыль в глаза и создать видимость некой деятельности. Пришлось встать и уступить ему стул. Битых полчаса инспектор названивал разным людям, причем какой-либо срочности или важности ни в одном разговоре не было. Исчерпав запасы изобретательности, Кремер встал с моего стула и подошел к огромному глобусу, очевидно, для того, чтобы осве жить в памяти свои познания в географии. Еще десять минут выгадал. Потом переключил внимание на книжные полки.
Я возвратился на свое привычное место и теперь сидел, откинувшись на спинку стула, вытянув перед собой ноги и сцепив пальцы рук на затылке. Меня разбирало любопытство, какие книги заинтересуют Кремера. После того как мне стало известно, кто убил Кена Фабера, я начал придавать особое значение подобным пустякам. Больше всех внимание Кремера привлекла «Грядущая ярость» Брюса Кэттона. Инспектор продолжал просматривать эту книгу, когда зазвонил телефон. Я повернулся, чтобы снять трубку, но Кремер меня опередил. Я не стал с ним препираться и лишь снисходительно ухмыльнулся, заметив краешком глаза, что Вулф протянул руку к параллельному аппарату. Он предпочитал услышать новости из первоисточника.
Разговор оказался коротким. Кремер не произнес и двух десятков слов, затем положил трубку и возвратился к красному кожаному креслу.
– Ваша взяла, – проворчал он. – Открой вы эту коробку сами, от вас бы мокрого места не осталось! Только вы вовсе не предполагали, что там может находиться, – вы это знали наверняка. Откуда? Выкладывайте все начистоту!
Вулф сидел, плотно стиснув губы и шумно втягивая воздух ноздрями.
– Пострадал бы не только я, – сказал он. – С таким же успехом погибнуть мог Арчи, или Фриц, или даже оба они вместе. Да и мой дом мог пострадать. Сообразив, что такое может случиться, я тут же поспешил вниз. Еле успел. Подумать только, еще каких-то три минуты – и… пф! Какой негодяй! – Вулф покачал головой, словно избавляясь от надоедливой мухи. – Ну ладно. Вчера вечером, в начале одиннадцатого, я принял решение, как действовать дальше, и вызвал сюда Сола Пензера. Когда он приехал…
– Кто подложил в коробку динамит? – перебил его Кремер.
Вулф поморщился:
– Потерпите, я ничего от вас не скрою. По моей просьбе Сол напечатал одну бумагу, после чего я договорился, что сегодня утром он съездит на ферму Дункана Маклеода и вручит его самому мистеру Маклеоду. – Вулф посмотрел на меня. – Арчи! Твою копию!
Я достал документ из кармана и передал инспектору. Кремер возвращать мне листок не стал, но моя память запечатлела текст дословно:
Кремер поднял голову и свирепо уставился на Вулфа:
– Иными словами, вчера вечером вы уже знали, что Фабера убил Маклеод?
– «Знал» – это слишком сильно сказано. Правильнее так: я пришел к логически обоснованному умозаключению.
– Но вы знали, что во вторник вечером Маклеода на ферме не было! – не унимался Кремер. – И знали, что Сьюзен видела его возле ресторана. Я уж не говорю о том, что вы…
– Повторяю, инспектор, это было только логически обоснованное умозаключение. – Вулф повернул руку ладонью кверху. – Не далее как вчера утром, мистер Кремер, вы сидели в этом же кресле и читали документ, подписанный Гудвином и мной. Когда вы его прочитали, вам стало известно все то, что и мне, причем больше с тех пор я ничего нового не узнал. Совокупность фактов, имевшихся в моем распоряжении, позволила мне прийти к логически обоснованному выводу, что Фабера убил Маклеод. Вам это оказалось не под силу. Вам нужны подробности?
– Да, – буркнул Кремер, его и без того красная физиономия еще больше побагровела.
– Во-первых, кукуруза. Думаю, Маклеод тоже сказал вам, что поручил срезать початки мистеру Фаберу, поскольку сам был вынужден заняться расчисткой участка – выкорчевать старые пни, взорвать динамитом валуны и так далее?
– Да.
– Так вот, это уже вызвало у меня недоверие. Маклеод дорожит моими заказами и при этом отлично знает, насколько высокие требования я предъявляю к качеству початков. Это же относится и к «Рустерману». На оплату его труда мы не скупимся, так что продажа молодых початков приносит Маклеоду неплохой барыш. Он прекрасно знал, что молодой человек не справится со столь непростым заданием. А раз так, то лишь очень веская причина – и конечно, не расчистка участка – могла вынудить его отважиться на такой риск и, возможно, потерять выгодных клиентов. Во-вторых, отрезок трубы, послуживший орудием преступления. Именно он побудил меня пригласить сюда мистера Хейдта, мистера Маслоу и мистера Джея, чтобы познакомиться с ними. Если…
– Когда они приезжали?
– В среду вечером. По просьбе мисс Маклеод. Если при определенном стечении обстоятельств пойти на убийство может почти любой человек, то мало кто способен выбрать в качестве орудия преступления тяжелый железный отрезок трубы, который вдобавок еще нужно пронести по улицам. После знакомства с этой троицей, я убедился, что ни один из них на такой подвиг не способен. Иное дело – деревенский житель, которому не привыкать к физическому труду и примитивным орудиям.
– И вы пришли к своему хваленому умозаключению на основании лишь этих фактов?
– Нет. Но они подтверждают мои выводы. Следующее подтверждение я получил от мисс Маклеод. Вы помните этот документ. Я постараюсь процитировать по памяти. Итак, я сказал ей примерно следующее: «Вы хорошо знаете этих мужчин, их характер, темперамент, образ мышления. Если допустить, что один из них, взбешенный выходкой Фабера, подкараулил его в проезде у ресторана и убил, то который? Причем с большой долей вероятности можно утверждать, что убийство было спланировано заранее, а не стало следствием случайной ссоры. Итак, кто бы это мог быть, по-вашему?» Как вы считаете, что она мне сказала в ответ?
– Что никто из них его не убивал, – догадался Кремер.
– Совершенно верно. Это
