не вязалось со сложившимся у святого образом этих двоих. Нечто столь банальное, как разрушение Калварии превосходящими силами противника, никак не может заинтересовать этих двоих, эти двое скорее расстроятся, если всё произойдет так просто, эти двое наверняка захотят принять непосредственное участие в масштабном событии, эти двое…
— Мессир Иессей, если Вы что-то знаете, то, умоляю, скажите! — Паника Прокруса постепенно нарастала. — Безусловно, Епархия окажется в долгу перед Вами, если Вы поможете на поле боя, но, боюсь, этого недостаточно. Будь нашими врагами лишь две расы, мы бы смогли отстоять родину. Возможно, отбились бы и от троих, хотя воевать без фиорских наёмников… Но все шесть разом! Мы обречены!
— Магистр Прокрус, Вы уверены, что Праматерь или её спутник не предоставили Епархии способ связаться с ними напрямую? Я уверен, способ есть.
Ба’астид и святой смотрели друг на друга, они молчали, но это продлилось всего несколько секунд.
— Синис!!! — Оглушительно закричал Прокрус’Мил’Грем. — Синиса’Мил’Лина ко мне, срочно!!!
***
Их было немного. Архиерей Триполи’Ба’Тризе. Магистр личной гвардии архиерея Прокрус’Мил’Грем и его старший сын Синис’Мил’Лин. Великий магистр (или же министр обороны собственной персоной) Одор’Хар’Ди, барсообразный. Мастер над границами (должность, немного напоминающая министра иностранных дел) Сикил’Бес’Ус, манулообразный. Хранитель сокровищ (иначе говоря, министр финансов) Аджирра’Ихи’Хис, рысеобразный. Телохранители архиерея в количестве шести штук, среди которых не оказалось ни одного ба’астида (что говорило о многом). А также Иессей из рода Наки’Ир. Совсем не много, как для аудиенции к самой Праматери.
Парадными одеяниями решено было пренебречь, поскольку Иессей предупредил о негативном отношении Праматери к формальностям, поэтому все ма’алаки’ были одеты в повседневные униформы, соответствующие занимаемым должностям, что не мешало святому в значительной степени выделяться своей скромной накидкой, походившей на монашескую рясу, на фоне расшитых драгоценными камнями нарядов.
Туман как обычно покрывал пустырь, из-за чего возвышавшийся над парламентёрами Храм Лже-Демона выглядел только более устрашающим. Врата Храма, выполненные в духе тёмных владык, определённо были заперты.
— Не похоже, что нам собираются открывать. — Произнёс мастер над границами.
— Мы ведь дошли до Храма Лже-Демона и до сих пор не развернулись обратно. — Отозвался хранитель сокровищ. — Может, стоит постучаться?
Архиерей взглянул на одного из телохранителей, и тот подошёл к вратам. Глухой стук эхом пронёсся по пустырю. Ничего не произошло.
— А эта дуэль точно была назначена? — С сомнением спросил великий магистр. — Я нисколько не сомневаюсь в тебе, Прокрус, но ты ведь и сам понимаешь, что твой сын, в отличие от тебя, никакого доверия более не заслуживает и до сих пор жив исключительно благодаря твоим заслугам. Он точно не солгал?
— Я не… — Начал было Синис.
— Молчать! — Рявкнул великий магистр. — Как ты смеешь говорить без разрешения после того, что натворил?! Если бы мой сын совершил подобное, я бы лично поджёг хворост под его ногами!
— Одор, друг мой, успокойся. — Примирительно заговорил архиерей. — Я хочу верить, что первенец нашего уважаемого Прокруса осознаёт свою вину и вскоре встанет на путь искупления.
Великий магистр неудовлетворённо заворчал:
— Вы слишком милосердны, архиерей Триполи. Конечно, не мне жаловаться, я ведь и сам наломал дров…
— Ты выполнял свой долг как умел, Одор’Хар’Ди, все совершают ошибки. — Триполи невольно поправил цветочный венок, что красовался у него на голове. «Корона мудрости, да?» — в который уже раз подумал он, отмечая, что его слова глубоко тронули всех ма’алаки’. Всех, за исключением Синиса’Мил’Лина. — Так что ты хотел сказать, Синис?
Ба’астид опасливо поклонился:
— Я не солгал, ваше высокопреосвященство, однако дуэль должна была пройти на рассвете.
К разговору присоединился Иессей:
— На рассвете Матерь Искажений и её восьмой апостол находились вместе со мной в Порочном Квартале. Только не рассчитывайте на то, что меж нами дружеские отношения! Это больше похоже на особую форму издевательства… Кхм, в общем, они и не рассчитывали, что дуэлянты придут вовремя.
Ма’алаки’ замерли. Они все, как один, смотрели на Иессея.
Первым не выдержал Прокрус:
— Выходит, мой сын вместо того, чтобы подружиться с тем существом, навязал ему дуэль? С апостолом?
— Как-то так. — Подтвердил Иессей и добавил. — Его зовут Вэ Соли, он из расы людей, и сомневаюсь, что с ним так уж легко подружиться.
— То есть он вызвал на дуэль того, кто вправе попросить небо отправить ливень на лесной пожар или, наоборот, вымолить ясный день в сезон дождей?
— Да, что-то в этом роде.
— То есть он пытался убить того, кто может уговорить пустыню обратиться в плодородное поле?
— Так и есть, но уговорить его заниматься подобным будет не очень легко.
— То есть он развязал конфликт с тем, кто способен общаться с душой Тетиса?
— Что-то в этом роде, да. Неловко вышло.
— Ещё ведь не поздно отправить Синиса на костёр?
— Отец!!! — То ли возмущённо, то ли умоляюще воскликнул Синис.
Иессей тяжело вздохнул, ведь он как никто другой понимал, насколько трудно было бы использовать Соли для получения разнообразных выгод, но упоминать об этом не стал. Вместо этого он напомнил:
— Что сделано, то сделано. В любом случае диалог не построишь с тем, до кого не добраться, и у меня на этот счёт есть соображение. Вон тот рисунок. Сомневаюсь, что его оставили хулиганы.
Химеры посмотрели в указанном направлении и действительно увидели рисунок. На стене красовалось довольно небрежно намалёванное изображение двери, и в месте, где должна была находиться дверная ручка, выпирал небольшой камень, слегка отличающийся от материала стены. Рисунок выглядел свежим.
Подталкиваемый взглядами других полуангелов, Синис’Мил’Лин подошёл к нарисованной двери и, полностью осознавая, насколько это глупо, взялся за камень-ручку.
Противоестественный, лишённый эмоций, механический голос, заставив вздрогнуть всех без исключения, зазвучал словно отовсюду:
— Временная регистрация подтверждена. Условия временной регистрации: перемещения ограничены залом ожидания; заблокировано несанкционированное нанесение повреждений; приостановлено восполнение духовной энергии. Для снятия с регистрации статуса «временный» обратитесь к администратору области. Для посещения области подтвердите согласие с условиями временной регистрации.
— Ваше преосвященство! — Забеспокоился один из телохранителей. — Если то, что мы услышали, правдиво, то мы не сможем защитить Вас и магистров в случае опасности!
Архиерей Триполи взвесил все за и против, после чего объявил:
— У Праматери уже была возможность избавиться от меня, и не одна. Каждый из нас знал, что идти сюда опасно. Епархия Ма’алаки’ стоит на пороге величайшего кризиса, мы обязаны пойти на этот риск. Мы согласны. — Ничего не произошло, и архиерей добавил. — Думаю, все должны согласиться.
— Согласен.
— Согласен.
— Согласен…
Полуангелы вразнобой подтверждали согласие с условиями. Иессей отвлёкся на размышления, и потому оказался последним, кто произнёс:
— Согласен.
Стоило ему это сказать, как исторгающая пепельные хлопья воронка вырвалась из камня-ручки. Она
