В дороге, поскольку Кехо изъявил желание быть полезным, Дрю расспросил его о последних событиях в Ордене, ввязавшемся в обуздание деревьев.
— В разговоре с Кайлом вы упомянули знакомого мне рыцаря Стузо. Он, как я понял, выбился в гроссмейстеры Ордена совсем недавно?
— Этой весной.
— За какие заслуги?
— О том ведает Владыка Смерти. Всё, что я знаю, за его заслуги Ордену пожалована честь хранения важного артефакта — Рунного Камня.
— Вот как? — Дрю даже не счёл нужным разыгрывать удивление. — Стало быть, Рунный Камень сейчас в Абалоне.
— Да, это так, — после некоторой заминки признал Кехо. Наверняка пожалел, что проговорился.
— И каков посланник Стузо в роли гроссмейстера?
— Хорош, — гримаса Кехо выразила далеко не воодушевление, — только вот Орден при нём, того и гляди, перестанет существовать. Гроссмейстер Стузо собрал в Абалоне всех, кого смог — и бросил под корни деревьев, чтобы отвести угрозу от города.
— А сам он при том остался в Абалоне?
— Да, он ведь теперь слеп.
— Слеп?
— Он повздорил с одним магистром некромантии, и тот наградил его временной слепотой.
— А как звали магистра некромантии?
— Не припомню. Короткое такое имя…
— Может, Гру?
— Кажется, да. Гру.
* * *
Дрю из Дрона узнал от Кехо всё, что хотел. Поскольку его вопросы закончились, инициативу вежливо перехватил коротышка. Он выразил заинтересованность идеей «демонического права», упомянутого Дрю в беседе с задержанным Кайлом.
Кло и Амур следили за расспросами подозрительного посланника с напряжённым вниманием, да и сам Дрю прекрасно понимал, что Кехо выспрашивает неспроста. И всё же правда о демонах сама властно просилась наружу. Скрывать её от кого бы то ни было? Да зачем?
Кехо слушал, и лицо его вытягивалось, а фигура всё больше вжималась в седло. Глядя на сию метаморфозу, зубоскал Кло не преминул намекнуть Амуру: мол, ещё немного, и отшибинские карлики признают в низкорослом посланнике своего собрата.
Посланники Смерти вообще-то не прощают насмешек, но Кехо пропустил колкость мимо ушей. Либо рассказ о демонах, поселившихся в мертвецах, его всерьёз увлёк, либо же… забыть о гордости его заставила какая-то важная миссия. Если так, на подъезде к Абалону новый союзничек себя покажет!
Впрочем, Абалон ещё впереди. А пока Дрю говорил. И о том, что Шестая раса своими Порогами Смерти душит расу Седьмую. И о том, что посмертие — чистое жульничество, опирающееся на демонические силы. И о том, что срединный мировой ярус, где испокон веков жили живые люди, в Запорожье разлагается и разрушается. И о широченных бездонных пропастях, одна их которых видна с небесных замков аккурат за Абалоном.
Когда зашла речь о провалах в здешнем мире, Кехо видимо разволновался — даже конь его, подчиняясь неверно понятому приказу, глупо развернул кожистые крылья.
— Вы точно знаете… о провалах?
Дрю подтвердил своё знание примерами, которые без труда выудил из памяти:
— Вспомните, Кехо, главные правила проезда по Запорожью, которым и вы и я следовали долгие годы. Ничего не настораживает?
— Вы о том, что не рекомендовано сворачивать с дорог, вымощенных заговорённым серым камнем?
— Именно. Зачем, по-вашему, серым камнем замостили не только Большую тропу мёртвых, но и все города и более-менее важные дороги?
— Неужели не для красоты и удобства?
— Тогда почему обитатели Запорожья в большинстве своём никогда не сворачивают с этих дорог? — поинтересовался Дрю не без иронии.
— Почему?
— Можно провалиться, — объяснил Дрю.
— Куда?
— Думаю, в нижний ярус. Во всяком случае, туда, куда долго и далеко падать.
Тут Кехо неожиданно и весьма некрасиво побледнел — синий бальзам отлил от щёк, оставив неровные пятна. Дрю не спешил выяснять, в чём дело, и спустя добрый десяток минут коротышка признался сам. Голос его вибрировал от напряжения:
— Знаете, посланник Дрю, я… происхожу из Дахо. Это — крайний запад здешнего мирового яруса, который вошёл в состав Запорожья самым первым. Доехать туда непросто, а отпуск посланника Смерти обычно недолог, сами знаете. Так вот… Уже несколько лет я хочу найти дорогу в Дахо — и не могу.
— Но туда ведёт Большая тропа мёртвых, — заметил Дрю, — ошибиться трудно.
— Да, но в одном месте она, говорят, обвалилась, а объехать — не удаётся. Только, бывало, начинаю объезжать, как связывается со мной Владыка Смерти и велит спешно выполнить очередную миссию. Где-нибудь на востоке.
— Печально, — кивнул Дрю.
— И вот ещё что, — добавил Кехо, — в восточных владычествах нашей некрократии встречается очень много мертвецов родом из Дахо. Так вот, из тех, с кем мне случалось говорить, никто в последние годы не бывал на родине. Как вы считаете, посланник, Дахо больше нет?
— Не знаю, — честно ответил Дрю, — но ваш рассказ меня впечатлил.
И тут лицо Кехо залилось густой синевой, а слова зазвучали с уверенностью и силой:
— Я должен признаться, посланник Дрю, что отправился с вами в Абалон с единственной целью помешать штурму. Но после всего сказанного я вижу: вы совершенно правы. Абалон должен быть захвачен. Можете мною располагать.
* * *
Расстояние от оврага до города оказалось вдвое короче, чем предполагал Дрю. Впрочем, учитывая жуткие дыры, разрывающие здешний мировой ярус, можно было заранее предполагать, что в пришедшем в движение Запорожье много чего сместится.
Может, потому Шестая раса всеми правдами и неправдами стремится сдвинуть Западный Пороги Смерти на восток, что сам запад неустойчив: участки Запорожья то сваливаются в пропасть, то отползают в направлении чёрной стены. Жуткая картина! Представляя её, даже Владыку Смерти можно оправдать: он честно печётся о своих подданных, поселившихся в наземном мире.
Дрю неплохо знал Абалон и ближние его окрестности. Основные силы — пеший базимежский отряд и конных демонических утопленников — он укрыл за грядой невысоких холмов. Сам же поднялся на вершину того из них, откуда открывался лучший вид на Конюшенные ворота.
Створки оказались распахнуты, решётка поднята. По-видимому, Абалон не ждал нападения. Застигнуть город врасплох — главное условие победы. Чтобы победу не спугнуть, действовать надо тонко.
Дрю задумался. Кло, Амур и Кехо в тягостном ожидании столпились в тени холма. Что ж, именно эта четвёрка — вместе с самим Дрю — не должна дать защитникам города опомниться. И продержаться до наступления основных сил.
План штурма Дрю изложил коротко. Не запутаешься. Первыми подъезжают к воротам всадники на крылатых посланничьих конях. Двое из них — Дрю и Кехо — облачены в орденские плащи, Амур и Кло тоже не вызовут серьёзных подозрений. Конечно, на крылатых конях простые люди не ездят, но если очень надо поскорее вернуться из Гуцегу…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
