Альфарий уже собрался отвернуться, когда заметил в сумраке у основания одной из башен мерцание. Туман озарила череда вспышек. Спустя пару мгновений полыхнул дирижабль, искореженные обломки гондолы рухнули на город. Через несколько секунд Альфа-Легионер услышал приглушенный, но различимый треск тяжелых орудий, разнесшийся над Впадиной Воронов, а за ним грохот взрыва корабля.
Он ошеломленно наблюдал за тем, как из нескольких небоскребов в центре города вырвался трассирующий огонь, а потом новые взрывы раздались в жилых кварталах Набрика. Поначалу Альфарий подумал, что мятежники начали новую атаку, направленную теперь против Механикум, но затем произошло сразу несколько событий.
Одну из высоких башен сотрясли два мощных взрыва, разорвав ее почти надвое. Верхние этажи начали сминаться и разваливаться, посыпавшись на улицы огромным облаком огня и обломков. Первым делом Альфарий подумал, что это бомба, но его удивление только возросло, когда на фоне растущего столба пламени показалась гигантская фигура. Высотой она была под девяносто метров, правая рука оканчивалась массивной многоствольной пушкой, левая — невероятно огромным орудием, сиявшим синим блеском плазменных генераторов. Ее бронированный корпус усеивали турели, которые вели по городу лазерный и орудийный огонь. Титан типа «Император»! Наблюдая, как «Император» изверг из плазменного аннигилятора шар полыхающей синей энергии, Альфарий услышал по воксу крик Марко:
— Тревога, всем занять позиции! Непосредственная угроза!
— Активирую оборонительные орудия, — сообщил Дор.
Слова сержанта утонули в грохоте макропушки над головой Альфария. Его накрыло ударной волной после выстрела сдвоенных стволов, на визоре полыхнули янтарные и красные предупредительные иконки. Пара снарядов размером с танк с визгом унеслась вдаль, разорвавшись в нескольких километрах от Впадины Воронов.
Одновременно со звуком взрывов в черепе Альфария раздалось тиканье, двойная пульсация, отличная от той, которую он ощущал раньше. Он моментально понял, что это означает. Омегон активировал функцию отслеживания. Имплантат теперь реагировал на такие же устройства других Альфа-Легионеров.
«Началось», — с бешено колотящимися сердцами подумал Альфарий. Альфа-Легион сделал свой ход. Ему нужно выйти на позицию и встретиться с остальными.
Увеличив разрешение, Альфарий увидел четыре колонны пехоты и техники, вьющиеся через руины, куда попали выстрелы, огибающие пламя и поднимающийся дым от двойных взрывов. Там были транспорты и танки, их сопровождали бронированные шагоходы высотой в двадцать метров. Один из «Псов войны» — шагоходы определенно были разведывательными титанами — был окутан мерцающим куполом пурпурного и черного, когда его пустотные щиты упали под обстрелом макропушек. Еще два «Пса войны» подняли оружие и открыли ответный огонь. Снаряды второй орудийной башни с воем понеслись от Впадины Воронов и врезались в металлическое тело титана.
Альфарий бросился на рокритовый пол за миг до того, как все вокруг него накрыло орудийным огнем, засыпав каменными осколками и фрагментами усиленной пластальной арматуры из башенной стены. Из тумана сверкнули два белых луча, пробив бронированный корпус макропушки.
Альфарий поднялся на ноги и ринулся к двери, когда его осыпало бурей искр и летящих сверху горящих обломков, плюющихся и колотящих по доспехам. Он резко распахнул внешнюю дверь и ворвался внутрь, захлопнув ее за собой как раз перед тем, как бастион, где он стоял еще пару секунд назад, изрешетило залпом снарядов.
— Норд и Фалько погибли, — ввел его в курс дела сержант Дор. — Пушка выведена из строя. Отходим к центральному комплексу, тут мы уже ничего не сделаем.
Башня задрожала от новых попаданий, когда шлюз перешел в режим фильтрации. Пару секунд Альфарий нетерпеливо ходил по отсеку, ожидая, пока откроется внутренняя дверь. Башня погрузилась во мрак, озаряемый лишь искрами на разбитых пультах. Дор и Марко стояли возле лестницы, соединявшей уровни башни.
— Что с остальными? — спросил Альфарий, бросив взгляд на лестничный пролет наверху. Автоматические системы огнетушения уже наполнили орудийный отсек белым пыльным дымом.
— Мертвы. Уходим! — приказал Дор, направившись к лестнице. — Точка сбора на четвертой станции.
Альфарию ни в коем случае нельзя было попадать на главный сбор. Согласно инструкциям примарха, ему следовало добраться до центральных ворот.
— Давай. — Альфарий указал Марко следовать за Дором.
Гвардеец Ворона повернулся спиной к Альфарию, и Альфа-Легионер, обнажив боевой нож, ударил ботинком под колено Марко и одновременно вонзил нож ему в шею. Пилообразное лезвие рассекло плоть, едва не обезглавив Гвардейца Ворона.
— Почему стоите? — крикнул Дор снизу.
Альфарий опустил труп Марко на пол и снял с пояса гранату, после чего подошел к перилам.
— Лови! — крикнул он, бросив гранату.
Дор инстинктивно поймал ее. Лишь через секунду он понял свою ошибку, граната выпала у него из рук, но было слишком поздно. Взрыв сбил сержанта с ног, бритвенно острые осколки пронзили его доспехи. Альфарий знал, что одна граната не могла убить легионера, и перепрыгнул через перила, выхватывая болтер.
Он приземлился на площадку, когда Дор сумел подняться на одно колено и достать цепной меч. Из лопнувшей трубки на доспехах с шипением вырывался газ, маслянистая смазка псевдомускульных фибросвязок смешивалась с кровью, текущей из живота сержанта. Первый болт Альфария угодил в левую часть шлема Дора, где находилось устройство связи, чтобы не дать ему послать предупреждение. Дор взревел и прыгнул на Альфария, но тот ушел в сторону за миг до того, как вращающиеся зубья цепного меча отсекли бы ему руку. Он сделал несколько выстрелов — и грудь сержанта прошили болты, отбросив его обратно на пол. Альфарий стремительно последовал за ним и еще одним болтом прострелил глазную линзу покореженного шлема Дора. Уже поврежденный шлем раскололся на части, когда болт взорвался внутри, заляпав металлический пол кровью и мозговым веществом. Задержавшись на миг, чтобы подобрать цепной меч из мертвых рук Дора, Альфарий направился вниз.
Подняв взгляд на колоссальную фигуру «Магнус Касеи», когда титан типа «Император» низверг еще одну миниатюрную звезду в центр города, Омегон почувствовал слабую тревогу. Он знал, что Орден Дракона владеет громадными ресурсами, но до сих пор не понимал, насколько сильное влияние они оказывали на Механикум Киавара. Примарх ожидал, что они как-то отвлекут магосов, спровоцируют внутреннюю борьбу между храмами. Но Орден Дракона развязал самую настоящую гражданскую войну.
Улицы были забиты бегущими от разрушения техно-жрецами и чиновниками Механикум. Сервиторы с пустыми лицами бродили по городу, не в состоянии осознать происходящее, бездумно глядя на взрывы и пламя. Тут и там солдаты в отражающих костюмах отгоняли толпу подальше от мест боев, заставляя их покинуть зону обстрела. Сервиторы-преторианцы — получеловеческие боевые машины, размерами превосходящие самого Омегона, — следили за исходом, держа наготове роторные пулеметы, лазерные пушки и акустические разрушители.
В город хлынули войска гильдий, тысячи воинов в бронированных костюмах климатической защиты. Сквозь рев огня и панические вопли бегущих людей прорывался отдаленный треск лазерного огня и грохот тяжелого оружия. Кое-где начало рваться дорожное полотно, когда с окраин открыли огонь минометы-кроты.
Вопли и крики только усилились, когда «Магнус Касеи» поднял ногу и сделал шаг по длинному бульвару между двумя дымящимися жилыми блоками. Небо над городом прочертили следы кораблей, и оборонительные турели на его укрепленном, усеянном зубчатыми бойницами корпусе открыли огонь.
Бегущие гражданские создавали Омегону идеальное укрытие. Он вышел из дверей кузницы и слился с толпой, его голова была обмотана толстым шарфом, гигантское тело скрыто под тяжелой одеждой. Свои доспехи примарх утопил в химическом отстойнике в пустошах — сейчас его лучше всего защитит скрытность.
Смешавшись с потоком людей, он следовал вместе с ними туда, где бульвар превращался в огромную площадь. Толпа начала расти, а вместе с ней — паника. Отделения солдат Механикум — скитариев — перекрывали все выходы, отгоняя беженцев электрожезлами и предупредительными очередями из автоганов. На перекрестках разместились передвижные орудийные платформы, их кибераугментические расчеты были готовы к любой неожиданности.
Омегону было достаточно массы тела, чтобы прокладывать путь сквозь толпу по направлению к одной из дорог, ведущих на площадь. Отпихнув плечом какого-то техножреца, примарх подошел к кордону скитариев. Путь ему преградил командир роты, пластины его панцирных доспехов были покрыты чеканкой в виде рун Механикум. Офицер посмотрел на Омегона искусственными глазами, в линзах которых отражалось пламя, лижущее облакоскреб за спиной примарха.
